Чтение онлайн

Да, да, он это сделал. Как только эти дебаты закончатся, я найду его и заставлю заплатить. Пощады не будет.

– Получатель «Звездного пера», Мудрец Великого Древа, Победитель Сфинкса, Первый Ученый Тек!

Каменное яйцо раскололось вдоль пополам. Верхняя половина откинулась, открывая Первого Ученого во всей его красе, держащего свою преподавательскую указку, его шляпа плотно сидела на голове с прикрепленным к ней сверкающим белым пером. Два его помощника покорно стояли позади него, глядя в пол и играя роль скромных учеников.

– Яйцо?
– прошипела я в микрофон.

– Забавно же.

Агрх.

Арена встретила Первого Ученого оглушительными аплодисментами. Он кивнул им, благожелательно помахав когтистой рукой.

Первоначальный модератор столкнулся с неожиданными задержками в поездке, потому что его вторая жена похитила его, и теперь другие четыре его жены вели свои собственные дебаты о достоинствах его спасения. Нам срочно нужна была замена, и о Первом Ученом Теке заговорила вся Галактика после проделки Сфинкса. Ората практически пустила слюни, когда Шон предложил его.

Им не нужно было выкручивать крылья Теку. Сначала он возражал, но я поговорила с Оратой до того, как она посетила его, и как только она сказала ему, что это шанс просветить миллионы умов мудростью науки, он был беспрекословно согласен.

– Я все жду, когда соскользнет его шляпа, - пробормотал Шон.

Он был прав, головной убор уже должен был соскользнуть с его перьев.

– Что бы ни сделали его ученики, похоже, это работает.

– Может быть, они ее приклеили.

– Вселенная, я надеюсь, что нет.

Первый Ученый прихорашивался в знак поддержки и размахивал преподавательской указкой. Его голос донесся из динамиков.

– Давайте начнем.

Линия нежных стеклянных цветов проросла из пола сцены под яйцом. Они были похожи на трехфутовые одуванчики, где каждый был увенчан белой сферой размером с баскетбольный мяч, переливающейся белым и золотым. По одной сфере на каждого кандидата. Когда называлось имя кандидата, его сфера опускалась под пол, чтобы они не могли случайно выбрать себя для участия в дебатах.

Я направила белый огонек между секциями, подсвечивая их подпорные стенки, и остановилась на «Команде Хмурых». Небольшая секция передней стены скользнула в сторону, и из щели открылся пандус, ведущий к нижней части арены.

Элленда встала. На ней была черная мантия с глубоким капюшоном, украшенным искусными складками. Странный выбор. Я заметила это, когда их делегация заняла свои места. Ткань ее одежды была очень простой, почти грубой, что выглядело неуместно по сравнению с официальной одеждой всех остальных.

Женщина-ума спустилась по лестнице, подошла к сферам и опустила капюшон. Косандион притих. Ее лицо и шея были забрызганы золотой краской.

Я сталкивалась только с тремя умами, считая Элленду, один из них останавливался в гостинице моих родителей. На нем тоже была золотая краска. Мне тогда было шесть лет, и я сказала ему, что он выглядит очень красиво. Мой отец извинился за меня и позже все мне объяснил. Умы наносили золотую краску, когда были в трауре. Кто-то либо умер, либо был при смерти.

Можно было с уверенностью сказать, что никто на арене был не в курсе этого. Умы очень тщательно оберегали свою культуру. Но Косандион должен был знать, они были народом его матери. Почему так случилось, что именно она была в трауре?

– Выберите своего оппонента, - подсказал Первый Ученый Тек, указывая на сферы взмахом крыла. Они выглядели одинаково.

Я заглушила ветер. «Гертруда Хант» прокачивала воздух через скрытые вентиляционные отверстия, чтобы имитировать легкий ветерок, но воздушный поток помешал бы тому, что должно было произойти дальше.

Элленда положила руку на ближайшую сферу. Ее прозрачная оболочка лопнула, как мыльный пузырь, выпустив в воздух рой светящихся золотистых насекомых. Они поднялись, развернулись, пронеслись к секции клюв-убийц, зависнув над Пивором.

Пивор с широкой улыбкой поднялся, поклонился влево, поклонился вправо, снова ухмыльнулся, показав ровные белые зубы, и направился вниз по пандусу, который образовался из его секции. Он пересек арену и встал напротив Элленды. Они стояли лицом друг к другу, разделенные десятью футами. Крошечные голубые искры у их ушей объявили о том, что их микрофоны активированы.

Я возобновила воздухопоток. Многие виды, включая людей, чувствовали себя более комфортно при легком ветерке по сравнению с абсолютно неподвижным воздухом.

– Вопрос, который вы двое должны обдумать сегодня, заключается в том...
– Первый Ученый сделал драматическую паузу.
– Что важнее, счастье или долг? У вас есть сто мгновений, чтобы обдумать свой ответ.

На арене воцарилась тишина. Секунды тикали.

Когда яйцо Первого Ученого побелело, время истекло.

– Дщерь ума, - сказал Тек, - слово за тобой.

– Долг, - сказала Элленда.

Первый Ученый повернулся к Пивору.

– Счастье, - сказал кандидат клюв-убийц.

Стояла тишина.

Первый Ученый подождал еще пару вдохов и повернулся к Элленде.

– Вам придется объяснить свой ответ.

– Счастье мимолетно, субъективно и эгоистично. Подчинение своему долгу и успешное выполнение его обеспечивает дальнейшее выживание общества.

– Долг в равной степени субъективен, - ответил Пивор.
– Если я вижу, что за ребенком гонится хищник, мой долг вмешаться?