Чтение онлайн

– Всё очень просто. Мы приземлились на берегу живописного озера, рядом с рощей, что вполне естественно для любого разумного, а тем более для эльфа. Техны, – кивок на девушку, – свалились, куда получилось, и ничего удивительного, что место оказалось далеко не самым лучшим.

Техна фыркнула в ответ. Анастиэль сделала паузу, ожидая оправданий, но Верика сумела сдержаться. Тогда капитан продолжила:

– А дракон непременно опустится где-нибудь возле гор или в самих горах, если, разумеется, они вообще есть на планете.

– Почему? – уже с интересом спросила техна.

– Раньше они жили в пещерах. И хотя давно уже предпочитают дворцы, а некоторые даже построенные специально под себя космические станции, но всё равно где-нибудь рядом непременно будут горы с пещерами. С обилием пещер. Инстинкт называется. Эти ящеры вообще за всё время существования их расы ничуть не развились. Какими их создали когда-то давным-давно боги, такими и остались. И всё их могущество исключительно от богов, своего нет ничего.

– Так значит, мы теперь полезем в горы, искать, куда дракон спрятал свой корабль? – спросил я.

– Не мы, а я, – ответила Анастиэль.

– Почему?

– Так быстрее будет.

– А кто помешает экипажу драконьего корабля просто подняться в воздух и расстрелять тебя из главного калибра, всю такую красивую и крутую? – спросил у неё.

Техна этот вопрос одобрила, а капитан, похоже, нет.

– Никто, – честно ответила эльфийка. – Вот только ты забыл об одной маленькой проблеме. Драконий корабль без своего капитана никуда не полетит.

– А может, просто подлетим туда на крейсере и расстреляем в упор из того, что есть? – предложила Верика. – Заодно и оружие проверим. Думаю, так будет намного безопаснее. Или лучше вообще, возьмём и улетим с этой планеты. Раз они всё равно не смогут нас преследовать, то и рисковать не стоит.

На первый взгляд могло показаться, что техна вдруг запереживала из-за безопасности капитана, но на самом деле это было далеко не так. Просто Верика испугалась, как бы эльфийке не достался исправный магический корабль, и тогда она перестанет нуждаться в технокрейсере. Тогда её, Верику, тут просто бросят. А она отремонтированным с помощью магии кораблём управлять однозначно не сможет. Однако следующей своей фразой Анастиэль, сама того не зная, её успокоила:

– Звездолётами других магов – эльфов, людей, гномов или ещё кого – могут управлять не только капитаны именно этих кораблей, лишь бы магический уровень был достаточно высок. Я, например, могу летать не только на собственном линкоре, но и на любом другом, правда, чувствовать себя при этом буду не очень комфортно. Как если бы надела штаны, шитые на человека, да ещё и мужские.

Техна невольно улыбнулась, представив себе эту картину. Анастиэль тем временем продолжила свои объяснения:

– С драконьими кораблями всё иначе. Ящеры слишком большие параноики, индивидуалисты и собственники. Никому не доверяют и ни в коем случае не позволяют брать ничего своего. У этих пресмыкающихся есть несколько сотен разных оттенков слова «моё». И это в варианте языка, предназначенном для представителей других рас. В настоящем драконьем данное слово наверняка имеет куда больше вариантов и разнообразных значений.

– В эльфийском примерно столько же слов для обозначения разных оттенков зелёных листьев, – вспомнил я.

На самом деле не я, а из памяти Максилиора по случаю выскочило.

– Это было давно, когда мы ещё жили в лесах, – посчитала нужным уточнить эльфийка.

Я лишь пожал плечами, не желая спорить.

– И вообще, мы сейчас о драконах говорим! – продолжила она. – Их корабли изначально не предназначены для управления другим капитаном, кроме хозяина. Ни у другого дракона, ни у мага иной расы, даже более сильного, ничего не получится.

– Тогда я повторю свой вопрос, – удивлённо проговорила Верика. – Зачем это тебе нужно, если от них не предвидится ни вреда, ни пользы?

Если честно, я обрадовался, что девушка завела разговор на эту тему. Мне тоже было интересно, но спрашивать о том, что, скорее всего, и так должен знать, не хотелось. И так уже накопилось немало странностей, а валить всё на частичную амнезию не стоило, во всяком случае, без необходимости. Память же Максилиора почему-то молчала.

– Сам корабль мне, разумеется, не нужен, – ответила капитан.

– А вдруг? – невинно спросила техна. – Макс, вон, оказывается, старинные мечи коллекционирует… Не удивлюсь, если у тебя такое же пристрастие к нелетающим кораблям.

Но эльфийка проигнорировала эту реплику и продолжила, как ни в чём не бывало:

– Хотя некоторые отдельные артефакты могут и пригодиться.

– У драконов они лучше? – невинно предположила Верика.

Анастиэль даже не стала пытаться скрыть своего возмущения.

– Конечно, нет! Но у нас сейчас вообще много что отсутствует из необходимого минимума, а сама я могу сделать куда лучше и в одиночку, но на это ушли бы годы. Однако главное совсем в другом. Это вражеский корабль, и у его экипажа наверняка имеется важная стратегическая информация. Не удивлюсь, если ты меня не поймёшь, но я как боевой офицер и член Совета Капитанов не могу просто взять и пройти мимо.

Техна на выпад в последней фразе никак не отреагировала. Она его и не заметила даже. Убедившись, что её тут бросать никто не собирается, Верика окончательно успокоилась. Сама она боевым офицером не являлась, и тайны, которыми направо и налево разбрасывалась капитан магов, её если и интересовали, то только из чистого любопытства. При этом эльфийка была уверена, что ничего особо секретного не выдаёт, все сведения были общеизвестными. Для магов! А вот окажись на месте гражданского техника аналитик из разведки, он бы узнал много нового и интересного о противнике.

Дальше обсуждался только вопрос: кто пойдёт? Кандидатуру техны никто не предлагал и не рассматривал, и этот факт её более чем устраивал. Анастиэль настаивала на том, чтобы отправиться в одиночку, а я не хотел уступать и считал, что должен её сопровождать. Эльфийка не соглашалась, не желая подвергать опасности своего офицера, лишившегося магии. Для неё я был как инвалид, слепой например. Других аргументов у капитана, в общем-то, не имелось. Я сам тоже не желал лишний раз напоминать про Директиву Номер Один. Но и чувствовать себя инвалидом не желал, поэтому и настаивал на своём участии.