Чтение онлайн

Я улыбнулся, вспоминая наши совместные приключения, но в следующий же миг Мена помрачнел.

– Тенра, послы наших былых союзников хоть и вернулись ко двору, но не привезли ни соглашений, ни податей, так как Тутанхамону предложить нечего. – Слух о том, что Генерал не смог отвоевать территорию, проигранную Еретиком Эхнатоном, уже просочился в Уасет, но Хоремхеб все равно вернулся победителем, так как привез дань, которую давно задолжали хананейцы и их братья шасу. – Мой Генерал приехал сюда не только за Принцессой царских кровей, – продолжал Мена. – Ему нужны дополнительные войска, и Эйе ему их обеспечит. – Он откинулся на спинку. – Как только Хоремхеб выгонит хеттов в Хаттусу, трон будет принадлежать ему.

Я знал Мену слишком хорошо, чтобы подумать, что тот шутит.

– Эхнатон наказал жрецов Амона, и они этого не забудут, – напомнил ему я, – только человек очень большого ума сможет укротить и льва и крокодила одновременно.

– Хоремхеб вырвет им зубы. Тенра, власть сейчас зависит от силы, а не от крови. Не забывай, что Генерал поднялся в чинах с помощью хитростей старого Хозяина Конюшен, сидящего ныне справа от Тутанхамона.

– Эйе тоже сидел рядом с Эхнатоном, – напомнил я. – И посмотри, где он сейчас! – Разговор о первом муже Прекрасной послужил мне доказательством того, что боги играют с нашими мыслями. – Ты ведь крутишься среди великих и могучих, скажи мне, что стало с Царицей Еретика.

– Царственной сестрой Мутнеджмет? Я слышал лишь то, что она живет где-то в земле лотоса, вероятно – недалеко отсюда.

– Тогда, возможно, мне есть что поведать тебе, хотя это я говорю тебе как врач врачу. – Сказав это, я связал Мене язык, и мог быть уверен, что он не разболтает доверенный секрет. – Она стала супругой Отца Божьего по имени Рамос, отвечающего за счета Амона, и родила ему дочь.

На бронзовом лице Мены мелькнуло потрясение, затем – разочарование: он хорошо понимал, что может предвещать союз сильного жреца Амона и дочери Аменхотепа Великолепного.

– Как кошка, она всегда приземляется на лапы.

– Ее претензии на трон сложно превзойти, – напомнил я, – не только потому, что она дочь Осириса Аменхотепа, но и потому, что однажды она уже сидела рядом с Эхнатоном. Теперь она начала новую игру в «собак и шакалов» [27] , на этот раз – с Верховным Жрецом Амона.

– Эту сплетню ты тоже слышал от своей овдовевшей тетушки?

– Я присутствовал при родах ребенка.

– Ты? – Мена чуть не упал с сиденья. – За кого ты меня принимаешь – за быка безмозглого? Без обид, Тенра, но жрец, о котором ты говоришь, ни за что не позволил бы человеку вроде тебя и близко подойти к своей женщине – особенно при том, что он мог позвать любого священника из Дома Жизни.

– Я тоже так думал. Но ты знаешь, как бывает. Принимать роды – дело повитух. Возвышенных служителей из Пер-Анха не зовут, пока не будет слишком поздно, так что у них небольшой опыт с роженицами. И они его приобретать не стремятся.

– А как давно это случилось?

– В тот самый день, когда ее другая дочь стала Царицей Тутанхамона.

Я решил не рассказывать о том, что снова побывал в доме Рамоса лишь за день до нашего разговора.

– Почти четыре года назад. – Мена посмотрел на меня, чтобы определить, не дурачу ли я его. – Для простого врача, друг мой, репутация у тебя весьма необычная. – И без предупреждений поплыл в другую сторону. – Я узнал, что высохшие кристаллы меда хорошо помогают при глубоких порезах конечностей – забирают из них влагу.

Сердце мое запело от радости: Мена не забыл наш юношеский договор.

– Мне тоже есть что рассказать. Мазь из бычьей крови, смешанной с жиром черной змеи, предотвращает появление седины. Тебе стоит попробовать.

Мена в шутку хлопнул меня по щеке, я даже не успел сообразить.

– Как же я по тебе скучал, – сказал он.

– Так же, как и я по тебе, – признался и я, согретый его откровенностью.

Он посмотрел на небо:

– Нужно выяснить, где мне расположиться на ночь, и отыскать купальню, прежде чем я покажусь во дворце Фараона.

Пришла моя очередь разинуть рот от изумления:

– Ты пойдешь в Дом Ликования Тутанхамона?

– Он должен принять подати, привезенные Хоремхебом, и вознаградить его за службу. А также за то, что забирает его сестру. – Мена простодушно улыбнулся – этой улыбкой он даже однажды обманул моего отца, заставив того поверить в его невиновность.

– Если значение царской крови столь невелико, – поинтересовался я, – зачем Хоремхебу жениться на Принцессе? Всем ведь известно, что она ложилась со всеми мужчинами в Двух Землях, кроме меня и тебя. Или, может, мне стоит говорить только за себя?

– Вижу, твое мастерство выискивать бреши в доводах по-прежнему остро, как лезвие, – пробурчал он, когда мы собрались уходить. – Когда мой Генерал сделает ей ребенка, это будет уже неважно. Ему вскоре предстоит отплыть в Верхнюю Нубию, чтобы осмотреть гарнизоны, укрепляющие территорию над Вторым Порогом, но перед этим они покатаются на царской барже.

– И ты отправишься в Куш с ним?

– В этот раз нет – и, может быть, уже никогда. – Мы как раз выходили из сада, и его лица я не видел. – Иногда я не могу уснуть, и думаю: если завтра за мной явится Анубис, что останется после меня? У меня нет ни жены, которая будет горевать по мне, ни детей, которые запомнят мое имя. – Он отдал хозяину таверны расписку за пиво, и мы вышли на жаркую пыльную улицу.

– Мудрость, оставленная Имхотепом своим последователям, проживет долго, – напомнил ему я. – Но пока ты выбираешь себе подходящую жену, тебе следует очистить взгляд и провести пару часов на болотах… если твоя бросковая рука с возрастом не ослабла.

– На старом месте, – ответил он, заглотив наживку. – Как только Ра-Хорахте покажет лицо над горизонтом?

Я кивнул, но не мог упустить случая поддеть его еще раз:

– Не забудь вечером с мясом поесть капусты, иначе разболится голова и ты не попадешь в цель.

– Да со мной не ляжет даже танцовщица, если от меня будет вонять капустой. Я лучше пожую миндаля, и убью двух зайцев одним ударом, не забыл?

Мена двинулся к реке, и я порадовался, что снова вижу знакомую походку; сердце мое окутали воспоминания о других временах и других тавернах. Особенно о той ночи, когда мы открыли, что миндаль спасает от головной боли наутро после того, как выпьешь слишком много вина, и в то же время обеспечивает такое половое возбуждение, что можно посоревноваться с самим богом Мином [28] . Я повернулся и пошел к храму Амона.