Чтение онлайн

— Как же некрасиво ты поступил со мной, Шаган, — произнес человек, находящийся в тени, — Я дал тебе кров, разделил с тобой пищу, а ты бежишь ночью, словно трусливый змей, да ещё украл мою собственность! Это не делает тебе чести.

Я узнала голос Дагона. Когда он вышел на свет, я увидела, как спокойно его лицо. Но я понимала, что в душе он не просто злится, он вне себя от ярости. Шаган вышел вперед и встал передо мной.

— Я просил тебя продать мне этих людей, — сказал он.

— Этих рабов, — поправил Дагон, — И, по-моему, я вполне внятно тебе объяснил, что они не продаются.

— Поэтому, мне и пришлось так поступить, — Шаган обнажил меч.

— Почему такая преданность? — бог приблизился на расстояние удара, — Зачем тебе они, или ты спасаешь кого-то особенного? Я правильно догадался?

Купец не ответил.

— Извини, но мне придется вас остановить, — сказал Дагон, — Я никому не позволю отнимать у меня то, что принадлежит мне по праву.

Он напал так молниеносно, что я в удивлении отскочила в сторону и только крепче прижала к себе сына. Мои руки были заняты, и я ничем не могла помочь своим друзьям. Гуда рванулась в бой наравне с мужем. Ингрид и Сольгерд спрятались в камнях. Зазвенела сталь, пролилась первая кровь. Я спряталась в тени, которую отбрасывали от огня факелов скалы, когда Данн внезапно проснулся и захныкал.

— Нет, сынок, только не сейчас! — простонала я, как вдруг увидела, что на меня несется один из головорезов Дагона. Я вскочила на ноги и рванулась в сторону, надеясь, что цель воина не я. Но он упорно преследовал меня. Я побежала по берегу, пока не уткнулась в высокие скалы, заграждающие проход дальше. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что оказалась в ловушке. Преследователь нагнал меня и внезапно остановился, увидев, что мне больше некуда бежать.

— Попалась! — произнес он.

Я сбросила теплую накидку на снег и положила на неё плачущего сына, все время не отрывая взгляда от врага. Вынула из ножен острый кинжал и направила его на воина. Тот только улыбнулся увидев, как я пытаюсь защищаться с помощью маленького ножичка против огромного стального меча.

— А ты с характером, — рассмеялся он, — Мне такие нравятся!

За его спиной шла битва, но я не обращала внимания ни на что, кроме глаз своего врага. Он смотрел на меня неотрывно, но когда напал, я с легкостью отклонилась в сторону, успев полоснуть его по руке. Острая сталь прорезала плотную ткань и оставила глубокую рану на коже.

— Да ты неповоротлив, — рассмеялась я.

Дико зарычав, воин бросился на меня, я едва успела отразить удар его меча. Меня отбросило в сторону. Конечно, кинжал против меча был просто бесполезен. Я понимала, что единственный способ, которым я смогу достать этого верзилу, это быстрота и ловкость. Ему этих талантов явно не хватало, зато я, благодаря Гуде, владела ими в совершенстве. Когда он напал снова, я пригнулась и, полоснула его чуть выше колена и опять мой острый помощник оставил после себя глубокую рану. Когда он повернулся ко мне, я уже стояла на ногах, внимательно следя за ним. Но внезапно я застыла от ужаса. Воин стоял возле моего ребенка. Увидев младенца, он схватил его и поднял над своей головой. Данн заплакал ещё громче.

— Что, поубавилось прыти? — спросил верзила, — А теперь попрощайся со своим отродьем! — он взмахнул мечом, намереваясь разрубить моего сына напополам. Я словно превратилась в камень, мое сердце остановилось. Все произошло в считанные секунды, как вдруг мимо моего лица сверкнула сталь и я увидела, что воин, державший моего мальчика, опустил меч и осел на землю. Я рванула к нему и выхватила ребенка. Обернувшись, увидела Дагона. Он стоял, с трудом переводя дыхание. Я вздрогнула от неожиданности. Теперь я поняла, что это именно он спас моего сына, убив своего собственного человека. Наши взгляды встретились, как вдруг я увидела мелькнувшую за спиной бога черную тень. В тот же миг кто-то ударил его мечом. Я закричала и бросилась к нему. Дагон упал. За его спиной стоял Эйрик. Он намеревался ударить ещё, но выскочила перед ним и закричала:

— Не смей!

