Чтение онлайн

— Может и зря задерживаешь, — вынужден был признать Вальд. — Мне докладывали, что эта тишина сильно насторожила комендантов пограничных крепостей, они даже отправили женщин и детей в Тарлос.

Лат махнул рукой.

— Всё равно поздно уже что-либо менять. Здесь поймаем, в Тарлосе… Какая разница? Значит, там их прихлопнем. В любом случае гарнизон Тарлоса эти не усилят, а жрать потребуют. Так что я должен сказать?

— Как только получим известие, что дочь герцога въехала в Тарлос, так на следующее утро и начнем.

— А когда мы получим это известие?

— С учетом расстояния и что наши разведчики опасаются пока, то известие получим где-то через три дня.

— А если раньше?

— Лат, я бы еще день для верности выждал. Нам важно, чтобы в Тарлосе этот караван навел суету. Когда приезжает столько народа, да еще кто-то очень важный, там такое начинается… Я, когда изучал укрепления Тарлоса, присутствовал при въезде Лерийского, нового командующего. А это всего лишь шевалье был, не из герцогской с семьи. Там обязательно праздник начнется, им не до известий с границы будет. А зная Корстейна, он еще эти новости и придержит, чтобы не побеспокоить высоких гостей.

— А они не уедут?

— Обычно они дней пять в городе торчат всегда. А уедут — так даже лучше. Получат известие, придется возвращаться, чтобы оценить угрозу. Пока оценят, изучат, проверят, время уйдет. Реагировать уже поздно будет. Потому и говорю, что еще бы выждал, просто знаю, что твоих вождей не удержать. Как только заявятся с новостями, так ведь тут же все узнают, как ни прячь гонца.

Лат кивнул. Есть такое. Понятие о тайне в племенах гарлов… своеобразное. Чужому тайное говорить нельзя, а вот своему, в том смысле, что из своего племени, обязательно сказать нужно. Гонцы тоже ведь гарлы. Доложат ему, покивают головой о сохранении тайны и тут же побегут к вождю своего племени с докладом. И ведь на полном серьезе будут думать, что слово сдержали. Они же честно никому чужому ничего не передали. А от своих какие могут быть тайны?

— Плохо, что у нас мало конных… Быстро коней закупать не получается… Не продают нам, даже по повышенной цене.

— Обойдемся, — отозвался Вальд. — Возьмем добычей в герцогстве. Еще и выкупом потребуем. Я не ожидал, что нам будут продавать сильных коней, способных нести всадника с вооружением. Объединение племен встревожило всех соседей, потому понятно будут осторожничать. А до объединения у отдельных племен не было средств, чтобы коней купить, а потом содержать. Меня сейчас больше волнуют имперские инженеры…

— Обучение идет, но не так быстро, как мне бы хотелось, — буркнул Лат. — Да и люди не хотят этим заниматься… Типа славы нет в том, чтобы киркой махать… Как им объяснить, что если мы не научимся брать крепости и города, то наше объединение ничего не стоит.

— После их первых успехов будет проще, — отозвался Вальд. — Потому я задумал для начала захватить несколько приграничных крепостей, которые раньше стояли у нас как кость в горле. Думаю, это порадует тех, кто жил на границе и потерял у их стен друзей.

— Помню… — Лат поморщился. — Но это задержит подход к Тарлосу.

— К Тарлосу мы не подойдем, пока не уничтожим полевую армию границы. Нам нужно, чтобы Корстейн получил нужные данные… Чтобы верил, что может отбить вторжение своими силами. И когда он выйдет со своей армией на помощь погибающим пограничным крепостям… Лат, очень важно, чтобы из этих крепостей успешно бежали некоторые солдаты, они должны принесли в Тарлос нужные нам вести. Вот когда Лерийский покинет Тарлос и подойдет к границе… — Вальд сжал кулак и продемонстрировал его. — Вот он где у нас будет. В этот момент мы и нанесем основной удар, а потом уже быстро двигаемся к Тарлосу и подтягиваем наших инженеров с их машинами.

— Не доверяю я этим имперцам, — буркнул Лат. — И честь, и честную сталь у них давно заменило золото.

— Им не нужно доверять. Пока наши интересы совпадают, они будут помогать.

— Пока…

— А потом мы и сами будем учиться… Нам есть что предложить имперцам. И потом… Мы не отпустим их инженеров, пока они не сделают то, ради чего им заплатили.

— И что ты намерен предложить им?

— Если мы сумеем уничтожить герцогство Райгонское, то север Итали окажется бесхозным… Мы его сумеем пощипать, но не сумеем удержать. Даже пытаться не стоит. Даже герцогство держит его исключительно на основе каких-то древних договоренностей и династических связей. А желающих прибрать эту область себе слишком много, они не договорятся друг с другом…

— И?

Вальд помолчал.

— Если власть герцогства ослабнет, то за овладение той областью начнется война. Варийцы предлагают за нее инженеров.

— А нам имперцы нужны тут? — Лат не слишком был доволен такой ситуацией.

— Они тут никому не нужны. Им не дадут укрепиться, в этом и прелесть, что мы продаем то, что нам не принадлежит и что покупатель не сможет никогда удержаться. Есть такой Эрк Рыжий… Сейчас он занят, договорился о чем-то с торгашами республики. Полагаю, его позже можно будет привлечь к нам, пообещав Северную Итали… И когда там все схлестнутся, им будет не до нас…

— Ты становишься слишком варийцем, Вальд. Зря ты ездил в эту империю в их академию учиться. Тоже начинаешь плести интриги. Слишком много с ними общался. — Лат покачал головой. — По-настоящему власть дает только это! — вождь вытащил из ножен меч и положил его на стол.

Вальд не считал нужным спорить с другом на эту тему. Варийская империя владела обширными землями на трех континентах, а меч Лата давал власть только на расстоянии длины его клинка. И Лат никак не хотел этого понимать…

Въезд в Тарлос оказался в меру торжественным, но роскошным. Нарядные прохожие, выстроившиеся вдоль дороги, по которой ехала карета с Элайной. Море цветов, приветственные крики. Девочка, слегка отодвинув штору, из окна наблюдала за людьми.

— Мари, как думаешь, эти люди действительно рады меня видеть или их сюда согнали?

После того происшествия Мари притихла, перестала поучать, но и перестала заниматься. Элайна, сделав насчёт своей временной дуэньи определенные выводы, перестала обращать на нее внимания. Иногда использовала ее в качестве молчаливого собеседника, которому можно задавать риторические вопросы. Вот как сейчас.