Папины дочки
Шрифт:
– Женщины, милые… Что вы от меня хотите?
– Информации! Мы хотим знать, правду ли говорят амурины карты.
– А что они говорят? – Жданов пытался прояснить ситуацию
– Они говорят, что Вы женитесь!
– Все верно! Амура же всегда все знает
– Андрей Павлович, мы серьезно…
– И я серьезно. Женюсь!
– Ой, а мы ее знаем?
– Знаете. Она у нас работала… раньше.
– Как у нас…У нас никто и не увольнялся. Только Кира Юрьевна, а еще… еще Марьяна…- вспоминала Пончева.
– Андрей Павлович! Вы что, на Марьяне женитесь?!
– Нет, Таня, успокойтесь, - засмеялся Жданов, - я женюсь на Кате.
– На Пушкаревой? – в два голоса воскликнули Шура и Амура, - она же уехала… с Мишей…
– Уезжала, но не с Мишей. И давно вернулась.
– Как это вернулась? А мы почему не знаем? Вот Катька дает… - огорчилась Мария. Такой удар по ее осведомленности…
– Андрюш, - подала свой голос Ольга Вячеславовна, - а увидеться с Катей можно? Мы по ней соскучились…
Жданов замялся.
– Дело в том…. мы свадьбу не устраиваем - только торжественная регистрация… А то пригласили бы…
– Да мы не на свадьбу…
– Конечно, увидитесь! В гости вас пригласим, как с квартирой вопрос решится. Да она и работать у нас будет, - выпалил Жданов и тут же пожалел о своих словах: с Катей об этом еще разговора не было, неизвестно, как она решит.
С квартирой тоже проблем не возникло. Удалось найти удобную, такую, чтобы у каждого была своя комната. И Пушкаревых переселили в хороший район, поблизости от себя.
Был один неприятный момент, в котором Жданов винил исключительно себя – не обговорил все заранее, не подумал… Дело касалось няни.
Придя в один из дней с работы чуть раньше обычного, услышал приглушенные голоса и всхлипывания: на диване в гостиной сидели, обнявшись, няня и Лиза.
– А ты приходить к нам будешь? Я без тебя плакать буду…
– Ничего, привыкнешь, в садик будешь ходить, потом в школу. У тебя теперь сестра есть, и мама, и бабушка…
– Я с тобой хочу!
– Лизонька, мне же и места не будет - вас теперь много…
– А со мной в комнате?
– С тобой сестра будет…
– А мама-Катя с папой?
– А как же. Мама всегда с папой…
– Еще гостиная и кухня…
– Да я бы согласилась и на кухне, только не нужно это…
Жданов не стал слушать дальше.
– Так! Что тут происходит?
– Ой, Андрей Павлович, Вы пришли… А мы… мы тут…
– Мы прощаемся, - заревела в голос Лиза.
– Объясните толком, Любовь Вениаминовна, Вас что-то не устраивает? Почему я не в курсе?
– Нет, все меня устраивает. Я подумала, что теперь не нужна вам. Катя сама… и бабушка Лена поможет…
– Об этом и разговора быть не может! Как это Вы нам не нужны? Мы же одна семья…
Я должен был все объяснить раньше. Мы покупаем новую квартиру! Всем места хватит, все предусмотрено. Пушкаревы будут жить рядом, но отдельно. Катя будет работать, она дома сидеть не хочет. Так что девочки на Вас. Они будут ходить в садик – Элизе тоже уже пора, но и вам работы хватит: встречать, провожать, отводить в музыкальную школу, в бассейн… Да что я о работе, хоть и без работы… Вы наша…
Новую квартиру до свадьбы-регистрации полностью оборудовать не успели, но все равно переехали. Не хотел Жданов, чтобы Катя жила среди Кириных вещей.
Елена Александровна намекнула, что в новый дом надо бы пустить кошку – положено так.
Жданов не возражал. Он кошек любил, хотя видел их только в детстве, у бабушки. Холостяку кот ни к чему. А Кира была ярая противница всякой живности.
Собрались покупать котенка новомодной породы – совсем без шерсти. Но дети решили по-своему. Девочки тут же притащили с улицы совсем крохотного пушистого котенка. Он еще и есть не мог самостоятельно. Ну не выкидывать же его – погибнет! Так и остался у них. Беспородный, но благодарный и ласковый. Пушком назвали. Катя кормила его из пипетки молочком, потом жидкой кашей. Выжил. Через полгода такой котище вырос! Хозяин! У всех домочадцев свои обязанности перед ним.
С детьми он играет. Больше всего любит прятки. Спрячется под кровать и ждет, когда кто мимо проходить будет. Тут и цапнет за ногу! И в догонялки тоже любит - такой гвалт в доме устраивают: впереди одна Лиза, за ней Пушок, а за ним другая Лиза. Иногда, когда слишком расшалятся, в «игру» вступала няня: брала швабру и появлялась на их пути. Кот моментально заскакивал в свой домик. Почему он так боялся этого предмета? Его никогда не били…
Жданов нежился с котом на диване. Пока котенок был маленький, он укладывался ему на шею. Вытягивал ноги и хвост и замирал в таком положении, сладко мурлыкая. Став побольше, перебрался на колени, а то и на грудь. Мог лежать так часами, прикрыв один глаз. А другой глаз был всегда настороже – не появится ли враг?
Няня за котом присматривала, как за дитем – вовремя убрать лоток, сполоснуть… постоять рядом, пока он дела свои делает. Вроде головка у кошек маленькая, мозгов совсем чуть-чуть. А как все понимают! Если хозяева собираются уходить и ему предстоит остаться одному, тут же бежит в туалет, раз, второй…
Без хозяев терпит до последнего – а кто уберет?
Ну, а Катя была его кормилицей. С первых дней. И избаловала. Кот «издевался» над ней: раз в неделю ел сырой желток от яйца, но только из скорлупки! И только самое свежее! И не раньше, чем через семь дней! Мясо ел только из ее рук, по маленькому кусочку. Положи это же мясо в миску – есть не будет! Молоко пил сам. Сядет возле того места, где ставят плошку с молоком, и молча ждет, пока хозяева догадаются налить. А кефир сам не пьет, только слизывает с пальца.
Любовь Вениаминовна ничего не говорила по этому поводу - сама украдкой скармливала ему свою порцию йогурта. Можно было покупать йогурт и для кота - средства позволяли, но она предпочитала делиться своей баночкой, хотя, сколько их было в холодильнике, никто не считал.
А вот Елена Александровна, бывая у них, всегда возмущалась:
– Да как же можно так кошку баловать? Он же верховодит вами. А если и детей так избалуете? Сядут они вам на шею… и понукать начнут!
Жданов, если присутствовал при этом, говорил смеясь: