Чтение онлайн

Илья суматошно заскреб пальцами у горла.

– Так! Отдавай Михайле, а сам его крест надевай! Лисовины своего слова назад не берут!

– Да разве я… Корней Агеич, и в мыслях не было!

– Ну, если не было, то и хорошо. А теперь обнимитесь, братьями стали, как ни как.

Илья облапил Мишку и растрогано хлюпнул носом. Мишка от неожиданности выронил костыль и чуть не упал.

– Ну вот, Михайла, у тебя и старшенький братик появился. Вот мать-то удивим! А я ее еще спрошу, с кем это она больше тридцати лет назад тебе братишку нагуляла.

– Да что ж ты такое… Корней Агеич, разве можно так?

Илья залился краской, Мишка тоже почувствовал, что краснеет.

– Шучу я, шучу.
– Успокоил дед.
– Не все ж одному Михайле. Илья, сегодня на ужин вся родня собирается. У нас в роду аж пять семей прибыло, слыхал?

– Как не слыхать…

– Вот всех и собираю, чтобы познакомились, а то стыдоба: родичи друг друга никогда в глаза не видели.

Дед снял шапку и с достоинством склонил голову.

– Илья Борисыч, милости просим, сегодня отужинать и познакомиться с новой родней.

– А… Э… Благодарствую… Это как же? Меня?

– Тебя, тебя. Окажи честь, не побрезгуй.

– Да я… Ой!

Илья спохватился и сдернул с головы шапку. Поклонился в пояс и, даже не проговорил, пропел:

– Благодарствую на приглашении, Корней Агеич, буду непременно.

"Во, как ритуал помогает! Сразу и косноязычие пропало".

– У тебя, Илья, - вспомнил дед - еще какое-то дело было?

– Да так, дельце небольшое. Корней Агеич, продай мне одну холопскую семью.

– Что-о-о? Да ты никак разбогател?

– Ну, не так, чтобы очень.
– Илья скромно потупился.
– Продай, тебе же все равно такую прорву народу девать некуда, вон: третью ночь за тыном сидеть будут.

– Это моя забота! Ты сам-то как целую семью до новин прокормишь?

– А это уже моя забота!

Бойкость возвращалась к Илье прямо на глазах.

– Кхе, Михайла, продать, что ли? Или самим сгодятся?

– С условием, деда. Если Илья согласится стать обозным старшиной Младшей стражи и будет учить в воинской школе обозному делу. Тогда ему для своего хозяйства времени будет мало оставаться, и понадобятся холопы.

– Слыхал, Илюха?

– Э, подумать надо, Корней Агеич.

– Ну, когда подумаешь, тогда и приходи.

– Не-е-ет, тогда уже поздно будет. Ладно, согласен. Но с Буреем ты сам договоришься. Идет?

– Идет. Гривна.

– Что, гривна?

– За семью - гривна серебром.

– Корней Агеич, да помилосердствуй, это ж разве цена?

– Не хочешь - не бери.

– А, может, отдашь за пятнадцать кун?

– Пьяниц и бездельников, или баб без мужика.

– Семнадцать кун!

– Двадцать три!

– Восемнадцать!

– Двадцать две!

– Сойдемся на двадцати?

– По рукам!

– По рукам!

Дед с Ильей зафиксировали сделку рукопожатием.

– Завтра с Лаврухой пойдешь за тын, - распорядился дед - он тебе семью укажет. А серебро - сейчас.

– А золотом не возьмешь, Корней Агеич?

– Да ты и впрямь разбогател! А торговался-то! Где взял?

– Гм… Так это… Там уже нету.

– Да не жмись ты, поведай по-родственному, чай не чужие теперь.

– Михайла мне присоветовал под идолами на капище покопать… Ну, вот… Я и говорю: век благодарен буду. Я и подарок припас, в благодарность, значит. Вот.

Илья полез за пазуху и извлек на свет еще один тряпичный сверток. Размотал тряпочку.

– Вот, я думаю: в самый раз будет.

Дед и внук хором ахнули. На ладони у обозника стояла миниатюрная бронзовая статуэтка. Вздыбившийся в хищном прыжке лис. Чеканка была исполнена настолько искусно, что обозначены были даже встопорщенная на загривке шерсть, коготки на лапах и клыки в ощеренной пасти.

– Кхе… Да-а-а… Где ж ты красоту такую?…

– Да там же, под идолами.

– Это же что получается?
– Дед почему-то адресовал свой вопрос Мишке.
– Волхв, паскуда, на нашем родовом знаке ворожил?

– Может, и ворожил, деда, так ведь не вышло ничего.

– Как это "не вышло"? А как он убег так легко?

– Кто убег, Корней Агеич?
– Всполошился Илья.
– Волхв? Ну, я пропал! Как дознается, что это я капище разворошил, тут и смерть моя.

– Кхе! М-да…

Дед многозначительно глянул на Мишку, потом сочувствующе на Илью, потом снова на Мишку, но уже сердито. Надо было срочно разруливать ситуацию.

– Погоди помирать, Илья.
– Торопливо заговорил Мишка.
– Кто знает о том, что ты на капище добычу взял? Обозники?

– Да что я, совсем дурной?
– Возмутился Илья.
– Только Бурей. Он за это у меня половину добычи забрал.

– Ну, тогда все не так страшно, даже, совсем не страшно.
– Принялся успокаивать обозника Мишка.
– Смотри, Илья, придет волхв на капище, а идолов нет. Вы же их пожгли?

– Пожгли.

– Ага. Земля разворочена. Вы же землю разворошили, когда идолов выворачивали?

– Разворошили.

– Ну, вот. Значит, никто не копался, а сокровище случайно нашли, когда столбы выворачивали. Неизвестно на кого и думать. Вернее, известно - сразу на всех. А на всех он и так злой, хуже уже не будет.

– Ага. Вроде бы, так.
– неуверенно согласился Илья.
– А если он свое золото на расстоянии чуять умеет?

"Едрит тебя, естествоиспытатель хренов, пытливый ум, твою бабушку…".

– И это не страшно. Ты с Буреем ровно пополам поделился? А сейчас из своей половины за холопов расплатишься, да еще и лиса мне подарил. Значит, у тебя уже меньше половины. Что он лучше почует: большую часть или меньшую? Большую! А она теперь у Бурея. Вот пусть к нему и идет. Бурею, что волхв, что медведь, что сам леший. Башку мордой к заду вывернет и скажет, что так и было.