Чтение онлайн

— Дружеские отношения? Я даже не знаю, с чего ты взял, что это «он». — Вид у Марка был озадаченный, но он ласково потрепал коня по шее. — Ну ладно, вот я его приласкал, а теперь что?

— А теперь садись на него верхом! — Стивен усмехнулся. — Честное слово, это совсем не так страшно, как тебе кажется. Просто вставь ногу вот в эту штуковину — это стремя, ты ведь о нем слышал, не так ли? — и вскакивай в седло. Ты же наверняка достаточно вестернов видел, чтобы представить себе, как это делается. А чтобы управлять конем, пользуйся поводьями и собственными ногами. Остальное придет само собой — по мере развития событий.

Стивен повернулся к Гилмору и спросил:

— Кстати, куда мы теперь направляемся?

— На север, — ответил старик и прибавил — но уже для всех: — Значит, так: по Торговой дороге мы следовать не можем — там слишком много патрулей. — Он помолчал, огляделся, поднял с земли яблоко, но не скормил его своей лошади, а сам надкусил и продолжил: — Наш путь будет лежать через перевалы в Блэкстоунских горах к границе с Фалканом. А уж куда мы оттуда направимся дальше — это будет полностью зависеть от наших новых друзей.

— Зависеть от нас? — удивился Стивен. — И как же это будет от нас зависеть?

Гилмор, внезапно посерьезнев, в упор посмотрел на него:

— Скажи, ключ Лессека у вас?

— Ключ? — переспросил Марк, уже несколько раз тщетно пытавшийся вскочить в седло. — Какой ключ? О чем это вы? Мы попали сюда совершенно случайно — провалились сквозь этот чертов половик и приземлились на берегу океана. Потом на нас набросились Гарек и Саллакс и взяли в плен. Мы не знаем никого по имени Лессек — правда ведь, Стивен?

Очередная попытка удалась, и Марк, усевшись в седло, с ужасом думал, что же будет, когда конь тронется с места.

— Лессек умер много двоелуний назад, — сказал ему Гилмор, — но его ключ до сих пор имеет огромное значение для нашего мира. Если мы его не добудем, то окажемся, можно сказать, на грани поражения. А может, уже и за гранью.

— Какое поражение? В чем поражение, Гилмор? — Это спросил уже Гарек. — Ты что-то очень непонятно выражаешься.

— Ничего, вскоре тебе все будет понятно, Гарек, — печально сказал Гилмор. Впервые голос его прозвучал действительно по-стариковски, да и с виду он словно вдруг одряхлел. — Нам многое нужно будет обсудить по дороге, но для начала мне придется дать вам урок истории, чтобы наше теперешнее положение и наши главные цели стали для вас окончательно ясны. Но все это потом. — Несколько приободрившись, Гилмор внимательно оглядел сад и воскликнул: — Ну что ж, в путь!

— А как же Мика и Джеронд? — спросил Версен. — Разве мы их не подождем?

Хотя никто пока что и словом не обмолвился по поводу их отсутствия, но думали все одно и то же: раз Мика и Джеронд опаздывают, это может означать только, что их либо захватили в плен, либо убили.

— Нам необходимо идти дальше. — Гилмор был непреклонен. — Мика и Джеронд нас нагонят. Они же знают, что мы направились на север, а до Фалкана не один день пути.

— И что мы будем делать, когда доберемся до Фалкана? — спросил Гарек, легко взлетев на спину Ренны и ласково почесывая кобылу между ушами. — Ты сказал, что это зависит от Марка Дженкинса и Стивена Тэйлора. Значит, выбор довольно широк?

Стивен дружески хлопнул его по плечу.

— Просто Марк и Стивен, Гарек. Этого вполне достаточно. Не надо все время говорить: «Марк Дженкинс и Стивен Тэйлор». Похоже, нам немало времени придется провести в одной компании, так что давай без особых церемоний, ладно?

Гарек пожал плечами, вид у него был неуверенный. Потом он повернулся к Гилмору и сказал:

— Но без ключа Лессека у нас есть только один путь, верно?

— И куда же он ведет? — спросила Бринн, которая внимательно прислушивалась к этой беседе.

Гилмор плотно запахнул плащ, словно ему вдруг стало холодно, несмотря на здешнюю духоту, закрепил застежку у горла и сказал:

— Он ведет в столицу Малакасии, во дворец Велстар.

У Ханны ломило все суставы. Боль была нудная, тупая, какая всегда возникает при сильном обезвоживании организма. День стоял жаркий, и на пыльной дороге при каждом шаге вокруг лодыжек взвивались маленькие облачка пыли. Кроссовки были покрыты тонкой коричневой пленкой. Она шла всего полчаса, но, поскольку уже целых два дня ничего не пила и не ела, даже эти полчаса дались ей нелегко. И в первую очередь это почувствовали ее колени — они всегда безошибочно подсказывали, что она перенапряглась физически. Впрочем, настроена Ханна была решительно. И собиралась идти вперед, пока хватит сил.

Но вскоре о пощаде взмолились лодыжки, плечи и шея.

Дорога, огибая рощицу, где она провела ночь, вела, похоже, вдоль берега в тот городок, который она видела с вершины холма. Только путь туда оказался куда более долгим, чем она предполагала.

— Вдоль этой дороги даже и вороны просто так не летают! — простонала она. — Разве что те, которых плохо учили.

Дорога нырнула в узкий проход между двумя холмами, похожими на горбы верблюда, и города теперь больше видно не было, но Ханна догадывалась, что эта дорога так или иначе должна привести ее туда. Надеясь, что на том конце ущелья, возможно, окажется ручей, она покорно плелась, предвкушая наслаждение холодной родниковой водой, журчащей по гладким камням и заполняющей какое-нибудь симпатичное озерцо.

— Я выпью целый галлон, — пообещала она себе, решив проигнорировать тот факт, что в здешней воде вполне могут кишеть всякие болезнетворные бактерии, только и ждущие, чтобы их кто-нибудь проглотил. — Черт с ними, с бактериями! Я готова принять любую болезнь, которой они служат, — оспу, малярию, что угодно! Мне сейчас не до этого. Раз уж они сегодня дежурное блюдо, то я закажу их... с жареной картошкой!

Она рукавом вытерла пот со лба и стащила с себя куртку.

— Ну и жара! Господи, и как только это могло со мной случиться? Выходит, я не только провалилась буквально сквозь пол в квартире Стивена, но еще и в какую-то пустыню угодила.

Нет, сейчас лучше было не думать об этом. В итоге, конечно же, найдется какое-то рациональное объяснение, верно? Не желая мириться с тем, что она умудрилась стать жертвой каких-то сверхъестественных сил, Ханна старалась придерживаться того мнения, что в подобную чепуху ни в коем случае верить нельзя, ибо все на свете может и должно иметь свой смысл. Но постоянно убеждать себя в этом было страшно утомительно, и, лишь заставляя себя ровным шагом непрерывно продвигаться в сторону города, Ханна обретала некоторое душевное равновесие.