Чтение онлайн

В номере отеля вы также соберёте портупеи-разгрузки для снаряжения. В такой разгрузке будет радиостанция и одноразовый мобильный телефон. Мобильник нужен для экстренной связи с внешним миром, по номерам, которые уже будут введены в телефон.

Группы будут постоянно на связи друг с другом и с лейтенантом Рандаллом, по радио, а не по телефонам. В каждой разгрузке будут также две ручных гранаты, один противогаз, одна дымовая граната, а также автоматический пистолет с глушителем в кобуре, главным образом калибра 5,6 мм, но есть также несколько штук калибра 7,62 мм. Ребята, когда будете готовиться к атаке, разберитесь, кто и какое личное оружие возьмёт.

Чарли Рандалл продолжил доклад.

— Мы намерены нанести удар во время ответной речи при вручении премии «За лучший сценарий», которая начинается примерно в 18:48. Я узнал, что эти церемонии проводятся точно по расписанию, чтобы прошла вся реклама спонсоров, и мы можем уверенно рассчитывать, что всё произойдёт вовремя. Это значит, что, дав ведущим церемонии несколько минут для объявления победителей, мы открываем огонь примерно в 18:51.

Нам снова везёт: в программе нет никаких показов клипов из фильма, выдвинутого на приз «За лучший сценарий», так что мы сможем войти в проекционные будки, ничем не нарушив процесс церемонии. Точно в 18:30 я сам выйду из номера отеля, одетый в спецовку ремонтника кондиционеров воздуха как прошлым вечером. В служебном лифте спущусь на уровень гаража отеля. Затем войду в коридор, ведущий в театр «Кодак» по электронной карточке-пропуску, которую мне достанут. Добровольцы Локхарт и Колчак также получат по одной из этих карточек. Будем надеяться, что они сработают, иначе выполнение боевой задачи немедленно прекращается. Я войду в театр по лучшему и наименее отслеживаемому маршруту, который согласован с одним из наших людей внутри. Если мне воспрепятствуют, я устраню противника из пистолета с глушителем. Затем я попадаю в техническую зону вот здесь, и занимаю свою позицию, — он показал её стрелкой на схеме. — Тем временем, в 18:40 остальная часть группы покидает номер отеля, надев новые хирургические перчатки. Ваши лица будут скрыты под масками для вечеринки, разгрузки надеты, а тяжёлое оружие вы понесёте в брезентовых спортивных сумках, которыми мы вам предоставим. Вы также войдёте в «Кодак» по тому же маршруту.

— Ты сказал, что вдоль этого подземного хода совсем нет видеокамер? — недоверчиво спросил «Майк-Пулемёт» Гаусс.

— Только до открытой двери сводчатого прохода за кулисы и складской зоны, — подтвердил Рандалл.

— По иронии судьбы мы используем в своих интересах «дыру» в системе безопасности противника, которая была специально создана, чтобы позволить самым привилегированным членам американской правящей элиты беспрепятственно предаваться отвратительным извращениям и разврату, которые никто не увидит и не осудит, — усмехнулся Хилл. — В этих коридорах и лифтах здесь и в «Кодаке» нет никаких камер наблюдения или охранников, чтобы уберечь звёзд от возможных последствий их поведения, и они уже несколько поколений пользуются неприкосновенностью. Наконец-то, завтра вечером некоторые из них заплатят за эту неприкосновенность своими жизнями. Я бы назвал это идеальной справедливостью.

— Теперь я доложу вам, как пройти мимо вращающейся камеры к месту сосредоточения перед атакой, то есть к входу в этот коридор под сценой, ведущий в яму оркестра, вот здесь, — сказал Рандалл, указывая на него стрелкой. — Огневым группам нужно проникнуть в точку сосредоточения для атаки, достать тяжёлое оружие из сумок, собрать, поставить на предохранители и зарядить его, снарядить все дополнительные подсумки для патронов и закрепить противогазы на разгрузках.

— Да, каждому из вас будет выдана обычная лыжная тёмно-синяя маска из шерсти, — добавил Хилл. — Когда вы с закрытыми лицами попадёте в проход в оркестровую яму, я хочу, чтобы после снаряжения всего вашего оружия, вы сняли маски для вечеринки, убрали их и надели лыжные маски. Мне не по душе, чтобы в эту историческую атаку наши добровольцы шли с мордами клоуна, Бивиса и Батхеда, Билла Клинтона и тому подобного мусора. Я хочу, чтобы на видеозаписях камер наблюдения были настоящие лыжные маски террористов, хорошо? Понимаю, это звучит глупо, но мы не хотим, чтобы народ видел видеозаписи наших добровольцев, одетых как клоуны или как Дракула. Такое событие врежется в память людей.

Как только вы достанете всё из мешков, сложите их и соберите в один большой вещмешок. И помните, что при отходе вы должны на секунду остановиться и забрать этот вещмешок с собой. Мы не хотим, чтобы фэбээровцы нашли его и получили отпечатки пальцев, волосы и неизвестно что ещё на масках для вечеринки.

— Итак, я дам примерно две минуты на всё, чтобы вы скрытно собрались у входа в коридор, — продолжил Рандалл. — Я должен получить от вас сигнал, что вы на месте и готовы к выдвижению. К этому моменту я уже сниму вентиляционную решётку с воздуховода кондиционера. И буду следить за ходом церемонии по своему мобильному телефону с беспроводным телевидением. Когда я услышу, что вы, ребятушки, на месте, а ведущий церемонии награждения «За лучший сценарий» начал трепаться, то надену противогаз и закину три гранаты с газом «Си-Эс» во входной воздуховод.

Дам тридцать секунд на то, чтобы все выбежали из этой аппаратной, ослепшие и блюющие. Один из наших людей Третьего отдела также обещал устроить шумиху в фойе, так что есть надежда, что в самом театре никто ничего не заметит. Три гранаты — это много газа, и может быть часть его выйдет обратно через вентиляционные отверстия. Не надевайте свои противогазы, если не почувствуете, что газ действительно начинает на вас действовать. Надеюсь, что мы уже будем далеко до того момента, как газ по-настоящему начнёт распространяться по зданию. Это ещё больше помешает противнику прийти в себя, а также провести первые следственные действия. Через тридцать секунд после того, как я пущу газ, Кот, я скомандую тебе по рации «вперёд», и тогда уж вы идёте вперёд! — сказал Рандалл. — В аппаратной не должно остаться никого, кто мог бы вас заметить. Две огневые группы покидают точку сосредоточения для атаки и поднимаются по двойной лестнице на третий этаж, снимают охрану из пистолетов с глушителями, входят в проекционные будки, отключают киномехаников, но с учётом их расы, и занимают позиции для стрельбы.

Автоматчики прикрытия, товарищи Уинго и Гаусс, размещаются снаружи у входов небольших залов, которые примыкают к каждой будке, и валят любого, кто движется по главному коридору, защищая таким образом двух других добровольцев в своих группах, в то время как те поражают цели. Кот, ты открываешь праздник, и я уже сказал когда. Постарайся уложить этих пидоров первыми выстрелами.

— Будет сделано. Считай, их нет, — пообещал Локхарт.

— Нам нужная Безумная минута страха и ужаса, — сказал Хилл. — Самая безумная: помните, что это будет передаваться вживую по телевидению на всю страну. Кот, ты и Рон делаете по двадцать точных выстрелов каждый, и помните, что после тех двух первых пидоров для телеэффекта, вы уничтожаете Больших Жидов. Прицелились, выпустили в цель пулю как можно ближе к её центру, насколько это возможно в таком хаосе, и затем перешли к другой цели. Я знаю, это будет трудно, как стрельба по отдельной соломинке во время торнадо. Одна пуля на цель, за исключением, когда в прицеле окажется действительно большой жидяра вроде Сида Глика, Аллена Адлера или Хими Хиршфельда.

Гранатометчики бросят гранаты, по одной, как только начнётся стрельба, и по второй, примерно через тридцать секунд. Они также откроют огонь очередями, в то, что почти наверняка будет воющим вихрем явного безумия, сосредоточившись на группе очень важных персон перед оркестровой ямой. Там не будет невиновных. Любой, кто заслужил там место — это Голливуд по самую макушку и повинен во всех смертных грехах.

В лучшем случае ни одна избранная свинья или сука, которые сядут за эти столики из парижских кафе, чтобы позировать для нас, черни, во всём великолепии высокой моды, не должна выйти из этого театра живой. Но особенно жиды. Помните, какому делу это всё служит, соратники. Голливуд — возможно, самое страшное оружие жидов, используемое ими против нашей расы, может быть, в чём-то более мощное и опасное, чем их контроль над федеральным правительством и международной банковской системой. Голливуд — самая большая опора этого нечестивого треножника, и мы должны выбить её из-под них.

— А, кстати, не могли бы вы также приберечь пару очередей для частных лож напротив? — спросил Рандалл. — Снайперы, вы тоже не забудьте посмотреть в ложи и понять, не красуются ли там некоторые наши главные цели, особенно руководители студий.

— Рон будет стрелять немного медленнее, чем я, потому что у него винтовка «М-24» со скользящим затвором, а ёмкость магазина только десять патронов, — заметил Локхарт. — Он должен перезаряжать вручную. Но все мы уловили мысль. Хорошо, теперь, большой вопрос, над которым мы все ломаем голову. Отход. Как только закончится наша Безумная минута, как нам оттуда выбираться?

— По той же дорожке, по которой вы пришли, только намного быстрее и с меньшей маскировкой, — ответил Хилл. — Назад вниз по лестнице, убедившись, что при отходе вы забрали тот вещмешок со всеми остальными сложенными в него мешками, масками и всяким хламом, через потайную дверь, бегом, уничтожая всех, кто встанет на пути или выстрелит в вас. Как только вы окажетесь на стороне «Ройяла», то, не возвращаясь в отель, проходите через подземный гараж вдоль дальней стены, пригибаясь за припаркованными машинами, чтобы остаться вне поля зрения камер слежения в аппаратной охраны «Ройяла».