Чтение онлайн

В некотором смысле да, если вспомнить о его связи с Марджори Венцель. Эксмен, уличенный в сексуальном контакте с человеком, должен уничтожаться без суда – а этот жив-здоров и еще пытается гнуть свою линию. Ну-ну. Гни. А шанс у тебя, дружок, маленький… Если поступить с тобой по уму, то следовало бы, конечно, сохранить тебе жизнь, наградить тебя какой-нибудь специальной побрякушкой, дать денег, назначить командиром особой эксменской эскадры и прокричать о тебе по всем телеканалам планеты. Полагаешь, ты бы сразу понял, что тебя покупают? Подполье поняло бы это куда раньше тебя, и все – ты попался, ты отрезанный ломоть, ты ренегат. Служи за похлебку. И ведь будешь служить, если благополучие твоей матери – допустим, что в лапах Минбеза Конфедерации действительно твоя мать, а не подставка, – зависит от качества твоей службы. Изредка вам даже позволят встречаться – или ее поднимут на орбиту, или тебя ненадолго спустят на Землю. В благодарность за образцовое несение службы.

Так и только так было бы лучше для всех, кроме подполья. Гаеву – потому что жив, при деле и не последняя фигура. Космофлот получил бы инициативного, авторитетного, проверенного в сражении командира среднего звена и эскадру, которой можно затыкать любые дыры. Минбез был бы удовлетворен тем, что держит Гаева на поводке. Лояльные эксмены получили бы путеводную звезду – глядите, чего можно добиться беззаветным служением! Правительство было бы довольно, потому что часть пара из котла ушла бы в свисток. А общество пошумело бы да и успокоилось, примирившись с тем, что не бывает правил без исключений.

Жаль, что так не будет. Иоланта тоже знает, что так было бы лучше всего, но инициатива в этом деле должна исходить от нее, только от нее, а не от главнокомандующей. Присцилла О'Нил еще не впала в старческий маразм, чтобы предлагать такое от своего имени. Сожрут сразу – за ересь, за подкоп под устои. Та же Иоланта и сожрет не без удовольствия. Сама же она ни за что не сыграет на руку главнокомандующей, а значит, дальнейшая судьба эксмена Гаева плачевна. Жаль. Глупо выбрасывать на помойку хороший инструмент только потому, что не умеешь держать его в руках.

Но пока – ни словом, ни жестом…

– Спрашивай.

– Считает ли госпожа, что я выполнил задание?

– Ты уже задавал этот вопрос, – поморщилась Присцилла. – Ответа пока нет. Не стану скрывать, многое говорит в твою пользу, но ты сам знаешь, когда мы будем иметь окончательный ответ. Не раньше. Это все?

– С вашего позволения нет, госпожа. Разрешите задать вопрос генерал-поручику Сивоконь.

– Разрешаю.

Гаев совершил почти четкий полуоборот – как будто в самом деле читал устав да еще упражнялся в выполнении строевых приемов. Пучить глаза на начальство не стал, но сделал их оловянными. Где-то подсмотрел, научился.

– Имеет ли госпожа намерение выполнить наш уговор? Я имею в виду свободу и безопасность для моей матери.

– Госпожа имеет такое намерение. – Чуть брезгливо покривив губы, Иоланта подкрепила слова кивком. – Уговор остается в силе, с чего бы мне нарушать его? Твоя мать жива и здорова. Ей уже сообщили, что ты вернулся невредим.

– Могу ли я поговорить с ней?

– Думаю, сеанс связи можно будет устроить. Но позже.

– Почему позже, госпожа? Я столько времени…

– Сказано – позже. – Иоланта пристукнула ладонью по подлокотнику кресла. – Все доказательства будут предоставлены тебе в свое время, включая не только разговор, но и личную встречу с твоей матерью. Обещаю.

– Я только хотел попросить госпожу…

– Попросить? Позже!

Присцилла едва не усмехнулась – уж очень униженным просителем выглядел сейчас эксмен-уникум. Само смирение. Глаза долу. А какой был наглец редкостный – заглядение! Обтесал его чужак, ничего не скажешь. Научил тактике.

