Чтение онлайн

— Ну, так делись! — практически потребовал я, как-то почувствовав ее нетерпение. — Я весь внимание.

— Не-не-не, так будет неинтересно! — хихикнула она. — Поэтому начну издалека. С момента, когда ты отключился первый раз. В тот момент, обнимая твое тело, пышущее жаром, и прислушиваясь к шелесту усилившегося дождя, я придумала забавный способ убить время — стала представлять атаки разных видов местного зверья с разных направлений и придумывать оптимальные алгоритмы противодействия. Причем как для работы в паре с тобой, так и в одно лицо. Первое время в голову лезла всякая дурь. Но стоило задуматься о последствиях разгильдяйства, как валять дурака резко расхотелось, и первый же придуманный вариант… обломал диким количеством очевидных изъянов. Зато порадовала работа над ошибками: как только самые непростительные были исправлены, стало понятно, что этот вариант никуда не годится, и второй придумался, что называется, влет. Да, при ближайшем рассмотрении он тоже оказался слабоватым, но помог поверить в свои силы. В результате к твоему первому пробуждению я вовсю прорабатывала третий.

— Интересное времяпрепровождение… — восхитился я.

— Угумс… — сыто мурлыкнула девушка. И от избытка чувств легонечко царапнула ноготками мои трапеции. — Но это были еще цветочки! А ягодки начались значительно позже. В тот момент, когда ты, начав замерзать, зачем-то накинул на себя пелену теневика: мне почему-то стало смешно обнимать невидимого парня, и я попробовала пробиться сквозь это умение взором в себя.

Тут я подобрался и торопливо задал напрашивавшийся вопрос:

— Получилось?!

— Изначально — нет: взор в себя пелену не пробивает. Но я уперлась. Из вредности. И, в конечном итоге, все-таки смогла трансформировать взор так, чтобы новый вариант умения стал показывать контуры твоей энергетической системы. А теперь вдумайся в самое важное: в шестом часу утра я видела ее с расстояния в десять-двенадцать сантиметров. Незадолго до твоего последнего пробуждения — с двадцати трех-двадцати пяти. А сейчас «цепляю» область, самая дальняя часть которой располагается сантиметрах в сорока с гаком!

Я мысленно присвистнул, добросовестно покопался в памяти, не нашел в ней никаких упоминаний о навыке, позволяющем «палить» скрытников, и попробовал воспользоваться помощью напарницы:

— Слышь, Оль, а ты когда-нибудь слышала об умении, позволяющем видеть теневиков?

— Неа… — ответила она и озвучила мою следующую мысль: — Получается, что его либо не существует, либо наличие этого умения тщательно скрывается. Впрочем, теперь это неважно: я объясню, что и как изменяла, ты повторишь всю цепочку экспериментов, и мы с тобой обретем сразу две возможности — носиться по Пятну под пеленой теневика, не показывая свое местоположение ХИС-ами, и видеть любых теневиков на расстоянии. Кстати, последнее умение позволит целенаправленно охотиться за змеями-теневиками и добывать самые дорогие Искры. В общем, готовься: этой ночью ты должен будешь научиться прозревать. Дабы до прибытия «Бродяги» раскачать это умение хотя бы ранга до десятого…

Пока Оля ставила мне «боевую задачу», я все никак не мог решить, как отблагодарить эту девушку за столь сумасшедший подарок. Ограничиваться одним словом «Спасибо…» не хотел. И, в то же самое время, был уверен, что предлагать ей ядро с каким-нибудь новым навыком нельзя, ибо обидится. Так что в конечном итоге придумал нечто среднее:

— Ты чудо, и я тобой горжусь. А еще понимаю, что к концу следующего лета мы с тобой станем очень и очень неприятными противниками даже для Гридней и Бояр…

— А почему именно к концу лета? — полюбопытствовала Оля.

— По моим расчетам, пробудишь и раскачаешь до шестого ранга все уже усвоенные, но еще не пробужденные умения, и научишься их использовать не только в одно лицо, но и в паре со мной.

Как я и рассчитывал, напарница не смогла проигнорировать «наживку» и попалась на крючок любопытства:

— А у меня есть такие умения?

— Конечно. Причем не одно и не два!

— А чуть поподробнее можно?

