Чтение онлайн

— Взять его…

— Это не я… не я… это не я…

Кухарка, дернувшись в последний раз, захрипела… слюна вытекла из раскрытого рта, и — умерла. Застыв с открытым ртом и закатившимися глазами.

Эло смотрела равнодушно. Перенесла фиал на стол, и паршивую тряпку из корзины — дешевку — куски платка, швырнула плетениями, чтобы накрыть лицо, но — промахнулась. Шелк соскользнул по шее, и растекся на груди.

Паршивой служанке — паршивая смерть.

— Госпожа, посмотрите… — Слуга, быстро обыскавший тело, держал на вытянутой руке деревянный узкий цилиндр, и свернутый вчетверо пергамент. Цилиндр Эло аккуратно поместила к фиалу — на анализ в лабораторию. А бумагу развернула и — удивилась.

Очередной рисунок ученика — на этот раз опять четвертый ярус. Башенки. Решетки на окнах. Ракурс со стороны сада. Зачем Зельда таскала его с собой? Зачем?

Эло начала крутить лист, перевернула и — на оборотной стороне тоже оказался рисунок. Чем дольше она смотрела, тем сильнее чувствовала, как холодеет спина и шея, до ледяного пота. Рука задрожала. Эло с трудом сглотнула.

Сделала два шага назад, и потом один шаг — правее… найдя нужный ракурс.

Подняла вверх лист и — перестала дышать.

Тонкими невесомыми штрихами, уверенно, четко и совершенно узнаваемо был нарисован ее верхний кабинет. Кабинет лаборатории, в котором они столько раз занимались с Костоакисом.

Вот край стола, треножник и на нем даже есть щербинка — криворукая служанка уронила той зимой, но треножник ей так нравился, что она оставила его. Её ширма сзади, перед чайным столиком, расписанная аистами — Ивиар привозил из Да-ари. Ковер. Её ковер! И на ковре… кухарка. С оскаленным открытым ртом и закатившимися глазами. Мертвая.

Эло сдвинулась чуть левее и наклонила лист, чтобы смотреть на рисунок под углом. Пергамент ходил ходуном — рука отчетливо подрагивала.

А потом перевела глаза на тело на полу.

Кухарка, с бесполезной тряпкой на груди… шелковой дешевкой, которую можно купить на любом рынке… платок с алыми пионами… и кисточками по краям.

Эло вспотела мгновенно. Тело на рисунке лежало точно в такой же позе, как и в ее кабинете.

Младший… ученик… Нима… жица была права… оказалась права…

Мальчик обладает способностями…

Видящий…

Она была права…

Она — Эло была права… но… это же не артефакты… или…

— Что делать с телом, госпожа? — Управляющий осторожно попытался привлечь ее внимание.

— Под стазис, в лабораторию, зала для экспериментов. Служанку с четвертого — туда же. Я проведу анализы и вскрытие, — скомандовала Эло, свернув рисунок, и спрятав его поглубже во внутренний карман. Подальше от чужих глаз.

Это — подождет. Сначала — дело. Сначала то, что точно не может ждать.

Через сотню мгновений они закончили, проверив всё на два раза. Три клановых лекаря — почти консилиум, отдельно друг от друга подтвердили то, что она смогла определить сама — причину смерти. Отравление. В каждом из случаев.

Анализ остатков порошка из деревянного цилиндра был ещё не окончательным — она выделила только пару главных составляющих, но этого было уже достаточно, чтобы определить яд. Формула «восточников», и ингредиенты оттуда же — такое можно добыть только на болотах. А вот фиал, который выпила кухарка, одна из излюбленных столичных разработок, причем свежая — не более пары десятков зим. И яд — чудесный, и должен быть убить сразу, если бы старуха не облилась, когда принимала зелье… интересно, что ей сказали оно даст?! Наверняка, её спугнул сигнал общего сбора слуг и она попыталась сбежать…

Эло последовательно вносила каждый факт в свиток: остатки яда, обнаруженного на верхней одежде кухарки идентичны по составу содержимому фиала; служанка с четвертого яруса приняла порцию примерно раза в два больше, чем досталась этой Арр… та мучилась значительно дольше и умирала медленно, почти разодрав себе горло.

Эло обмакнула кисть в тушь и прикусила губу на пункте: Заказчик.

Заказчик — жирный прочерк, не удалось узнать ничего. Но она уверена, что это — Арры! Знает! Чувствует! Тем чутьем, что не раз спасало её зелья…но… доказательства…

И ничего — ничего — за что можно зацепиться. Ей нужны неоспоримые доказательства!

Эло устало откинулась на спинку кресла.

Кухарка добавила яд в соус — и кухарка ли — кухонные пока так и сидели в изоляции, до них просто не дошли руки. Служанка съела то, что предназначалось госпоже и умерла по глупой ошибке, но это не могло ей вытащить эту Арр…

Эло рыкнула.

Как же не вовремя! Как же всё не вовремя!

Охранника допросили — точнее допытали, и даже использовали эликсиры — чист. По-крайней мере умер — чистым, не выдержало сердце. И это значит, что кухарка указывала не на конкретного охранника, а на… нашивки. Знак клановой охраны. И это означало, что ей нужно проверить всех, собрать, внести изменения в клятву, чтобы сработала на конкретную задачу и приказать принести ее повторно… Но многие из охраны за внешним кругом… и… сопровождают Нейера…но пока она окончательно не уверена — сына будить не будет. Если она верно определила время начала очередного кризиса, то с учетом рассчитанных ей доз эликсиров и при соблюдении режима, ему окончательно полегчает только завтра.

А сегодня, ее мальчик должен спать, и хорошо выспаться. Восстановить силы. Она скажет утром, когда во всем разберется сама.

Эло потерла красные глаза, в которые как-будто щедро сыпанули песка, и вытащила уже третий за эту ночь фиал с энерго-восстановителем. И выпила — залпом. Наплевав на любые проблемы с сердцем в будущем.

Очередной труп нашли, когда небо начало светлеть по кромке, предвещая скорый рассвет. Тело доставили в лабораторию, и Эло третий раз провела вскрытие, взяла пробы на анализ, и убедилась, что на этот раз причина смерти — внутренняя. Охранник поместья умер от обширного кровоизлияния в мозг. Сработали «закладки» и, если Дей готовил всех слуг, когда принимали в клан Костоакиса, а он не пропустил бы такое, значит, у них есть диапазон, когда «сработали» чужие менталисты. По-крайней мере Эло надеялась, что это так.