Пена дней
Шрифт:
— Я заставил вас ждать, — сказал он.
— Ничего страшного, — заверил его Колен.
— Я нарочно, — заявил аптекарь. — Чтобы поднять свой престиж.
— Один из ваших приборов, кажется, зациклился, — сказал Колен, указывая пальцем на соответствующий механизм.
— Все ясно, — деловито заметил аптекарь.
Он наклонился, достал из-под прилавка карабин, неспешно прицелился и выстрелил. Прибор подскочил и упал бездыханный.
— Так бывает, — констатировал аптекарь, — иногда кролик берет верх над металлом, и тогда приходится его отстреливать. — Он приподнял агрегат, нажал на внутренний рычажок, чтобы стекла моча, и повесил его на крючок. — Вот ваше лекарство, — сказал он, доставая из кармана коробочку. — Будьте осторожны: оно сверхактивно. Не превышайте указанную дозу.
— Как вы думаете, от чего это? — спросил Колен.
— Не могу вам сказать… — ответил аптекарь. И он запустил длинную с волнистыми ногтями ладонь в свою белую мочалистую гриву. — Это может быть от чего угодно… — заключил он. — Но обычное растение долго такого не выдержит.
— Понятно, — протянул Колен. — Сколько я вам должен?
— О! Это очень дорогое лекарство, — сказал аптекарь. — На вашем месте я бы стукнул меня по голове чем-нибудь тяжелым и убежал, не заплатив.
— Я слишком устал, — вздохнул Колен.
— В таком случае с вас два трублона, — объявил аптекарь, и Колен достал бумажник.
— Я заломил варварскую цену, — сказал аптекарь.
— Мне все равно, — упавшим голосом отвечал Колен.
Он заплатил и направился к выходу. Шик следовал за ним.
— Как это глупо с вашей стороны, — сказал провожавший их аптекарь. — Я старый человек, вы легко со мной справитесь.
— Мне некогда, — пробормотал Колен.
— Неправда, — сказал аптекарь. — Тогда бы вы не стали так долго ждать.
— Зато я наконец получил лекарство, — возразил Колен. — Прощайте.
Он шел по улице наискосок, чтобы сэкономить силы.
— Ты же понимаешь, — сказал Шик, — то, что я не собираюсь жениться на Ализе, еще не означает, что я решил с ней расстаться.
— Я не хочу это обсуждать. В конце концов, это твое дело.
— Такова жизнь, — посетовал Шик.
— Я так не считаю, — возразил Колен.
Ветер прокладывал себе дорогу среди листьев и вырывался из густых крон весь пропитанный ароматом цветения. Прохожие парили над тротуарами и дышали свободней, чем обычно, потому что воздуха было предостаточно. Солнце неторопливо разгибало свои лучи и направляло их в труднодоступные места, предварительно сложив в дугу и смазав по краям, однако, наткнувшись на очередное абсолютно черное тело, оно немедленно втягивало свои щупальца обратно резким и точным движением золотистой тушки. Его огромный пылающий диск надвигался все ниже и ниже и наконец застыл неподвижно и принялся кипятить воду в морях и озерах, вследствие чего все часы пробили по три раза.
Колен читал Хлое книжку. Это была книжка про любовь, книжка со счастливым концом. В данный момент герой и героиня писали друг другу письма.
— Почему все так затянуто? — спросила Хлоя. — В жизни все происходит гораздо быстрее.
— У тебя такой богатый опыт? — поинтересовался Колен.
Он сильно ущипнул кончик солнечного луча, который направлялся в Хлоин зрачок. Луч изогнулся и принялся гулять по шкафам.
Хлоя покраснела.
— Нет, — застенчиво проговорила она, — просто мне так кажется.
Колен закрыл книжку.
— Ты права, моя любимая. — Он встал и подошел к кровати. — Пора принимать пилюлю, — сказал он.
Хлоя вздрогнула.
— Они такие невкусные, — воскликнула она. — Это обязательно?
— Боюсь, что да, — отвечал Колен. — Сегодня вечером мы пойдем к доктору, и он наконец скажет, что у тебя. Так что пока придется потерпеть, а потом он, может быть, пропишет тебе что-нибудь другое.
— Но они действительно ужасные, — сказала Хлоя.
— Будь благоразумна, прошу тебя.
— Когда я их принимаю, мне кажется, что у меня в груди сражаются какие-то зверьки. И вообще, глупо быть благоразумной.
— Но иногда приходится, — сказал Колен.
Он открыл коробочку с пилюлями.
— Они такого противного цвета, — сказала Хлоя, — и запах у них гадкий.
— Они действительно странные, — признал Колен, — но ничего не поделаешь.
— Смотри, — воскликнула Хлоя, — они шевелятся и просвечивают, по-моему, там внутри кто-то живет.
— Не волнуйся, ты запьешь их водой, и они перестанут двигаться.
— Не говори глупости… может быть, там рыба.
Колен засмеялся:
— Ну и прекрасно, заодно перекусишь. — Он наклонился и обнял ее. — Прими ее, моя девочка, будь умницей.
— Тогда поцелуй меня, — потребовала Хлоя.
— Обязательно, — сказал Колен. — Если тебе, конечно, не противно целоваться с таким страшненьким мужем…
— Ты и вправду не красавец, — заметила Хлоя, желая его подразнить.
— Я не виноват, — грустно сказал Колен. — Я просто мало сплю.
— Колен, поцелуй меня скорее, я такая гадкая, дай мне две пилюли.
— Ты с ума сошла! — воскликнул Колен. — Доктор велел принимать по одной. Ну, открой ротик…
Хлоя закрыла глаза, побледнела и прижала руку к груди.
— Ну вот, — тяжело проговорила она. — Сейчас начнется…
Капли пота выступили у нее на лбу.
Колен сел с ней рядом, обнял ее за шею. Хлоя вцепилась в его руку и застонала.
— Успокойся, моя милая, — сказал Колен, — так надо.
— Мне больно… — прошептала Хлоя.
Огромные слезы повисли у нее на кончиках ресниц и поползли вниз, оставляя холодные следы на ее нежных щеках.
— Я не могу удержать равновесие… — пролепетала Хлоя. Она поставила ноги на пол и попыталась подняться. — Не получается, — сказала она, — я вся такая вялая.
Колен подошел к ней и взял на руки. Она повисла у него на плечах.
— Держи меня, а то я упаду.
— Ты просто устала лежать… — сказал Колен.
— Нет, — возразила Хлоя. — Это все из-за пилюль твоего старого аптекаря.
Она снова попыталась встать на ноги и покачнулась. Колен подхватил ее, и они вместе повалились на постель.