Чтение онлайн

— Чего ж ты молчишь-то, доченька, — Ольгерд поднял голову, огляделся, хотя и знал, что, скорее всего, ничего не увидит. — Хоть бы отмолвила что…

— Я здесь…

Ярико не успел опомниться, как Славка выбралась из укрытия и, осторожно обходя островки колючек и крапивы, вышла на дорожку, ведущую к алтарю. Серебро тонкого месяца осветило её всю, и она казалась в этом тусклом свете ещё тоньше, легче. Ольгерд вскочил и сделал шаг к ней навстречу. На лице его, загорелом, обыкновенно суровом, вдруг изобразилось изумление и даже какой-то страх.

— Я здесь, княже, — повторила девушка, в свою очередь, тоже делая шаг к нему. — Я жива.

— Да какой я тебе… княже… — выдохнул он и, бросившись к ней, схватил её за плечи, вгляделся в её худенькое, заплаканное лицо. — Славка… доченька…

Ольгерд рывком прижал Славку к себе, боясь, что, ежели он её отпустит, то она исчезнет, и всё произошедшее окажется всего лишь сном. Девушка едва доставала ему до плеча. Её тонкие руки сомкнулись на его поясе, и она тоже прижалась к нему, ласково, доверчиво. Ольгерд прикрыл глаза. Дыхание сбилось, сердце стучало так, словно норовило вырваться из груди. Щекой Славка чувствовала его биение и никак не могла успокоиться, всхлипывала, что-то шептала, словно в забытьи.

Ярико, поняв, что опасности теперь нет ни для него, ни для его спутницы, вышел из-за дерева и остановился в нерешительности подле князя и его дочери. Славка, в очередной раз всхлипнув, оборотилась к нему, смущённая улыбка тронула уста её.

— Это Ярико меня тогда спас, — она подняла глаза, взглянув на Ольгерда. Тот рассеянно кивнул, глядя куда-то в сторону.

— Мои люди забрали у тебя клинок, — промолвил он. — Вот, держи. Я знаю, что руны хранят того, у кого они есть. К лешему их… не нужно мне ничего… Скажи, матушка-то жива?

Славка кивнула, бережно приняв вещицу из рук отца. Тот удовлетворённо улыбнулся краем губ и провёл крепкой, суровой рукою по тёмным волосам дочери. Ярико не знал, что ему делать: то ли оставить их, то ли подождать Славку и уйти с нею. Но, не успел он подумать о том, что девушка, вероятно, захочет остаться с отцом, как вдруг с краю поляны полыхнуло тёмно-фиолетовым, потянуло холодом, и из темноты вышла Астра в неизменном чёрном плаще до земли.

— Какая встреча, — протянула она, прищурив глаза. — Вы себе сами-то хоть верите? Ольгерд! Ты же мне поклялся!

Она щёлкнула пальцами, вытянув вперёд руку, и князь вдруг согнулся пополам от боли, рухнул на колени, сжимая одной рукой другую — как раз ту, которой принёс клятву. Всю её, от плеча и до самых кончиков пальцев, пронзило резкой нежданной болью. Славка испуганно вскрикнула, Ярико тут же взял её за плечи, успокаивая. Астра наконец убрала руку, и Ольгерд поднялся, тяжело дыша.

— А ты? — рыжая ведьма оборотилась к Ярико, всё ещё державшему за плечи Славку, и протянула руку к нему. — Неужто ты и впрямь думал, что сумеешь обмануть меня, всего лишь скрыв лицо?

Порывом ветра его отшвырнуло от Славки. Он упал на спину, ударившись затылком о какой-то выступивший из-под земли корень, а когда попытался подняться, то чёрный дым, вырвавшийся из широкого рукава Астры, молнией метнулся к нему, скрутил руки за спиною, завязался немыслимым узлом и превратился в чёрную, будто обуглившуюся, верёвку.

— Ярико!

Славка выронила клинок, забыв обо всём, бросилась к юноше, но не успела: следующий сполох тьмы связал её. Пока Астра не заметила, Ольгерд подхватил клинок и сунул его в рукав.

— Отпусти их! Отпусти сей же час!

— Развязать верёвку могу только я: ежели это попытается сделать кто-то иной, смерть не заставит себя долго ждать. Так что сначала ты вспомнишь о своей клятве, а после я уж подумаю, — промолвила Астра и ещё раз щёлкнула пальцами. На мгновение всю поляну накрыло плотной темнотой, а когда Ольгерд вновь открыл глаза, ни Славки, ни Ярико подле него не было. Только Астра, всё так же не говоря ни слова и скрестив руки на груди, стояла совсем близко от него, так, что он чувствовал её привычный запах и холод, исходящий от её рук.

— Где они?

— Далеко, — ведьма улыбнулась. — Пока ты не повторишь клятву, они не воротятся.

Ярико ударился спиной обо что-то твёрдое, открыл глаза, и увидел, что Славка упала ничком тут же, подле него. Аккуратного приземления не вышло. Юноша попытался поменять положение и сесть поудобнее, но при малейшем движении верёвки из самой тьмы — это ведь надо такое придумать-то! — больно впивались в запястья. Славка попыталась перевернуться на спину, и ей удалось это сделать чуть более успешно. Отдышавшись, она поглядела вверх… и тихо застонала, закрыв глаза. Проследив за её взором, Ярико всё понял: место, в которое их забросила рыжая ведьма, было никаким не помещением, даже и не срубом вовсе, а огромным глубоким колодцем, да таким глубоким, что снизу был виден только небольшой кусочек светлеющего неба.

Опираясь на обе руки сзади, Славка подползла к земляной стене и вдруг с визгом отпрянула, обернулась к Ярико. В огромных серых глазах застыл испуг.

— Что такое? — прошептал юноша. Её неожиданный визг напугал его больше, чем что бы там ни было.

— Там кто-то есть…

— Никого тут нет, — буркнул он разочарованно. Думал, и впрямь что-то такое страшное… Однако, когда глаза малость привыкли к темноте, он понял, как глубоко ошибался. У стены лежал человеческий скелет, изогнувшийся в немыслимой позе. Позади него к земляной стене был прислонён обломок доски, и на нём болтались несколько звеньев ржавой цепи. Славка от испуга не могла вымолвить ни слова, только молча смотрела на этот скелет, на доску за ним, и не могла отвести глаз, словно страх сковал её.

— Не бойся, — наконец сказал Ярико. — Он был один, нас двое. Я придумал, как нам снять верёвки.

Славка обернулась, чуть приподняла брови в ожидании того, что он договорит.

— Развязать их, ежели помнишь, нельзя, а вот пережечь… — юноша хитро улыбнулся. Из-под ладоней его вырвалось несколько золотисто-рыжих лепестков пламени. Вывернув руки другой стороной к спине, он направил огонь так, чтобы он перешёл на верёвку. В тот же миг она занялась и быстро истлела. Ярико, с облегчением вздохнув, потёр запястья.