Один процент риска
Шрифт:
Приказ по кораблю отдавать не стал, хотя это и требуется по Уставу. Сделал лишь короткую запись в бортовом журнале. Пусть Смит тешится своей свободой… Но я уверен: если со мной случится какая беда, он ни на минуту не задумается, бросится на помощь. Скажу откровенно - мне даже хочется это проверить. Не очень хочется, но все же… Ведь если такое произойдет, вся наша размолвка моментально забудется, а ради этого можно и рискнуть собой.
…Свершилось! Впервые в истории нога человека ступила на поверхность планеты чужой звездной системы. Хоть и стараюсь настроить себя на несколько иронический лад (куда уж нам до помпезного ритуала первопроходцев!), все равно не могу сдержать волнения, гулких толчков сердца. И опять хватают за душу, выбивают из колеи мысли о погибших друзьях. Мысли, от которых мне никогда не избавиться!
Да, случилось так, что я вступаю в этот незнакомый мир один. Под ногами у меня алая, удивительно сочная трава, вокруг - огненные заросли, над головой - белесое, с дюралевым отблеском небо и ослепительно-синее, непривычное солнце. Я вдыхаю пряный воздух, насыщенный мириадами запахов, в лицо мне бьет жаркий упругий ветер. Трудно будет забыть когда-нибудь эти неповторимые минуты…
Первые шаги. Вокруг настороженная тишина, все живое где-то попряталось. Я недаром выбрал полуденный час - хищники здесь особенно активны в сумерки и по ночам. Но палец все равно лежит на спуске. В зарослях наверняка притаился не один грозный противник, а мне хочется добраться до ближнего леса. Интересно, отсюда он выглядит совсем иначе, чем на экране. Кажется, будто там волнуется огненное море. Кроны неразличимых деревьев образуют сплошной шатер, и их очертания все время меняются, словно лес сотрясает лихорадочная зыбь. Неужели от ветра? Он сейчас почти стих, кусты на берегу ЧУТЬ колышутся. А там - появляются и вновь пропадают высокие жаркие валы. Странно. Но разве это первая загадка, которая ждет меня здесь?
Фу, надо отдышаться. Уже успел пережить небольшое приключение. Вдруг почувствовал, как что-то резко кольнуло в щиколотку правой ноги, дернуло в сторону. Оказывается, вцепилась мертвой хваткой какая-то мерзкая тварь - длинное членистое тело, покрытое жесткой рыжей щетиной, когтистые бесчисленные лапки, громадные челюсти… Отвратительный гибрид сороконожки и скорпиона. К счастью, костюм выдержал. Пришлось взяться за нож - пистолет пускать в действие опасно, можно и себя поранить. С немалым трудом отодрал от себя полуметровую гадину, которая оказалась необычайно живучей - даже разрубленная на части продолжала метаться в траве - и угрожающе щелкать костяными челюстями. Да, надо поглядывать не только по сторонам, но и под ноги…
На мгновение меня охватил страх. Полно, не совершаю ли я величайшую, непоправимую глупость, отправляясь на эту, крайне рискованную прогулку? Не лучше ли повернуть обратно - пока еще не поздно? Может быть, прав был Смит, когда утверждал, что нам нельзя лезть на рожон? В самом деле, идти куда-то в одиночку, без вездехода - настоящее безумие. В Уставе прямо говорится, что такие действия на чужих планетах категорически запрещены. К тому же для первого раза вполне достаточно небольшой прогулки вокруг корабля. Взять образцы почвы, растений, воды, поймать несколько насекомых. Исследований хватит надолго…
Эти мысли назойливо стучат в голове, но я продолжаю идти в прежнем направлении. От звездолета меня отделяет уже добрая сотня метров. Он стоит на холме - покосившаяся нелепая громада, - чуть похожий на старинную доменную печь. Скрученный остов оранжереи и остатки конструкций нижнего яруса придают ему трагический вид, живо напоминают о катастрофе. Со стороны особенно наглядно видно, как много мы потеряли. И, чтобы не давать воли тяжелым воспоминаниям, я ускоряю шаги.
