Пена дней
Шрифт:
— А как дальше? — спросил антикватор.
Колен встал, открыл крышку на передней панели и вынул два стакана с радужным напитком. Антикватор попробовал первым и удовлетворенно цокнул языком.
— Действительно, вкус блюза, — сказал он, — причем того самого. Гениальное изобретение!
— Главное, работает безотказно.
— Я вам за него предложу хорошую цену, — сказал антикватор.
— Я буду очень рад. Знаете, у меня сейчас так все плохо.
— Так уж устроен мир, — сказал антикватор, — жизнь не бывает безоблачной.
— И все-таки хотелось бы, чтобы жизнь не была беспросветной. Запоминаются только счастливые минуты, а тяжелые вообще не понятно зачем нужны.
— А не сыграть ли мне Misty Morning? — предложил антикватор. — Интересно, что получится?
— Восхитительный коктейль. Перламутрово-мятный с привкусом перца и дыма.
Антикватор снова сел играть и исполнил Misty Morning. Потом они опустошили свои стаканы. Потом он сыграл Blues Bubbles, а потом ему пришлось остановиться, потому что он начал играть по две ноты одновременно, а Колену слышались сразу четыре мелодии. Колен аккуратно закрыл клавиатуру.
— А теперь поговорим о деле, — сказал антикватор.
— Угу, — отозвался Колен.
— Ваш шейкерояль — потрясающая штука, — сказал антикватор, — я дам вам за него три тысячи трублон.
— Нет, — возразил Колен. — Он не стоит таких денег.
— Я настаиваю, — сказал антикватор.
— Глупости! — ответил Колен. — Я не согласен. Больше двух я не возьму.
— Тогда увозите его, — сказал антикватор, — я отказываюсь его покупать.
— Я не хочу его продавать за три тысячи! — воскликнул Колен. — Это грабеж среди бела дня.
— Вы ошибаетесь, — возразил антикватор, — я в любую минуту смогу перепродать его за четыре тысячи.
— Вы же сами понимаете, что оставите его у себя, — сказал Колен.
— Ну разумеется, — ответил антикватор. — Ладно, давайте пойдем на компромисс: две с половиной тысячи.
— Идет, — согласился Колен.
— Вот ваши деньги, — сказал антикватор.
Колен аккуратно сложил их в бумажник. Он покачивался.
— Я еле держусь на ногах, — признался он.
— Ничего удивительного, — сказал антикватор. — Вы будете ко мне приходить слушать музыку?
— Обязательно, — ответил Колен. — А теперь мне пора идти, а то Николя на меня наорет.
— Я выйду вместе с вами, — сказал антикватор. — Мне нужно кое-что купить.
— Как это любезно с вашей стороны! — воскликнул Колен.
Они вышли на улицу. Низкое синевато-зеленое небо едва не касалось асфальта. Белые облака разбивались о тротуар.
— Похоже, была гроза, — сказал антикватор.
Они прошли несколько шагов и остановились у магазина.
— Подождите меня здесь, — сказал антикватор.
Он вошел в магазин. Колен наблюдал за ним через стекло. Он видел, как антикватор долго рассматривает какой-то предмет и наконец кладет его в карман.
— Ну вот, — сказал он, выходя из магазина.
— Что это вы купили? — спросил Колен.
— Прибор для измерения уровня жидкости, — ответил антикватор. — Я хочу сегодня сыграть весь свой репертуар.
Николя разглядывал духовку. Он сидел перед ней с кочергой и паяльной лампой, пытаясь понять, что происходит внутри. Она вся как-то оползла, листовое железо размягчилось и походило на плавленый сыр. Услышав шаги Колена, Николя поднялся. Он чувствовал себя очень усталым. Колен толкнул дверь и вошел на кухню. Вид у него был довольный.
— Ну что? — спросил Николя. — Все в порядке?
— Продал, — сказал Колен. — За две с половиной тысячи…
— Трублон? — переспросил Николя.
— Да, — подтвердил Колен.
— Невероятно!
— Я и сам не ожидал. Ты изучаешь духовку?
— Да, — ответил Николя, — она постепенно превращается в обыкновенный котелок. Интересно, черт возьми, как это получается.
— Так странно, — сказал Колен. — Здесь вообще происходит что-то непонятное. Ты видел, что стало с коридором?
— Да, — ответил Николя. — Он теперь сосновый…
— Я не хочу, чтобы ты здесь оставался, Николя, — сказал Колен, — ты меня понял?
— Тебе письмо, — ответил Николя.
— От Хлои?
— Да, — ответил Николя, — на столе.
Колен распечатал конверт, и в ушах у него зазвучал нежный голос Хлои. Вместо того чтобы читать, он просто слушал. Письмо было таким:
«Мой милый Колен!
У меня все хорошо, погода прекрасная. Беспокоит меня здесь единственное — это снежные кроты. Эти зверьки ползают под снегом, у них оранжевая шкурка, и по ночам они очень противно кричат. Они делают горки из снега, и все спотыкаются. Здесь много солнца, и скоро я вернусь».
— Хорошие новости, — сказал Колен. — Итак, ты отправляешься к Глупарям.
— Нет, — возразил Николя.
— Так надо, — сказал Колен. — Им как раз нужен повар. Я не хочу, чтобы ты здесь оставался, ты ужасно стареешь, я уже подписал за тебя контракт.
— А как же мышка? — спросил Николя. — Кто ее будет кормить?
— Я, — ответил Колен.
— У тебя не получится, — сказал Николя. — К тому же я все равно разучился готовить.
— Неправда, — возразил Колен. — Просто здесь гнетущая обстановка. Никто из вас не выдерживает.
— Ты все время так говоришь, — напомнил Николя. — Это ничего не объясняет.
— Этот вопрос обсуждению не подлежит, — сказал Колен.
Николя встал. Вид у него был грустный.
— Ты забросил своего Гуффе, — продолжал Колен. — Ты не занимаешься кухней, ты опускаешься.
— Неправда, — запротестовал Николя.
— Дай мне договорить, — сказал Колен. — Ты больше не надеваешь парадную форму по воскресеньям. Ты даже бреешься не каждый день.
— Это не криминал, — возразил Николя.