Чтение онлайн

Тишину, воцарившуюся после заявлений тостяка, нарушило карканье Ворона.

Майб, засмеялась, как ни измучены были все ее чувства. О, конечно же. Я знаю этого человека. Не в силах устоять перед искушением, она выступила вперед: — Я бывала в ваших снах, господин.

Глаза Крюппа остановились на ней, тревожно расширились. Он вытер брови: — Дорогая, конечно, все возможно…

Старуха снова каркнула.

— Тогда я была моложе, — продолжала Майб. — И с ребенком. Мы были в компании Гадающего по костям… и Старшего Бога.

Каладан Бруд откашлялся: — Привет, горожанин Крюпп. Мы теперь осведомлены о событиях, сопровождавших рождение этого ребенка, Серебряной Лисы. Значит, ты — тот смертный. Сущность Старшего Бога все еще остается для меня неведомой. Который из них? Ответ на этот вопрос в значительной мере может определить наши… отношения с девочкой.

Крюпп моргнул, поднимая взор на полководца. Утер шелковым платком мягкий подбородок. — Крюпп понимает. Воистину. Благородное собрание омрачено внезапно возникшим напряжением, так? Бог под вопросом. Да, гммм. Многозначность, неуверенность, все это анафема для Крюппа Даруджистанского… может быть, а потом, может быть, и нет. — Он оглянулся через плечо на приближавшуюся карету официальной делегации, снова протер лоб. — Быстрые ответы могут ввести в заблуждение… нет, произвести совсем неверное впечатление. О, что же мне делать?

— Черт побери! — Этот крик исходил из подъехавшей кареты. — Крюпп! Во имя Худа, что ты здесь делаешь?

Одетый в шелка человечек обернулся кругом м отвесли земной поклон, который удался лишь частично, но все-таки выглядел изящным. — Дорогой друг Муриллио. Ты выбрался в высший свет благодаря новой профессии, или прошел задним двором? Крюпп и не знал о твоем очевидном таланте к управлению мулами…

Ведший карету человек осклабился: — Увы, выбранные Советом лошади проявили свою слабость сразу после нашего отбытия. Скажу я тебе, они на редкость походят на тех одров, которых приобрели вы с Мизой.

— Удивительнейшее совпадение, друг Муриллио.

Дверь кареты открылась, из нее выбрался широкоплечий лысый человек. С потемневшим от гнева лицом он пошагал к Крюппу.

Маленький толстяк непроизвольно отступил, широко раскидывая руки. — Дражайший друг и товарищ по жизни. Привет тебе, Советник Коль. А кто там за тобой? Никто иной как Советник Эстрейсиан д'Арле! Таким образом, все жизненно необходимые представители славного Даруджистана уже собрались!

— Исключая тебя, Крюпп, — прогудел Коль, все наступая на обппонента. Тот уже прижимался к своей карете.

— Неверно, друг Коль! Я здесь как представитель господина Барука…

Коль остановился, скрестил на груди могучие руки: — О, неужели? Алхимик послал тебя своим представителем, правда?

— Ну, не столь торжественно. Барук и я так сдружились, что слова зачастую не нужны…

— Хватит, Крюпп. — Коль повернулся к Каладану Бруду. — Мои глубочайшие извинения, Полководец. Я Коль, а этот господин рядом сомной — Эстрейсиан д'Арле. Мы оба представляем Правящий Совет Даруджистана. Присутствие этого… этого Крюппа… не было намечено и потому нежелательно. Если вы изволите подождать, я выставлю его вон.

— Увы, кажется, он нам понадобится, — ответил Бруд. — Поверьте, я все объясню. Теперь же, предгагаю уединиться в моем командном шатре.

Коль сверкнул глазами на Крюппа: — Какую же невыносимую ложь рассказал ты сейчас?

Толстяк выразил на лице негодование. — Крюпп и истина — друзья по жизни, дорогой Коль! Конечно, брак ослепляет — вот только вчера мы отпразновали сорок лет совместной жизни — госпожа Правдивость и я. В Крюппе, несомненно, есть нужда — в любом деле, в любом месте и любом времени! Крюпп обязан выполнить долг, хотя и незаметно…

Коль с глухим рычанием поднял руку, намереваясь отвесить толстяку оплеуху.

Эстрейсиан д'Арле выступил вперед, положив руку на плечо Коля. — Спокойнее, — прошептал советник. — Все же очевидно, что Крюпп говорит только с Крюппом. Мы не отвечаем за него. На самом деле он окажется полезен — на него, и на него одного, падет задача произвести впечатление.

— И я уж впечатлю! — крикнул Крюпп, снова заулыбавшись.

Карга приземлилась, прыгая перед Крюппом. — Вам, господин, быть бы Великим Вороном!

— А тебе собакой! — крикнул он.

Карга замерла, закачалась, растопырив крылья. Покачала головой, проскрежетала: — Собакой?

— Только чтобы я мог почесывать тебя за ушками, моя дорогая!

— Почесывать! Почесывать!

— Ну хорошо, не собакой. Попугайчиком?

— Попугайчиком?

— Прекрасным!

— Хватит! — прогрохотал Бруд. — Все за мной! — Он резко повернулся и пошел в лагерь Тисте Анди.

Майб метнула взгляд на Вискиджека — и тот засмеялся. Спустя миг к нему присоединился Даджек, потом все остальные.

Серебряная Лиса стиснула руки. — Крюпп уже показал свое значение, как вы думаете? — сказала она тихим голосом.

— Да, дитя, показал. Идемте, лучше нам поспешить за полководцем.

Как только все вошли в шатер и стали снимать плащи и отстегивать оружие, Паран подошел к советнику Колю. — Я рад снова видеть вас, — сказал капитан, — хотя, — добавил он тоном ниже, — в солдатских доспехах вам удобнее,чем в этих костюмах…

Коль скорчил гримасу: — В этом вы правы. Знаете ли, я часто с какой-то ностальгией вспоминаю о той ночи в холмах Гадроби. Там мы были всего лишь самими собой. — Он поглядел Парану в глаза и огорчился тем, что увидел. Они пожали руки. — Времена были проще…

— Необычный тост, — раздался голос. Они обернулись и увидели подошедшего с глиняной кружкой в руке Вискиджека. — Там, на этом заменителе стола, есть кружка и для вас, советник. У Бруда нет слуг, так что я назначил себя на эту почетную должность.

Потянув к себе три кружки, Паран нахмурился над столом: — Это же дно фургона. Видите, солома.

— Этим объясняется и то, почему здесь смердит хлевом, — добавил командор, наполняя кружки гредфалланским элем. — Этой ночью стол для карт Бруда пропал.