Что это? Готов поклясться, что еще полчаса назад, когда я просматривал местность на экране, здесь ничего не было только густо заросшая травой ложбина. А сейчас, словно грибы после дождя, вдруг появились какие-то удивительные предметы. Невольно останавливаюсь, и по телу пробегает лихорадочная азартная дрожь. Вот он, новый сюрприз!
В первый момент показалось, что передо мной застыли громадные спруты, приподнявшись на разветвленных щупальцах. Но, пожалуй, точнее будет другое сравнение. Они скорее похожи на пни, наполовину выдранные из земли. Только вершины их куполообразны, матово отсвечивают.
«Пни» стоят неподвижно. Жилистые многочисленные корни разной толщины уходят в глубину почвы. Значит, растения? Но неужели я мог не заметить добрый десяток таких крупных экземпляров? Или они изменили окраску? Сейчас молочно-белые «пни» отчетливо выделяются на окружающем красном фоне, но несколько минут назад они могли быть и иного цвета…
Вот так штука! Я оглянулся назад, и по спине пополз неприятный холодок: там, где я только что прошел, торчат еще три таких же пня. Их асимметричные тела четко вырисовываются на вершине холма. Меня окружают!
Мысли крутятся в сумасшедшем водовороте. А что, если именно так выглядят представители здешней разумной расы? Жизнь может принимать самые причудливые формы, и, кто знает, может быть, сейчас и произойдет тот самый Первый Контакт о котором мы столько мечтали? По нет, вздор, нелепость! Рассудок восстает против такого предположения. Уродливые «пни» не могут, не должны оказаться братьями по разуму - слишком уж это противоестественно…
Жду на месте. И вот замечаю, как один из ближайших ко мне «пней» начинает быстро вытягивать из земли свои корни. Лезут сразу несколько плетей - гладкие, с жирным металлическим блеском. Щупальца - так, пожалуй, точнее - на концах остры, как иголки. Но разглядеть их трудно, потому что они, едва показавшись наружу, тотчас же снова уходят вглубь на новом месте. Движется «пень» ловко - несколько мгновений, и он уже на метр ближе. И опять замер, словно век тут рос.
Круг смыкается все теснее. Что делать? Логика подсказывает: надо удирать. Ведь у этих неуклюжих и внешне безобидных созданий могут оказаться грозные средства нападения. Благоразумнее держаться от них подальше. Но азарт исследователя удерживает на месте. Я включил автоматическую микрокамеру, и на магнитной нити записываются сейчас уникальные кинокадры.
Пожалуй, хватит испытывать судьбу. Шагаю прямо в сторону ближайшего «пня», готовый в любую минуту ударить его квантовым лучом. Но он, будто понимая опасность, вежливо отодвигается. Нет, нападать они не собираются и вряд ли способны на это. Скорее всего эти бродячие полурастения-полуживотные ведут самый мирный образ жизни, и все необходимые для себя вещества усваивают прямо из почвы и воздуха. А почему их так привлекла моя персона - остается только догадываться…
Причудливая колония «пней» осталась далеко позади. Иду по направлению к лесу, который я уже назвал Зыбким. Интересно, мы до сих пор не дали никакого имени планете, ставшей нашим последним приютом. У нас с Робертом был в первый день небольшой спор, но к согласию так и не пришли. Что ж, и родители не всегда сразу договариваются, как назвать своего ребенка. К тому же нас мало волнует топонимика: пусть ею занимаются те, кто придут после нас, но зато вернутся на Землю. А нам все равно. И если в дальнейшем придумаем какие наименования, то лишь для собственного удобства.
Снова замедляю шаги. Останавливаюсь на опушке, и не в состоянии идти дальше. Уж очень необычно выглядит лес, надо рассмотреть его внимательнее. Вид просто сказочный! Деревьев в привычном смысле этого слова нет. Из густой травы поднимаются упругие стебли-стволы. На высоте нескольких метров они соединяются по три-четыре штуки, образуют своего рода беседки. В вершине каждой - крупное мясистое соцветие, похожее на сплюснутую дыню и усеянное радужными чешуйками. От этих «дынь» отходят бесчисленные воздушные стебли, пересекаются между собой - будто сверху кто накинул громадную сеть. И вся эта сложная система в непрерывном движении. Мягко пружинят стволы, дрожат соцветия, раскачивается воздушная сетка. Мне показалось даже, что лес издает мелодичный звон.