Чтение онлайн

В третье мгновение Ольга рванула напролом через Вязкий мир, сообразив направление и дальность нырка, оптимального для перехвата. Если позже выяснится, что зейнабистки паче чаяния успели превратить мальчишку не только в раба, но и в наложника – ну что ж… приказ ясен. Но пока эксмена-недоросля надо было брать живьем – и как «языка», и просто потому, что бессмысленное убийство претит всякому человеку.

Расчет оказался верным: вынырнув, Ольга не успела даже осмотреться, как мальчишка налетел прямо на нее, чувствительно угодив ударив головой в солнечное сплетение. Заверещав, брызнул прочь заячьим зигзагом. Стой! Стой, поганец, все равно поймаем!..

– Мама! Ма-а-а-ма! – У мальчишки прорезался голос.

Мама? Какая еще мама? Кинувшейся вдогонку Ольге понадобилась секунда, чтобы понять, а поняв, передернуться от отвращения прямо на бегу. Этот мелкий спринтер был родным сыном одной из здешних сектанток – тайно рожденным ребенком мужского пола, скрытым от общества вопреки закону!

И в эту самую секунду мальчишка, уже почти схваченный поперек туловища, исчез с оглушительным хлопком, заставив Ольгу пробежать сквозь пустое место. Второго хлопка она не услышала.

Потрясение оказалось слишком сильным. Задыхаясь, как после рекорда, хотя пробежала всего ничего, Ольга без сил опустилась на подтаявший унавоженный снег. Весенняя небесная синь ворвалась в глаза. Слепило солнце. Где-то поблизости после малой паузы вновь зачирикали какие-то птахи. У птах были свои дела.

Потом над Ольгой возникло озабоченное толстощекое лицо Галки Васюкевич.

– Ранена? Куда?

Ольга замотала головой, показывая: цела, мол. «Делом займитесь!» – крикнула Галка подбежавшим было рядовым, и те, ограничившись любопытными взглядами, вновь рассыпались по усадьбе.

– Ну? – Галка бесцеремонно встряхнула Ольгу. Заглянула в глаза, присвистнула. – Что случилось?

– Эксмен, – отрывисто доложила Ольга, пытаясь прийти в себя и понимая, что выглядит сейчас, наверное, как сумасшедшая. А может, она и впрямь сошла с ума? – Мальчишка… Прятался в генераторной. Он… Он…

– Дальше! – безжалостно потребовала Галка. – Что он? Удрал? От тебя – и удрал?!!

– Он телепортировал, – решившись, выдохнула Ольга. Сейчас же ей представилась уютная психиатрическая лечебница, процедуры, стены «теплых» тонов, ласковые врачи и суровые бабищи-санитарки, напрактиковавшиеся в усмирении буйных.

– Куда телепортировал? – по-деловому осведомилась Галка.

– Кажется, никуда… – От жалости к себе Ольга всхлипнула.

– Отставить сопли! Второй хлопок был, нет?

– Не было…

– Значит, он либо ушел в подвал к мамаше, либо остался в Вязком мире. В любом случае – труп. Ну и чего ты раскисла? Вставай!

Ольга кое-как поднялась на ноги. Ее бил озноб.

– Ты не поняла. Он…

– Я поняла, – перебила Галка. – Эксмен телепортировал. Дальше что? Бывает. Кричать только об этом не надо направо и налево. Не рекомендуется. Прими к сведению, а лучше всего забудь. На-ка, хлебни глоток.

Жидкость из фляги ободрала горло, как наждак. В пищеводе, казалось, взорвалась напалмовая бомба. Ольга закашлялась и принялась дышать.

– Ром, – с удовольствием пояснила Галка. – Дрянной, зато восьмидесятиградусный. Иногда очень способствует бодрости духа.

– Да… Но…

– Приди в себя, стыдно. И запомни: ты не свихнулась. Легенды о телепортирующем эксмене, в сущности, не легенды. Да, некоторые из них умеют телепортировать. Их очень мало, единицы, а наша забота, чтобы их не было совсем. Усекла?

– Не очень… – Ольгу по-прежнему трясло, но тон подруги-начальницы действовал благотворно. – Как же они с игрек-хромосомой…

– А это вторая легенда, – усмехнулась Галка, несколько понизив голос. – Я имею в виду насчет игрек-хромосомы. Очень полезная легенда, а значит, святая правда. Вход в Вязкий мир запрещен эксменам самой их биологической природой, и они это знают. То есть верят в это, что одно и то же. Если бы не верили – ты представляешь, что было бы? Строго говоря, и нам с тобой знать правду совсем необязательно, не нашего она уровня… Так что считай, что тебе померещилось, и не распространяйся об этом инциденте. Это и в твоих интересах, и в общественных. Договорились?

– Да, – сказала Ольга. – Да. Конечно. Но как же все-таки они?.. Как это у них получается, а? Как??!

– Не ори. Не твоего ума это дело. Да и не моего тоже. Ты что, давала подписку о неразглашении?

– А ты?

– Не городи чепухи. – Взяв Ольгу за лацканы, Галка еще раз тряхнула ее для пущей убедительности. Мотнулась голова. – Если бы такая подписка существовала, то она сама по себе являлась бы совершенно секретной. Забудь. Ничего не было, тебе все померещилось, я понятно говорю?

– Да, но…

– И свое «но» ты тоже забудь. Соберись, сержант, рядовые смотрят.

И Ольга собралась. Несколькими минутами позже она уже могла натужно пошутить над своим испугом. Да, она переутомилась до галлюцинаций, в чем нет ничего удивительного: работы масса, а отдыха не дают, вот воображение и играет с людьми в дурные игры. Ну конечно, того, что она видела в воображении, ни в коем случае не могло быть наяву!..

Лишь наедине с собой, да и то не без усилия, она могла признаться: это неправда. Правда совсем другая.

Безжалостная. Хохочущая в лицо. Осведомляющаяся голосом полковника Фаустовой о пережитом в детстве ужасе – откуда она могла о нем знать??! И вообще с каких пор Департамент интересуют детские кошмары?.. Ответ был на ладони: с тех самых пор, как они случаются в реальности.

И было обидно оттого, что простой и понятный с детства мир оказался сложнее, чем прикидывался. Приподнялась завеса, и за ней не оказалось места ни разуму, ни справедливости. Мир издевался над Ольгой Вострецовой. У него оказались невидимые прежде зубы второго ряда, но пока он не пытался укусить ими. Он их просто скалил.