Чтение онлайн

– Да уж слышно…

– Вот и подумай.

– Деньги мне ихние теперь ни к чему… Вещи надобны.

– Забирай полушубки и валенки. Только немцам не показывай – отнимут сразу.

– Запрячу, никакая собака не сыщет, – повеселел старик. – Когда лошади потребуются?

– Сегодня с рассветом.

– Тогда идем. – Старик энергично поднялся с лавки, стал собираться в дорогу.

– Ждите, но на всякий случай выставьте караул, – шепнул капитан, когда дед со старухой исчезли в сенях.

Павел отправил Нину и Йошку спать, сам вышел на крыльцо. Вдали, за бугром на большаке, то вспыхивали, то гасли огни немецких грузовиков и танков. Приглушенно рычали моторы. В загустевшем воздухе оттепели звуки сливались в тягучий гул. Видать, где-то снова тряхнули немцев, раз они откатываются без оглядки и не сворачивают в соседние с дорогой села.

Капитан и старик вернулись среди ночи на паре низкорослых каурых трансильванцев. [33] В санках, оплетенных ивовыми прутьями, вполне могли разместиться трое. К облучку был привязан тюк прессованного армейского сена и мешок с овсом. Ни слова не говоря, но многозначительно крякнув, дед ушел в хату.

– Как это вам удалось? – вполголоса спросил Павел.

– Дедок-то нашим оказался, – отозвался из темноты капитан. – Служил в Первой конной. Думаю, здесь неспроста остался. У него и спрячем «Северок». Вдруг он вам пригодится на обратном пути. Закопаем в сараюшке в дальнем углу. Найдете, даже если исчезнут старик со старухой. Ну и конечно, если хутор сохранится.

– Старик узнал, кто мы?

– Нет, разумеется. Однако понял, что о вас надо помалкивать и при наших, и при немцах.

– Откуда у него оказались лошади?

– Безногий зять у румынских солдат выменял на цуйку, по-нашему – самогон. Он на риге в землянке живет километрах в пяти отсюда.

Собирались не торопясь. Старуха согрела чугунок воды для чая, опять расставила тарелки. Дед от еды отказался, залез на печь отогреваться. Все армейское русское – и валенки, и полушубки, и концентраты – оставили хозяевам. Нина надела меховую полудошку, фетровые боты, вязаную шапочку, брюки. Клевцов и Слухай облачились в немецкие офицерские шинели с собачьими воротниками и теплые шапки. В ранцах осталось все для дороги: деньги, драгоценности, консервы, коньяк, хлеб. В бумажниках хранились требования на проживание в гостиницах для командного состава, талоны на питание в продовольственных пунктах и заявки на паек в рейхе, положенный состоятельной немецкой семье с прислугой.

Свой автоматический восьмизарядный вальтер Павел сунул в нагрудный карман френча. Йошка же предпочел безотказный маузер, принятый когда-то в чешской армии, но и теперь оставшийся на вооружении в тыловых частях.

Простились со старухой, а дед так и не слез с печи, прикинувшись спящим. Капитан осмотрел упряжь, сел на козлы. Лошади, фыркая, потянули санки по целине. Не доезжая с километр до большака, капитан спрыгнул, передал вожжи Йошке:

– Успеха вам.

– Спасибо за все, – поблагодарила Нина. – Я так и не узнала вашего имени…

– Благодарить не за что, а зовут, как многих в России, Иваном зовут. – Капитан подтолкнул Йошку в спину, приказав ехать.

Санки тронулись. Почуяв впереди хорошую дорогу, лошади побежали быстрей.

«Ну, вот и все. Теперь и говори, и думай, и живи по-немецки», – подумал Павел.

Йошка придержал коней, пока не пройдет колонна не то румынского, не то итальянского обоза. Как только прогрохотала последняя фура, он перемахнул через кювет и въехал на большак. На расчищенной грейдером дороге он скоро нагнал колонну, пристроился сзади.

Наступил рассвет. На санки никто не обращал внимания. Подобных путешественников теперь было много на дорогах.

Но на другой день Павел забеспокоился. Встречаться с патрулями фельджандармерии было опасно. Лучше самому прийти в комендатуру.

Самым ближним населенным пунктом на пути оказался Славянск. Комендатуру нашли быстро – в здании управления бывшего солеваренного завода.

В приемной скопилось много народу – и военных, и полувоенных, как Павел, и штатских. Но не было ни одной женщины. Адъютант заметил Нину и выскочил из-за барьера, учтиво склонил рыжую набриолиненную голову:

– Чем могу служить, фрау?

Нина, по-светски растягивая слова, произнесла:

– Доложите коменданту: коммерциальрат [34] фирмы «Демаг АГ» Пауль Виц с женой требует аудиенции.

– О чем вы хотите просить коменданта?

– Нам нужен пропуск в Германию, – сказал Павел, поднимаясь со стула.

– Сейчас всем нужен пропуск в Германию. – В голосе адъютанта прозвучало злорадство.

– Прошу держать себя в руках, гауптман, – сквозь зубы, с ноткой скрытой угрозы проговорил Павел. – Я фронтовой инженер-майор, искалечен в боях, но это еще не значит, что я не в строю!

– Простите…

– Прощаю. – Открытая улыбка обезоружила немца. – Мы не драпаем отсюда, подобно другим. Главное управление фирмы вызывает меня в Мюнхен и Розенхейм. Вот документы…

Павел достал командировочное удостоверение. В какой-то миг он уловил заинтересованный взгляд адъютанта на пухлой пачке рейхсмарок, что лежали в другом отделении его бумажника. «Да ты, братец, шельма!» – мелькнуло у него в голове, однако вслух он опять-таки тихо проговорил:

– Мы будем вам очень признательны…

«Очень» и «вам» прозвучали как бы отдельно и со значением.

– Хотите совет? – Адъютант опять взглянул на Нину.

– Иной совет немалого стоит, – в тон ему произнес Павел.

– К шефу не обращайтесь. Он взбешен. Его сын пропал в сталинградской мясорубке. На людей же вашего положения он вообще смотрит как… – гауптман помялся, – …как на мародеров. Все можно решить совсем иначе… Я возьму это на себя.

– Очень хорошо. Спасибо. А не могли бы вы также обеспечить нас ночлегом? Нас трое. – Павел подал требование на гостиницу.