Чтение онлайн

Разговаривая со мной, Алла вдруг повернулась к нему и сказала с насмешкой:

– Давид, ты у меня дурачок?

Давид тогда испуганно повернулся к ней и кивнул в ответ головой, улыбаясь при этом доброй и какой-то жалкой улыбкой, да так беспомощно, что мне даже стало его жалко.

"Ну и стерва!" - подумал я про себя.

Хотя этот Давид и закончил консерваторию и университет, но был он какой-то недоделанный, дефективный, странный. Зато теперь у Аллы есть муж и даже дочка Тата!

Мои советники-раввины при этом опять начали неодобрительно качать своими головами:

– Э-э-э, папеле-то наш, но мамеле - шикса. Нет, эти шиксы пусть обманывают своих мужей, но нас они не обманут. Тату мы еврейкой считать не будем...

И действительно, на мать Тата была еще как-то похожа, а на отца Давида она была не похожа ни капельки. Та же самая история, что и у Наташи Мейер-Мейерович, что и у Люськи Черновой-Шварц. Опять какая-то закономерность...

Раввины-то давно уже это заметили, а я только теперь разглядел, и, поняв наконец, в чем там было дело, еще раз поддакнул раввинам, прямо как настоящий шабес-гой.

Мать ведьмы Аллы жила здесь же в Си-Клифе, в избушке на курьих ножках. Там же жила и сестра матери Аллы -сумасшедшая старая дева, которую они постоянно пытались выжить из своего дома, опасаясь, что она его когда-нибудь спалит. Но та упорствует, не съезжает, а живет себе припеваючи на государственное пособие по нетрудоспособности и в ус не дует.

В той же избушке на курьих ножках жила и сестра Аллы - Наташа Жукова, которая по своему характеру была очень похожа на Давида: она тоже была очень добрая, очень хорошая и очень странная. Поэтому ее мать постоянно пыталась спихнуть ей на шею свою сумасшедшую сестру - ее тетушку, - считая, что они друг друга поймут, ибо у них "есть много общего". Наташа эта жила, как монашка в миру, и вместо мужа она завела себе большого кобеля, который вел себя, как ревнивый муж, и поэтому перекусал уже всех ее соседей. В конце концов, соседи даже подали в суд, чтобы эту собаку притравили, а Наташа тогда позвонила мне и в слезах стала меня умолять:

– Гриша, выступи в суде в защиту моего кобеля!

– То есть как это?

– Как свидетель! Скажи им, что мой кобель - хороший. Ведь тебя он еще не покусал.

Еле-еле я тогда от нее отвязался.

Вспомнилось мне также, что когда мы вместе с Кисой заходили к Наташе, то стоило Кисе присесть, как Наташин кобель начинал своим носом нахально лезть к ней под юбку, а потом прыгал на нее, словно хотел изнасиловать.

Наташа в панике тогда пыталась оттащить от Кисы своего кобеля и, покраснев, кричала:

– Тубо, ты себя ведешь неприлично!

Да-а, собачка выдает тайны своей хозяйки. Похоже, что этот кобель давно уже привык совокупляться с женщинами и другого обращения с прекрасным полом просто не знал.

Итак, одна сестра - замужем за евреем, вторая - завела себе собаку. Но ведь и полуеврейка Наташа Мейер тоже говорила мне, что она любит собак больше, чем мужчин, а потом взяла и вышла замуж за еврея.

Вот потому-то и считала средневековая инквизиция, что совокупление с еврейкой - то же самое, что и совокупление с собакой. Они все это знали. А теперь это знаю уже и я.

Встает богословский вопрос: кто здесь святой, а кто - грешник?

Кто есть одна сестра (сумасшедшая тетушка Аллы, которая осталась старой девой) и кто есть другая сестра (мама Аллы, которая родила на свет двух дефективных дочек)?

Кто есть первая дочка (Алла, которая вышла замуж за дефективного еврея) и кто есть вторая дочка (Наташа, которая стала монашкой в миру и вместо мужа завела себе собаку)?

Кто из них лучше, кто из них хуже?

И на этот вопрос вам затруднится ответить даже сам о. Митрофан из церкви в Си-Клифе. Ведь вполне может оказаться, что в святые попадут Наташа Жукова со своим кобелем и ее сумасшедшая тетушка... Так что иногда богословие - наука довольно запутанная, особенно если применять ее для анализа поведения вырожденцев, всех этих бледных спирохет дегенерации.

Гуляю я как-то по осеннему Риверсайду. Кругом прыгают белки и просят орешки. Одна из них берет орешки прямо из моих рук.

Я накрыл белку шляпой, подвернул поля и, как в кулечке, принес белку домой - пусть поживет у меня вместо кошки. Но белка не хотела быть кошкой. Она сердито цокотала и демонстративно отказывалась от орешков. Потом она спряталась в лесу пружин моей огромной двуспальной кровати.

Вечером я лежу в постели и перед сном штудирую очередную книгу про гомосексуальность. Рядом лежит Киса и листает журнал. Где-то в недрах кровати возится белка. И вдруг я хлопаю себя рукой по лбу:

– Тьфу ты ж черт!

Говорят, что великие открытия частенько начинаются с совершеннейшей чепухи. Так, Архимед открыл основной закон гидростатики, сидя в ванне, воскликнул "Эврика!" и от радости даже выскочил голый на улицу.

Так вот и я совершенно случайно наткнулся на ключ к пониманию многих загадок. Последние пять лет я крутился в самом центре психологической войны и международного шпионажа. Там было много всяких загадок: провалы агентов, предательства, похищения людей, убийства и самоубийства. И почти все эти загадки оставались нераскрытыми.

Теперь же, работая над своим романом о гомо совьетикус, я брал эпизоды из жизни и лепил их в книгу. И получалась странная вещь. Все указывало, как стрелка компаса, в том же направлении. Но чего-то не хватало.

Следователь по особо важным делам при прокуратуре СССР Лев Шейнин в своей книге "Записки следователя" пишет, что настоящий следователь должен обладать чувством интуиции. Теперь я, как следователь, интуицией чувствовал, что тут дело нечисто. Но помимо интуиции нужны еще и доказательства.

Психологическая война построена на психике человека. Это ясно. А отец психоанализа Фрейд говорит, что психика человека тесно связана с его сексом. Но папеле Фрейд хитрит и пропускает одно важное словечко: не просто психика, а БОЛЬНАЯ психика. Да, больная психика связана с больным сексом. А нормальному человеку на Фрейда наплевать.

Я проштудировал уже кучу книг о гомосексе. Большинство из них написано самими гомо, и они неохотно выдают свои тайны. И вот только теперь я наткнулся на маленькую, но существенную техническую деталь. Деталь эта довольно смехотворная, В полном смысле - и смех, и грех.