Панк-вирус в России, Аксютина Ольга

Панк-вирус в России

на обложку

Аксютина Ольга

Шрифт:

А бомжи, которые живут непонятно где, на помойках, жрут крыс — можно назвать их панками? Можно назвать панками ментов. Увидели кого угодно: "Давай доебемся". Отпиздили.

Панками можно назвать политиков, что хотят, то и воротят.

Панки — это не есть какая-то определенная социальная или идеологическая прослойка. Это нить, которая пронизывает все слои, абсолютно применимая ко всем, но с определенной интенсивностью.

О: Должен ли нести панк опасность для общества?

Ш: Это зависит от его умственного развития. Если умный панк, он никогда не начнет залупаться в магазине…, чтоб потом мотать срок где-то.

Г: Музыка панковская сейчас, если она осталась, то она звучит сейчас как ретро, как ностальжи по радио. "Sex Pistols", «Ramones» — это Панк-рок, это по-настоящему панк — музыка. Но если сейчас ее играют, то это уже не панк — музыка. Это, считай, они играют ретро.

А панков полно на улицах, но они слушают-то "The Strawberry Jam" или что-нибудь еще.

Д: Да они до этого еще не доросли, чтобы слушать.

Ш: Панками их можно назвать только по устоявшемуся имиджу в общеестве те же самые булавки, проклепанные косухи, ирокезы, милитари.

Д: А тут нормальных панков просто не осталось. Старая «ТаМtАm» овская бригада уже сдыхает.

Ш: Разрушение стереотипов — это тонкая психологическая работа. Если панк — психолог, он уже не панк.

Д: Это почему?

Ш: Он не может разрушать какой-то чужой стереотип, если у него есть свой стереотип. Получается круговая зависимость.

Г: Я думаю, панк сам по себе подразумевает какую-то свободу, независимость и наплевательное отношение к себе и к окружающим.

О: Отношение к анархии?

Ш: Анархия — это хаос. Это переход, это какая-то стадия.

Д: Хаос — это порядок.

Ю: Настоящая анархия должна быть вне политики. Потому что в политике совсем другие правила. Большая политика никакой анархии не допускает. Это нам кажется, что может так произойти или эдак, на самом деле, если революция какая-нибудь происходит — все нормально спланировано и устроено. Культурно с жертвами и со всеми сопутствующими вещами (смеется). |

О: А почему вы играете такую музыку?

Ю: Получается само по себе, потому что мы такие люди, потому что мы так живем и, вообще мне нравится такая музыка — быстрая, веселая, забойная, мелодична! И как у нас множество песен — шуточные, несерьезные.

О: Для чего вы занимаетесь этим?

Г: Я вижу в этом выход своей энергии, своему внутреннему состоянию

О: А Вы, Александр Плеханов, что думаете по этому поводу?

Ш: Я хочу не то чтобы реализовать себе мое творчество, мои мысли, мое мировоззрение найдет резонанс у кого-нибудь, что даст мне силы определиться с самим собой и, в конце концов, разбогатеть…

Д: И в космос улететь (стебным голосом)

О: Какой меркантильный!

Ш: Ну, ты понимаешь. Мы парни честные. Все, что мы делаем, мы делаем для себя.

Д: А мне это нравится. Если бы я этим не занимался, то был бы в тюрьме наверно. Потому что энергия должна куда-то уходить: выходит музыкой.

О: Какие были самобытные условия появления Панк-рока в России?

Ш: Панк-рок родился в Англия, поэтому в России не было особого стимула копировать бунт против английской королевы, но, в конце концов, Панк-рок — это будет против системы, а система под собой подразумевает устройство гос. права, любого. А государственное право подразумевает под собой обывательское сознание, т. е. обыватель есть главное поле деятельности, объект разрушения для панка.

О: Чем русский Панк-рок отличается от западного?

Г: На Западе все жирные, и они устали от этого. Они заебываются быть в этой фирме… Все страны как фирма — очень чистенькая и стерильная. А мы? А мы че? Нам бы выжить только, поэтому нам панк сродни. У нас все жители панки. И от этого тоже устали. Там устали от чистоты. А здесь устали от грязи. Вот и вся разница.

О: Что бы вы могли пожелать панкам и людям, которые будут читать эту книгу?

Ш: Данай ты, Джонни, первый.

Д: У меня нет мыслей никаких.

Ш: Тогда ты, Гаррик.

Г: Денег.

Ш: И интеллекта.

Г: Главное, беречь свое здоровье и не чураться любой работы.

Д: Я отказываюсь им что-либо желать.

Г: Или еше такой вариант — чтоб в школе хорошо учились.

Ю: Желаю читателям поменьше употреблять наркотиков, чтобы ваши дети были но дохлыми и зелеными, а толстенькими и розовенькими.

Г: Можно им пожелать типа, встретимся в аду.

Ш: И не следовать принципу: попробовать в жизни все.