— Запросто! Я скормил тебе девять «лишних» энергетических узлов. Так что при большом желании ты в любой момент можешь пробудить, к примеру, окоченение, акустический удар, разряд, иллюзорный дубль или личину. Но я не вижу смысла развивать все умения сразу, поэтому веду тебя по пути, который прошел сам.

— Игна-а-ат… — протянула Кольцова, дослушав эти объяснения. А когда я отозвался, подтянулась на моих трапециях и звучно чмокнула в щеку. Да, при этом чуть не утопила, зато улучшила настроение как бы не в разы. И… не унялась: — Знаешь, некоторые твои поступки настолько сильно вышибают из колеи, что не передать словами…

— А что, за пределами этой самой колеи настолько некомфортно?

— В первые мгновения — да: к примеру, если к приобретению «Девушки в подсолнухах» я успела подготовиться морально и не разревелась, то букет роз, подаренный во Владимире просто так, свел с ума. А от признания «Я скормил тебе девять „лишних“ энергетических узлов…» трясет до сих пор: и то, и другое ты сделал из внутренней потребности, а значит, ты видишь во мне не просто человека, которому теоретически можно будет доверить спину, а подругу и члена семьи!

— Так и есть… — кивнул я, покривив душой совсем немного. И, услышав следующее откровение Кольцовой, мысленно признал, что Дайна не ошиблась и в этот раз:

— Я тоже уже не мыслю жизни без тебя. Но до сегодняшней ночи считала, что делаю для семьи непозволительно мало. А теперь, случайно создав для нас с тобой по-настоящему нужное умение, почувствовала себя счастливой…

30 ноября 2512 по ЕГК.

…Превращение взгляда в себя в прозрение далось чрезвычайно тяжело. А вот развитие уже созданного навыка пошло, как по маслу — если в четыре с минутами утра я «видел» энергетику напарницы сантиметров с пяти-семи в виде размытого светлого пятна с чуть более яркими полосками магистральных каналов, а в шесть сорок уверенно отличал магистральные от периферийных с тридцати-тридцати пяти, то в начале девятого, «отпустив» Кольцову до ветру, потерял ее из виду где-то с метра. Впрочем, до половины одиннадцатого навык развивался, если можно так выразиться, количественно. А потом «ни с того ни с сего» случился качественный скачок — «картинка» вдруг обрела не только невероятную четкость, но и объем. Что удивительно, прозрение напарницы улучшилось в том же самом ключе от силы через четверть часа после моего.

В принципе, это было логично. Ведь я был на ранг выше, прошел первую трансформацию энергетики и обладал не в пример более развитым резервом, благодаря чему восполнял его заметно реже Ольги. Но обгонять в развитии прозрения его создательницу не хотелось от слова «совсем». И я основательно напрягся. Как выяснилось, зря: вместо того, чтобы расстроиться или ощутить себя бесталанной, девушка обрадовалась, как ребенок, получивший в подарок игрушку мечты. И, оценив дистанцию, с которой начало работать ее творение, снова прискакала ко мне, чтобы продолжить тренировку. А я включил режим самодура — заявил, что до прибытия «Бродяги» осталось всего ничего, а мы даже не умывались.

Не особо завуалированный намек был понят влет: уже через несколько секунд из-под невидимости Кольцовой вылетел верх комбеза, затем в поле обычного зрения по очереди возникли ботинки, а после того, как раздеваться начал и я, на СПП-шку упали штаны, футболка, лифчик и трусики.

Да, мочить белье не было смысла, но меня все равно бросило в жар, а проснувшаяся фантазия стала рисовать такие волнительные картинки, что мне резко поплохело. Как вскоре выяснилось, это были еще цветочки: стоило нам войти в озеро и отплыть метров на двадцать-двадцать пять, как напарница по привычке попросила ее прокатить. Отказывать Оле в такой мелочи не было веских причин, так что я с помощью пригодившегося прозрения определился с нашим взаимным положением в пространстве, подставил плечи под «захват» за трапеции, сделал первый гребок и… почувствовал спиной «обжигающее» прикосновение затвердевших сосочков. Нет, голову не потерял — неспешно набрал крейсерскую скорость и поплыл, куда глаза глядят. Но злая волна, вынуждавшая перед каждым вдохом приподниматься повыше, очень быстро сместила фокус внимания на поясницу, а память, словно издеваясь, напомнила точную дату последнего «отрыва» с Соней и Таней — второе октября.