Чтение онлайн

Казалось, это ужасное существо целиком состоит из какой-то молочно-белой жидкости, напоминающей густой туман, но, если сказки не врут, оно должно было обладать нечеловеческой силой и ловкостью, так что сражаться с ним совершенно бесполезно. Единственное, что теперь оставалось Брексан, — ждать, захочет алмор отнять у нее жизнь или нет. Она старалась закрыть глаза, чтобы не видеть, как эта тварь станет высасывать из нее жизненную силу капля за каплей, но от страха никак не могла совладать с собой; глаза немедленно снова открывались, и ей приходилось по-прежнему смотреть на склонившийся над нею ужасный лик.

Алмору, впрочем, пока что вполне хватило лошади и большого кедра. Оба отдали ему свою энергию. Какое-то мгновение он, впрочем, колебался, не взять ли заодно и эту молодую женщину, что скорчилась перед ним на земле, и уже потянулся было к ней, но тут ему напомнили, кого именно он должен найти.

Нет, ему была нужна совсем не эта женщина. Просто алмором двигали инстинкты, но теперь, когда его потребность в пище была удовлетворена, потребность отыскать поставленную цель возобновилась с новой силой. Его действиями управляла издалека некая могущественная сила, полузабытый голос которой некогда держал его в полном подчинении. И сейчас он опять услышал этот голос: он не сможет вернуться назад, пока не разыщет и не уничтожит того волшебника. И алмор, вытянув перед собой расплывчатую бесформенную лапу, ощупал перед собой землю, определил, где расположена корневая система росших поблизости тополей-осокорей, и исчез, просочившись в нее.

Брексан, задыхаясь, так и лежала в грязи. Потом перекатилась на бок, приподнялась, и ее вырвало прямо в заросли сладко пахнущих папоротников. А потом она потеряла сознание.

— Господи, неужели я нашел тебя? Просто поверить в это не могу! — кричал Стивен, когда друзья встретились на берегу. — Я был совершенно уверен...

И он внезапно умолк, так сильно Марк его обнял и прижал к себе.

— Я тоже думал, что уже умер, что это некая «жизнь после смерти» или просто чудовищная галлюцинация... — Марк, не договорив, вдруг резко отодвинул Стивена от себя и спросил: — Но ведь ты действительно здесь, передо мной, да?

Стивен сунул ему скатанный в шарик клочок бумаги. Марк развернул его: это был их телефонный счет за август.

— Что это? — с любопытством спросил он. — Зачем тебе эта старая квитанция?

— Понимаешь, мы куда-то попали. Но не умерли. И это не сон. — Марк оторопело смотрел на него, но он продолжал: — Все дело оказалось в той ткани, которую я принес из банка. Я экспериментировал: скатал эту бумажку в шарик, подбросил ее в воздухе над этим чертовым гобеленом и собственными глазами видел, как она исчезла.

— Что? Значит, это либо машина времени, либо некая дыра в пространстве? Что же это все-таки? И как мы вместе с нашим телефонным счетом сюда попали? — Марк был почти в отчаянии. — Слушай, Стивен, мы ведь живем в Колорадо, а это очень далеко от моря, но здесь мы очутились на берегу океана... причем неизвестно какого. Я не знаю даже, есть ли тут еще люди, кроме нас с тобой.

— Я не знаю, как эта штука действует, не знаю, куда она нас забросила, но куда-то мы точно попали.

— Но зачем?

— Что значит «зачем»?

— Я хотел сказать, зачем ей было отправлять нас куда-то? С какой целью она это сделала? И зачем она, эта штука, вообще существует? — Марк почувствовал, что у него снова разболелась голова, и потер виски.

— Понятия не имею. Возможно, это военные спрятали у нас в банке некое экспериментальное устройство по перемещению тел в пространстве.

Марк с явным сомнением уставился на него:

— Военные спрятали? Сто тридцать пять лет назад?

— Может, и не сто тридцать пять лет назад, а всего лишь полгода. Просто мы ничего об этом не знали. Но, так или иначе, я не сомневаюсь в том, что те, кто может ответить на все эти вопросы безусловно, не последуют за нами сюда и не станут нас здесь искать.

Первая стрела воткнулась в землю рядом с правой ступней Стивена. От неожиданности он подпрыгнул, отскочил в сторону и крикнул:

— Это еще что такое, черт побери?

Ответить ему Марк не успел: вторая стрела вонзилась в песок буквально в дюйме от первой.

— Стойте спокойно, — донесся до них чей-то голос с опушки леса. — И не вздумайте бежать.

Увидев, что Марк поднял руки, Стивен последовал его примеру, уронив на песок принесенную ему куртку.

— Мы и не собираемся бежать, — крикнул Марк в сторону леса. — Мы заблудились, и нам очень нужно позвонить. Не одолжите ли ваш мобильник? И мы сразу же уберемся отсюда, как только такси вызовем.

— Говорите по-человечески! — грозно приказал им тот, кто прятался в лесу, подкрепив свое требование еще одной стрелой.

Стивен ошалело посмотрел на Марка.

— Я его понимаю... Точнее, могу пересказать то, что он говорит.

— И я тоже. — На лице Марка страх постепенно сменялся любопытством. — Но это точно не немецкий язык. И я почти с уверенностью могу сказать, что это и не русский. Как же мы их понимаем? Разве такое возможно?

Стивен не ответил; отвернувшись, он смотрел в сторону леса. И Марк тоже увидел, что оттуда к ним идут двое.

— Черт возьми! Нет, ты только погляди на них! — прошептал он. — Да они, похоже, из другой эпохи явились. И одежда... и оружие... Ничего себе!

Незнакомцы были одеты примерно одинаково: высокие сапоги, узкие штаны из хлопчатобумажной или шерстяной ткани и плотные полотняные рубахи или скорее туники, подпоясанные ремнем. Один держал в руках короткий кинжал и нечто вроде рапиры, а второй, немного пониже ростом, был вооружен большим луком, и Марк отлично видел, что в лук уже вложена стрела. Те три стрелы, что аккуратно вонзились в песок у самых их ног, безусловно означали, что перед ними чрезвычайно меткий стрелок и любая попытка бежать будет означать для них верную смерть.

Гарек и Саллакс осторожно приближались к незнакомцам.

— Я таких никогда раньше не видел, — шепнул другу Гарек, держа под прицелом светлокожего мужчину. — Ты только посмотри, как они одеты!

— Да уж, не похоже, чтобы они явились из тех стран, где я когда-либо бывал, — вторил ему Саллакс. — Впрочем, готов спорить: они все равно окажутся малакасийцами.

— Тот, темнокожий, вполне возможно, и впрямь с южного побережья. Вот только одет как-то нелепо.