Пластит
Шрифт:
В отделении милиции при Курском вокзале, на столе дежурного майора лежали мобильный телефон Ахмеда и стопка денег, а перед дежурным стояли четверо задержанных подростков.
– Так… – говорил дежурный. – А бумажник с документами успели скинуть. Куда?
– Да ничё мы не скидывали! – нагло сказал один из подростков. – Это мои бабки и мой телефон!
Дежурный взял в руки телефон, это была дорогая «Нокия».
– Твой? – переспросил дежурный. – И какой номер?
– Ну, это… Я не помню… – замялся парень.
Но приятель выручил его:
– Да мы только купили сим-карту, еще не запомнили номер.
– Правда? – усмехнулся дежурный. – И где купили?
– А на вокзале, у пацанов.
– Понятно… – Дежурный взял со стола деньги. – Значит, это твои деньги. И сколько их тут?
Парень опять замялся, а второй выручил:
– Так это ж мы скинулись. На гитару. Я штуку положил. – И третьему: – Сашок, а ты сколько дал? Не помнишь?
– Не-а, не помню, – сказал третий. – Дал, сколько было. А чё? Нельзя, что ли, гитару купить?
– Можно, артисты, – сказал дежурный. – Только чуть погодя. А пока посидите в КПЗ. Сейчас объявится пострадавший. Если он назовет номер телефона и сумму денег, вам киздец. Сержант, отведи их в обезьянник.
Пацаны зашумели:
– Да вы что!.. Вы не имеете права!.. Да я счас отцу позвоню!..
Но дежурный уже не слушал их, а смахнул в свой ящик вещдоков и деньги, и телефон.
Бритоголовый Климов появился в салоне красоты с какими-то покупками в фирменных бумажных сумках и, шутя, доложил своему сыну – малышу-велосипедисту:
– Товарищ генерал, разрешите доложить?
– Слушаю, – серьезно ответил малыш.
– Пока мама делает прическу, мы идем в кино на мультик, это здесь же, в «Атриуме», через пять минут начало. Вы готовы?
– Мне нужно пописать, – сказал пацан.
Климов оставил жене пакеты с покупками, взял сынишку и направился к выходу. И тут у него зазвонил мобильник.
– Алло! – сказал он на ходу. – Но у меня же отгулы за командировку. И годовщина свадьбы… Есть! Так точно! Еду…
И вернулся в салон, объяснил жене:
– Лера, извини, вызывают на работу.
– Как? А кино? – сказал малыш.
– Извините, товарищ генерал!
Малыш заревел.
Тут музыка по радио прекратилась, «Эхо Москвы» сообщило о предстоящих культурных событиях в Москве – в том числе о праздничном концерте в Большом театре и вечернем гулянье в саду «Эрмитаж».
Зара глянула на часы. Вечернее гулянье в «Эрмитаже» ей ни к чему, а до концерта в Большом у нее еще есть время.
Иосиф Кобзон, распеваясь у окна своей мансарды с видом на Москву, тоже смотрел на часы и собирался на концерт – парадный костюм… белоснежная рубашка… бабочка…
А Климов гнал по Москве свою «девятку»…
И Алла Пугачева собиралась на концерт…
А в «Атриуме» уборщица, гудя мощной машиной-пылесосом, катила на ней по торговой галерее и вытряхивала мусорные урны в большой полиэтиленовый мешок. Что-то привлекло ее внимание в одной из мусорных урн, она залезла в нее рукой в брезентовой перчатке и достала бумажник и паспорт Ахмеда.
А на подмосковной даче Михаил Жванецкий, собирая свой знаменитый потертый портфель, вдруг остановился и наспех записал очередную гениальную хохму…
А на проспекте Вернадского Климов запарковал свою машину у высотного здания без всяких вывесок. Хотя день был праздничный, к этому зданию одна за другой подъезжали машины со спецсигналами и без, и офицеры, генералы и штатские с офицерской выправкой спешно уходили под козырек центрального входа.
Климов вместе с ними вошел в здание, предъявил прапорщику охраны свои милицейские «корочки». Прапорщик нашел его фамилию в списке, посмотрел ему в лицо, затем на его фото в удостоверении и только после этого сказал:
– Вам на шестнадцатый этаж.
Климов лифтом поднялся в АТЦ ФСБ, в оперативный штаб «Перехват шахидки».
Здесь уже было многолюдно и накурено – руководители ФСБ и МВД, мэр Москвы, представители МЧС и Кремля. Все в нервозном напряжении, поскольку найти террористку в огромной Москве труднее, чем иголку в стоге сена. И потому по плану «Невод»:
уже были созданы оперативные штабы в СВР, МЧС, департаменте погранвойск ФСБ и в других силовых структурах…
Расширялся контроль телефонных разговоров и выявление подозрительных разговоров по ключевым словам…
Москва была поделена на секторы, и в каждый выехал микроавтобус службы пеленгации этих телефонных разговоров…
Еще одна служба – ГУБОП МВД – направляла бригады наружного наблюдения и оперов для контактов с информаторами в кавказской диаспоре…
Подполковник Алексей Климов был как раз одним из этих оперов, но его задержали, один из генералов в штатском сказал:
– Подполковник, это я вас вызвал. Вы видели этого Кожлаева, обменяли заложницу на его брата. Знаете ли вы какие-нибудь подходы к нему, контакты? Как вы договаривались об обмене?
– Через переговорщика. По телефону, – доложил Климов.
– А подробней?
– Они используют стариков переговорщиков и систему разовых сим-карт. Звонят такому старику, говорят свои условия, а старик звонит нам и транслирует. Причем старик может быть в одном краю Чечни, а они в другом…
– Ясно. А вам известно, кто из московских чеченцев платит этому Кожлаеву откупные?
– Поименно – нет. А вообще платят порайонно. В данном случае у кого родня в Шатайском районе, те и платят, чтоб их не трогали.