Чтение онлайн

Я встаю и направляюсь на балкон, по пути прикуривая сигарету. Как только никотин наполняет мои легкие, я глубоко вдыхаю и закрываю глаза.

Да ладно, черт побери, пора; сейчас как раз тот момент, когда все это должно закончиться, нет?

По какой-то причине я даже не уверен, что так и будет.

Почему-то я знаю, что буду старым и седым, а она все еще будет последним лицом, которое я увижу перед сном, и первым, которое я увижу, когда проснусь.

Этого не изменить, сколько бы времени я ни проводил с другими и сколько бы этот гребаный Энцо ни уговаривал меня жениться, остепениться.

К черту это и к черту его.

Брак никогда не был на моем радаре, и единственный человек, ради которого я бы изменил свое мнение, никогда больше не будет моим, по крайней мере, не так, как я надеюсь.

Я опускаюсь в кресло у стола и достаю клочок бумаги, на котором я черкал последние два дня.

Может, Энцо стоит взять его с собой в следующий визит.

Может быть, это положит конец всему.

Лепесток,

Прошло ровно сорок семь дней и девятнадцать часов с тех пор, как мы в последний раз попрощались.

Я не писатель и никогда им не буду, поэтому не знаю, что на меня нашло, когда я решил написать тебе это. Все, что я знаю, это то, что у меня в груди что-то клокочет, и мне нужно как-то это прогнать.

Энцо говорил мне, что у тебя все хорошо, и я горжусь тем, что ты берешь все в свои руки. Я знал, что ты сильная.

Я знал это еще с тех пор, когда ты была маленьким Джо с его пухлыми щечками и девчачьими привычками собирать маргаритки.

Тогда я заставлял тебя думать, что ты раздражаешь и являешься обузой, но на самом деле ты была единственной, кто удерживал меня в этом мире, и я боялся потерять тебя, поэтому иногда подталкивал тебя и заставлял думать, что ты не такая уж и сильная.

Затем мой худший кошмар сбылся, и ты ушла. В тот день ты так сильно плакала, обнимая мои ноги, и я никогда не забуду, как ты прижалась головой к моему животу и отказалась идти со своей новой семьей. Это заставило меня почувствовать дерьмо, которое я не должен был чувствовать. Мне захотелось схватить тебя и унести.

Подсознательно эта мысль осталась со мной даже после того, как мы выросли. Вот почему еще до того, как я узнал тебя, я хотел сохранить тебя для себя, спрятать тебя для себя и просто быть с тобой.

Это нездоровая одержимость, я знаю, но разве все лучшие люди не несовершенны в какой-то степени? Разве не все мы так или иначе несовершенны?

Я знаю, что да, потому что даже после моей клятвы отпустить тебя, я не могу перестать думать о тебе, мечтать о тебе, и даже о твоих гребаных кошках. Я ненавижу, что у них есть ты, а у меня нет. У меня проблемы, я знаю. Только не говорите моему психотерапевту, когда он начнет существовать.

В любом случае, это длинное ненужное письмо написано с единственной целью - сказать тебе, что ты важна даже без семьи; даже без ничего, ты важна больше, чем ты когда-либо узнаешь.

Ты была важна с тех пор, как была маленьким Джо. Ты придала смысл моей жизни, когда была ребенком, и этот смысл только усилился, когда ты выросла.

Теперь, когда тебя нет, моя жизнь больше не имеет смысла.

Я люблю тебя, мой маленький Лепесток.

Ты единственная, кто дал мне почувствовать, что жизнь может быть чем-то большим, чем просто убийство и существование ради очередной порции крови.

Не забывай меня и даже не думай о том, чтобы взять себе мужа, или парня, или любую гребаную человеческую компанию. Кошки - это все, что я одобряю.

Джаспер

26

Джорджина

У меня дрожат ноги, когда я вхожу в темный дом. Он пуст. Я нашла Анджело снаружи, но он сказал, что все остальные сегодня на костре.

Я не могу перестать дрожать с тех пор, как прочитала письмо Джаспера, которое дал мне Энцо. Это было не только письмо, но и букет маргариток, который он прислал вместе с ними.

В следующее мгновение я уже сидела в самолете и летела на Сицилию.

Всю дорогу сюда я перечитывала письмо снова и снова, пытаясь не расплакаться и терпя неудачу.

Его слова задели меня так глубоко. Я уже скучала по нему, думала, что схожу с ума, и тут ему пришлось написать эти слова.

Он должен был вырвать мое сердце. Или, может быть, оно было вырвано с тех пор, как я покинула Сицилию в тот день. Может быть, с тех пор мое сердце осталось здесь.

Я поднимаюсь по лестнице так быстро, что чуть не падаю.

Когда я дохожу до спальни - нашей спальни - я останавливаюсь перед дверью, чтобы перевести дух.

Я прилетела сюда в брючном костюме. Я пыталась освежиться в самолете, но долгий перелет и все эти слезы, наверное, сделали меня похожей на кошатницу под наркотиками.

Глубоко вдыхая, я открываю дверь. В комнате горит мягкий свет, но его и след простыл.

Джаспер редко пропускает костры и фестивали. Он не очень любит их, но всегда старается быть рядом со всеми. Хотя он не говорит об этом вслух, Джаспер считает всех здесь присутствующих вторым шансом, который был дан ему после потери семьи.

У меня перехватывает дыхание, когда я понимаю, что он ничего не изменил в спальне. Даже маленькие подушки, которые я принесла, чтобы кошки могли на них играть, все еще здесь.

Как будто я все еще здесь.

Я собираюсь проверить балкон, когда замечаю капли крови на ковре, ведущем в ванную.

Нет.

Нет, нет…

Я позволяю своей сумке упасть на пол и бегу к ванной.

– Джаспер…

Мой голос прерывается, когда я вижу его фигуру. Он стоит перед раковиной, в одних брюках и перевязывает руку небрежными движениями.

Как только я захожу внутрь, он замирает и смотрит на меня слегка расширенными глазами.

– Лепесток? Ты настоящая?

Я подбегаю к нему и сжимаю его руку в своей.