Чтение онлайн

Взламывая оборонительные рубежи противника, наши войска с боями продвигались на запад, освобождая от фашистских захватчиков советскую землю.

К 22 октября 1944 года войска Ленинградского, 2-го и 3-го Прибалтийских фронтов освободили Эстонию, большую часть Латвии и Литвы.

В октябре 1944 года шли упорные бои по ликвидации курляндской группировки врага (36 фашистских дивизии группы армии «Север» были прижаты к морю на Курляндском полуострове и в Клайпеде). Затем, вплоть до9 мая 1945 года, курляндская группировка была блокирована войсками 2-го Прибалтийского, частью войск 1-го Прибалтийского и Ленинградского фронтов. На завершающем этапе войны командование этими войсками Ставка возложила на Маршала Советского Союза Л. А. Говорова.

Вместе с маршалом Л. А. Говоровым к нам прибыли командующий артиллерией генерал-полковник Г. Ф. Одинцов и оперативная группа генералов и офицеров штаба Ленинградского фронта.

С Г. Ф. Одинцовым мы были знакомы еще с 1939 года, когда в Сибири оба командовали артиллерийскими полками: он — корпусным, а я — дивизионным. В то время я, еще молодой командир полка, многому учился у него, теперь же стал его заместителем по ГМЧ.

Тяжелая война подходила к концу. Наши части уже сражались в Берлине. Казалось, дальнейшее сопротивление гитлеровских войск было бессмысленным. Однако в Курляндии 36 фашистских дивизий, используя благоприятные условия местности и хорошо подготовленные в инженерном отношении рубежи, упорно сопротивлялись.

Фашистское командование еще питало надежды, что эта группировка сможет ударом во фланг нашим войскам, вышедшим к берегам Балтийского моря, предотвратить катастрофу гитлеровской Германии...

Для ликвидации курляндской группировки врага наши войска объединенных фронтов в Прибалтике под командованием маршала Л. А. Говорова готовились к решающим боям.

1 апреля 1945 года, после окончания боевых действий по освобождению островов Моонзундского архипелага, в город Мажекяй прибыл и штаб Ленинградского фронта во главе с начальником штаба генералом М. М. Поповым. С этого момента наш фронт стал именоваться Ленинградским.

В состав оперативной группы ГМЧ, теперь уже Ленинградского фронта, кроме частей ГМЧ 2-го Прибалтийского фронта вошли некоторые гвардейские минометные части Ленинградского, 1-го и 3-го Прибалтийских фронтов. Всего было семнадцать полков М-13, одна дивизия и четыре отдельные бригады М-31.

Управление таким количеством гвардейских минометныхчастей во фронте облегчалось тем, что приказом Народного комиссара обороны от 2 августа 1944 года в общевойсковых армиях были введены должности заместителей командующих артиллерией по ГМЧ и отделения по оперативному использованию гвардейских минометных частей.

В первых числах мая штаб Ленинградского фронта заканчивал планирование и подготовку последней решающей операции. Планом предусматривалось основной удар нанести в полосе 6-й гвардейской армии генерал-лейтенанта И. М. Чистякова. На главном направлении вводился 30-и стрелковый корпус, прибывший из-под Ленинграда. Корпусом командовал Герой Советского Союза генерал-майор А. Ф. Щеглов (ныне генерал армии), мой товарищ по учебе в академии имени М. В. Фрунзе.

8 мая 1945 года заканчивалась наша подготовка к наступлению. В этот день я находился на правом крыле фронта, в 51-й армии генерал-лейтенанта Я. Г. Крейзера. Поздно вечером он сообщил, что командованию вермахта снова предъявлен ультиматум о безоговорочной капитуляции и начало нашей операции будет зависеть от ответа фашистского командования...

9 мая нам стало известно, что акт о безоговорочной капитуляции подписан. Начала складывать оружие и курляндская группировка фашистских войск.

Вечером на фронте в небо взметнулись тысячи осветительных и сигнальных ракет. Солдаты поздравляли друг друга, обнимались, целовались, смеялись и плакали. Казалось, мир сразу стал иным. Фронт, как громадный растревоженный улей, загудел, засверкал, засветился тысячами огней костров и бесконечным множеством фар. Весеннее небо бороздили яркие лучи прожекторов. Это было незабываемое зрелище. Величественная картина торжества Победы на всю жизнь сохранилась в моей памяти.

Через несколько дней по дорогам потянулись колонны пленных. Из курляндской группировки их оказалось более трехсот тысяч.

В те дни мне вместе с генерал-полковником артиллерии Г. Ф. Одинцовым довелось участвовать в допросе немецкого генерала, командующего артиллерией курляндской группировки.

— Почему ваши реактивные части и подразделения не получили должного развития в войну? Ведь в распоряжениинемецкой армии были многоствольные реактивные установки, — спросил я.

— Это было совершенно невозможно, — последовал ответ. — По причине непреодолимых ведомственных барьеров. Сухопутное командование не допускало, чтобы специальный род войск получил какое-то предпочтение и концентрировался в крупные группы полков.

Но дело было, конечно, не только в ведомственных барьерах. Гитлеровское командование основную ставку в войне делало на авиацию и танки и недооценивало роль артиллерии, в том числе и новой, реактивной. А позже, когда стратегическая инициатива оказалась в руках советского командования и наша армия на всех фронтах перешла в решительное наступление, фашистская Германия, несмотря на все свои потуги, уже не смогла создать такой могущественной полевой реактивной артиллерии, какую создали мы. И тут нечему удивляться. Советский народ черпал свои силы в новом, социалистическом строе, рожденном Великим Октябрем. Этот строй в полную меру раскрыл его духовные силы. Защищая социалистическое Отечество, наш народ проявил неиссякаемое мужество, стойкость, инициативу, энергию. И не только на фронте, но и в тылу, создавая оружие, выращивая хлеб, обеспечивая армию всем необходимым для достижения полной победы над врагом. Усилиями рабочего класса, технической интеллигенции было создано и новое первоклассное оружие — «катюши».

Реактивной артиллерией в нашей стране занимались Центральный Комитет партии, Ставка Верховного Главнокомандования. Они координировали работу заводов оборонной промышленности по серийному производству снарядов и боевых машин, контролировали ход формирования гвардейских минометных частей и требовали их массированного применения.

К концу войны в наших сухопутных войсках имелось сорок отдельных дивизионов, сто пятнадцать полков и сорок тяжелых бригад. Всего 519 дивизионов реактивной артиллерии. С июля 1941 по декабрь 1944 года на вооружение армии и флота поступило более десяти тысяч боевых установок и более двенадцати миллионов снарядов всех типов и калибров. Эти цифры говорят сами за себя.

Прошли годы, и поднялись памятники советскому солдатунад Волгой и Днепром, в немецком Трептов-парке и на холмах Болгарии, на землях Чехословакии и Польши, во многих странах Европы.

Чем дальше отодвигаются годы войны, тем больше осознаешь все величие подвига советского народа и его доблестных Вооруженных Сил!

Большую радость ветеранам доставляют встречи с однополчанами — боевыми друзьями. Многие из них еще служат в рядах Советской Армии или трудятся в народном хозяйстве, некоторые ушли на заслуженный отдых.