– Всего одна просьба, госпожа…

– Ну?

– Внизу ведь тотальная эвакуация, верно? Так вот, я прошу никуда не эвакуировать мою маму. Всех ведь невозможно спрятать в убежищах, так? Давка будет, беспорядки, стрельба непременно начнется… Пусть лучше она остается там, где жила, это заведомо безопаснее.

– Убежден?

– Всецело, госпожа.

– Подумаем…

И снова начался долгий, то тягучий, как патока, то острый, как стилет, но равно изнурительный для всех допрос с минимумом новых результатов. Одно было ясно Присцилле – Гаев действительно убежден в том, что опасность Земле не угрожает. Убежден искренне, свято, стопроцентно. Бесспорно, и послушное орудие чужака было бы свято убеждено в том же самом, не догадываясь, что им управляют, но… уж больно все это вычурно. Рококо всмятку. До сих пор чужаки всегда перли нахрапом, сокрушая эскадры и базы, зачем же им менять оправдавшую себя тактику? Из-за того, что оборона ближних подступов к Земле гораздо сильнее всего, с чем они сталкивались прежде? Но не проще ли чужаку призвать в таком случае на помощь несколько ближайших собратьев? Недавние штабные игры показали, что силами космофлота можно отбросить или даже уничтожить одного чужака, максимум двух, но навалившись втроем-впятером, они раздавят околоземную оборону, как тиски давят грецкий орех, в этом почти нет сомнений.

Не дождавшись конца допроса, Присцилла ушла, сославшись на занятость. Ей и вправду пора было проверить, как координируется поиск пропавшей цели, накрутить хвосты кому следует, но главное, ей надо было подготовиться к встрече с высокой гостьей, как бишь ее?.. Кармен Оливейра, дьявол ее забери! Политик. Небось такая же холеная бесполезная стерва, как Иоланта, два сапога пара…

В неприязни к политикам Присцилла была не оригинальна и хорошо знала это. Иногда она думала о том, как древние цари, все эти Рамзесы, Киры и Александры, умудрялись совмещать в себе ипостаси политиков и полководцев, часто впадая при этом в паранойю, но никогда – в шизофрению. Она бы так не смогла… Хвала Первоматери, ей никогда не приходило в голову заняться большой политикой! Да и зачем – чтобы попытаться вскарабкаться на самый верх? И положить на это жизнь? Глупо. Нужно уметь годами упорной работы добиваться поставленной перед собой цели, но гораздо важнее уметь правильно наметить саму цель.

Космическая экспансия человечества – вот мечта и цель, а все остальное, включая военную карьеру – лишь средства для ее достижения. Главнокомандующая понимала, что достигла не цели, а лишь своего «потолка» по реальной степени влияния на события – именно сейчас был самый пик, а дальше пойдет только спад. Едва отступит опасность, как правительство тут же вдесятеро сократит расходы на космофлот по причине малой отдачи и разорительности его содержания, тем более что основные средства будут брошены на воссоздание земной материальной базы. Без сомнения, часть военного флота обязательно будет сохранена – мало ли что, – зато о мирном космосе можно забыть на десятилетия. Да и военные надолго сядут на голодный паек.

Есть ли альтернатива? Безусловно. Даже две. Первая – битва с чужаками и поражение в ней, иными словами, окончательный финал. Вторая, маловероятная – битва и победа. Пусть ценой чудовищных потерь. Тогда и только тогда под угрозой повторных атак любимое детище удастся сохранить и обеспечить всем необходимым. Надо готовиться к сражению так, как никогда прежде… пусть вероятность нападения становится с каждым днем все иллюзорнее… плевать!

Да, но какой ответ дать высокой гостье?

За четверть часа до прибытия Кармен главнокомандующая сбежала в душевую кабину – смыть пот, размять тело, очистить от накипи мозги. Вроде стало чуть-чуть легче. Наскоро просушив волосы, Присцилла раздраженно собрала их в пучок на затылке. Пора было идти отвечать на вопросы. В сущности – на один-единственный главный вопрос, от ответа на который зависело все.