Пара-норма
Шрифт:
А после Семен привез ее к старику, у которого недалеко от дороги стояло маленькое кафе, и там давали вкусные жареные колбаски и горячий чай с травами. И Семен все время подкладывал Варьке жареные кусочки.
– Ешь, у тебя дефицит массы, – умно приговаривал он, с удовольствием глядя, как Варька жмурится от тепла и счастья.
– У меня не дефицит… у меня просто масса такая… недоделанная, – урчала она.
А после старика они уехали на безлюдную трассу, и Семен учил Варьку водить машину. И всякий раз, когда она визжала от ужаса, он весело хохотал, обхватывал ее большими, крепкими руками и вертел руль ее руками:
– Маленькая, ну чего ж ты боишься?
– Так она же… едет! Сама!
– Она не сама едет, это ты ей управляешь. Все правильно делаешь. Да ты рулем-то крути!
– Сам крути! Она… уй-й-й! Чего она так быстро?
– Ногу с педали убери… Не жми сильно на газ!
– Я сейчас… я сейчас вон тот сугроб задавлю!!
– А вот этого не надо, дай-ка я сам… Малыш, держись крепче!
И она забывала про все машины на земле – никогда и никто еще не звал ее «малышом»! Все говорят – пошло, а она бы за эту пошлость отдала бы полжизни!
Домой добрались уже темным вечером. Счастливые и насквозь мокрые.
Варька сразу же нырнула в ванную.
– Я первая!
– Только не долго! – крикнул он ей в двери. – Чтобы не дольше часа, идет?
– Я тебя не слы-ы-шу-у! – веселилась Варька, прижимаясь к двери щекой.
Ей надо было побыть одной. Хоть немного. Чтобы справиться с тем навалившимся счастьем, которого она так долго ждала, мечтала и не верила, что такое бывает.
– Семка… – прошептала она, включая сильную струю воды. – Семочка…
Она даже свистнула у Вероники Абрамовны немножко пены и теперь нежилась в пушистом, ароматном облаке, еще и еще раз тихонько произнося любимое имя. Ей надо было успокоиться, а то сердечко, не привыкшее к буре радости, могло и не выдержать. Во всяком случае, ей так казалось. Хотелось побыть одной и… до ужаса боялась, что выйдет, а Семена нет. Ну просто сон и все. И она выйдет, а ничего нет? Но сегодня плохие мысли в голове не задерживались, их вытесняла спокойная уверенность, что вот теперь-то и начнется настоящая, счастливая жизнь.
Варя вышла из ванны, предварительно красиво замотав голову полотенцем и укутавшись в коротенький халатик. Надо бы в длинный, махровый, персикового цвета, или молочного… можно еще в шелковый, но ни того, ни другого у Варьки просто не было. Но в зеркале отражалась такая счастливая, розовая, улыбающаяся физиономия, что она решила – и этот халатик не плох!
– Сема! Я все! Теперь ты!
Ей ответила тишина.
У Варьки обмерло все внутри – неужели правда? Вот так взял и… сбежал?
– Семен!!
Никто не отозвался. Только телевизор сам себе рассказывал про новые достижения какого-то кирпичного завода.
– Ну надо же… – обессилено рухнула Варька в кресло. – ну блин! Черт дернул меня в эту ванну залезть! Так бы… да хоть бы попрощались по-человечески…
Она еще раз обошла всю комнату и стукнулась даже к соседям, но кроме нее никого в квартире не было.
– Черт! – уже шмыгала носом Варька. – Ну чего он так-то? Я ж… даже если он больше не придет, ну и ладно! Спасибо, что просто… был! Я б ругаться же не стала. Чего ж сбежал?
Она уже тихонько подвывала от жгучей обиды, когда в дверях заворочался ключ.
Не хватало, чтобы именно сейчас приехали эти соседи!!
– Варь, а ты уже вышла из ванной? Я думал, успею…
Он притащился прямо в комнату – длинный, в легкой курточке и с огромными пакетами в руках.
– Варь, а ты чего? – встревожено уставился он на хнычущую Варьку.
– «Чего-чего»… – пробурчала та, быстро подскочила, и уткнулась к нему в грудь. – Я думала… ты сбежал…
– Ну здра-а-а-ссьте! А что-нибудь хорошее ты обо мне подумать не могла? Например, что я залез в холодильник, а там пусто! Даже грязи нет!
– Откуда там грязь… я все помыла…
– Хозяюшка, умница, белоручка… видишь, как я о тебе хорошо думаю, а ты!
– Ну уж… про белоручку ты того… погорячился, – сквозь слезы улыбнулась Варька. – Потащили пакеты в кухню… Ого, ну всего накупил! У нас будет романтический ужин, да?
– Какой сготовишь. Ты давай… в общем, что-то делай, а я в душ, а то мокрый весь, как лягух!
– Лягушка! – поправила его Варька, он отчего-то не всегда ладил со словами.
– Я ж мужик, а лягушка… ну вроде как девушка. Поэтому я лягух!
Когда Семен вышел из ванной, у Варьки на кухне уже все шипело, урчало, и ароматно пахло.
– Ого! – растерянно уставился парень на ее старания. – А зачем ты… я ж вот, специально все купил, чтоб только подогреть, а ты картошку жаришь? Только я не нашел уже готовой жареной, я такую взял, порезанную.
– У меня картошка есть, и своя она вкуснее, – быстро улыбнулась ему Варька.
Она уже заметила, что парень, видимо, по магазинам был не ходок. Денег уплачено было много, а набрал одних полуфабрикатов, у которых ни вкуса, ни цвета, ни запаха. Котлеты взял! С ума сойти! Кто ж готовые берет? Лучше фарша взять. Да самой быстро налепить, а то эти серые не знаешь, как в рот толкать. Или вот еще салатики нарезанные. Ну умереть со смеху! Только мужикам на закуску в холодном гараже. А вот рыбка хороша, пойдет. Икра тоже… и фрукты…
– И это ты каждый раз так? – с удивлением кивнул на плиту Семен.
– Как? – не поняла Варька.
– Крутишься здесь… столько времени убиваешь?
– Да сколько времени-то? Это ж всего полчаса и тебе полноценный ужин! Уже почти все готово… Теперь все в комнату перенесем и сядем.
– А зачем в комнату? А здесь нельзя?
– Ты что?! Здесь же… ну какой же романтический ужин на общей кухне?! Нет уж, пойдем ко мне!
Она накрыла стол в две минуты. Чуть отошла в сторону посмотреть – все ли достойно и осталась довольна.