Эйрик отшатнулся.

— Он спас моего сына, — я все еще кричала.

Эйрик опустил меч и взял меня за руку.

— Идем! — сказал он, — И успокой, наконец, сына.

Мы прошли мимо лежащего на снегу Дагона. У меня появилось огромное желание подойти к нему и помочь, но я не сделала этого.

— С ним все будет в порядке, — произнес Эйрик, заметив, куда был направлен мой взгляд, — Ты не забыла, он бессмертен!

Мы вернулись на берег. Из людей Дагона никто не выжил, их все-таки было слишком мало против людей купца. Шаган уже был на корабле, ждали только нас. Мы поднялись на борт, и я наконец-то успокоила малыша, покормив его и укутав потеплее. Ко мне подошла Гуда и устало села рядом. Она посмотрела на спящего малыша и улыбнулась.

— Кажется, боги сегодня на нашей стороне, — сказала она.

— Урбан в порядке? — тихо спросила я.

— Да. У него рана, но она незначительная. Я едва перебинтовала его, как он тут же сел за весло, — Гуда говорила о муже с такой любовью, что мое сердце порадовалось за неё.

— А как ты сама?

— Все в порядке. Урбан даже не дал мне, как следует помахать мечом. С тех пор, как он узнал, что скоро станет отцом, боюсь, он превратился в наседку, оберегающую меня от всего и вся, и это превращение началось с сегодняшнего дня.

Мы рассмеялись. Корабль быстро стал набирать скорость. Я смотрела в сереющее на восходе небо. Сна не было. Гуда заснула рядом просто сидя на палубе. Эйрик принес нам теплые шкуры и укутал сестру и меня. Уже укрывая мои ноги, он выразительно посмотрел в моё лицо.

— Данн не твой сын, — сказала я, — Почему ты мне не сказал этого?

Эйрик печально улыбнулся мне.

— Давай обсудим это позже, — сказал он, — А пока отдохни и, как следует, выспись. Боюсь, что наши неприятности только начинаются. Дагон никогда не спустит нам все это с рук, уж я его знаю.

— Он твой брат? — спросила я.

— Нет, — отрезал Эйрик, — Когда то я, возможно и считал его таковым, пока между нами не встала ты. Теперь я ненавижу его. А он меня…потому что он все помнит!

С этими словами он встал и направился сменить кого-то на вёслах. Я закрыла глаза.

Из-за моря встало солнце. Оно мелькнуло буквально на мгновение и вскоре исчезло за пеленой сизых туч, клубившихся на горизонте. Когда пошел снег, я спустилась вместе с Гудой в трюм к остальным женщинам. Подруга устроилась на мешках с тканями, которые вез купец, и тут же заснула, а я так и осталась лежать, глядя в потолок и слушая, как поскрипывают под ногами тех, кто находился на палубе, деревянные доски.

С каждым днем путешествия, несмотря на то, что мы плыли южнее наших земель, погода становилась все более сырой и холодной. Дни были довольно пасмурными, но хотя бы радовало отсутствие осадков. Я почти все время сидела в трюме, лишь изредка поднимаясь на палубу, чтобы подышать свежим морским воздухом. Иногда брала с собой сына, но чаще оставляла его на это время с Гудой. Наши с ней отношения постепенно вошли в привычную колею. Я уже почти не винила подругу в скрытности. В конце концов, разговаривать мне надо было только с Эйриком, но мой мнимый муж старательно избегал меня, умудряясь проделывать это даже на борту корабля. Я не совсем понимала, зачем он оттягивает неизбежное, но на время прекратила преследовать его, несколько для его блага, сколько для себя самой.