Чтение онлайн

– Ну и что? Петрович поздно там будет, вечером народу мало, если кого и зацепит, хрен с ним. Нечего шастать по ночам!

– Это понятно. Можно гранату и под днище бросить, и на крышу положить, главное, сколько стоить это будет.

– По десятке каждому.

– Каждому – двум или трем?

– Третий, по-моему, у вас раненый.

– На лекарства денег я ему оставил. Недоволен он.

– Когда он был чем-нибудь доволен? Ему сколько ни дай, все мало. Вы, наверное, и себе из его больничных денег отстегнули?

Милиционеры переглянулись. Они действительно из двух тысяч одну забрали себе.

– Десять, – прошептал Пермяков.

«Хорошие деньги, – взглядом ответил Парфенов, – можно соглашаться.»

Но хотелось поторговаться, а вдруг удастся вырвать еще по тысчонке.

– На две штуки больше, – убежденно произнес Пермяков, пытаясь выглядеть солидно, – мы их Кузьмину дадим. Парень пострадал, он у нас в доле.

– Вы, по-моему, ребята, чего-то недопонимаете. Он с вами в доле, а не со мной.

– Тогда не беремся, – сказал Парфенов, толкнув Пермякова локтем в бок.

Тимур ничего не ответил, его взгляд сделался холодным. Он умел говорить без слов и очень убедительно. «Уродам нужно дать понять, что если они отказываются, то их судьба решена.»

Тимур, спокойно глядя на Пермякова, отогнул усики чеки, вытащил кольцо, не спеша подошел к самой двери и обернулся, держа руку на отлете. Пермяков побледнел. Он уже представил себе, как Тимур швырнет гранату и быстро побежит по коридору, а та будет крутиться на полу.

– Мы согласны, – выдавил из себя Пермяков. Тимур с гранатой в руке вернулся к столу. Дорогин не мог понять, что происходит. Он хотел узнать побольше, вполне могло статься, что в разговоре всплывет имя Белкиной и он узнает, где ее искать, – не придется вырывать признание у бандитов. Но он услышал шаги, когда Тимур подходил к двери, услышал скрип петель, наступила тишина, затем вновь – шаги.

Его насторожило молчание оставшихся. «Неужели уходят? Значит, медлить нельзя!»

Дорогин рывком распахнул дверь и ворвался в комнату. Тимур застыл возле стола с гранатой в руке, в запал которой еще не была заправлена чека. Сергей стоял в дверном проходе, отрезая путь к отступлению, за ним был коридор.

– Всем стоять! Одно движение – и я стреляю!

Все трое тут же узнали голос, хотя внешне Дорогин мало походил на того, кого им довелось видеть на мосту.

– Не ожидали, уроды? Где журналистка? Тимур скосил глаза на Пермякова. Никто из милиционеров не рискнул убрать руки со стола. Охранник Тимура, не дожидаясь команды, поднял руки над головой и растопырил пальцы, показывая, что ладони пусты.

– Только я знаю, где она, – усмехнулся Тимур и сделал шаг навстречу Дорогину.

Эта фраза решала многое. Муму не мог позволить себе роскоши выстрелить в Тимура. Скорее всего тот не врал. Если не знал о Белкиной раненый милиционер, то двое его товарищей наверняка тоже пребывали в неведении.

– Стой на месте! – приказал Дорогин, тряхнув пистолетом.

И тут Тимур махнул рукой, крикнув: «Лови!», – но сам гранату не кинул.

Дорогин инстинктивно дернулся, Пермяков упал на пол. Охранник даже не успел среагировать. В следующий момент, Тимур уже по-настоящему метнул гранату Дорогину за спину – в коридор, и следом ногой ударил Муму в грудь. Тот вывалился в коридор. Дверь мгновенно захлопнулась. Тимур и его подручные распластались на полу в ожидании взрыва.

Дорогин, упавший на пол, видел, как по доскам прыгает граната. Рычаг, отброшенный пружиной, лежал возле самого его лица. Сергей успел перекатиться, схватил гранату, толкнул дверь ногой и бросил гранату в комнату. Он тут же прыгнул назад в коридор, упал на пол и закрыл голову руками.

Прогремел взрыв такой силы, что Муму показалось, что сейчас на него обрушится крыша. Ему спас жизнь высокий порог, осколки засели в нем, часть из них просвистела над головой, изрешетив входную дверь.

Оглушенный взрывом, Муму поднялся сначала на четвереньки, потом сумел сесть. Он ничего не слышал: дым и пыль еще клубились в комнате. Потолок рухнул.

Дорогин с удивлением посмотрел на пистолет, который все еще сжимал в руке. Он сумел совершить головокружительный рывок, не нажав при этом на чувствительный спусковой крючок. Мягко щелкнул предохранитель. Больше тут делать было нечего, четверо врагов были мертвы.

Слух вернулся внезапно. Дорогин услышал испуганные крики, топот. Сквозь пролом в стене он вышел на улицу, вдохнул свежий воздух, и ему стало легче. «Видит Бог, я вас взрывать не хотел.» Он сел за руль джипа, протер засыпанные пылью глаза, которые невероятно слезились. Ключ торчал в замке зажигания.

– Спасибо и за это, – пробормотал Дорогин, бросив взгляд в зеркальце заднего вида.

Увидев грузчиков, бегущих к машинам, Дорогин направил джип прямо на них. Двое грузчиков махали руками, пытаясь остановить машину, но другие, посообразительнее, уже разбежались в стороны. Стоило нажать на клаксон, как двое смельчаков тоже исчезли из поля зрения. Набирая скорость, джип с тонированными стеклами мчался к воротам. Сторож, хоть и был пьян, сообразил открыть створки: зачем портить то, что сторожишь? Дорогин вырулил на улицу и обернулся. Никто не рискнул погнаться за ним.

Машину он загнал между строительными вагончиками – так, чтобы она не бросалась в глаза с дороги, и, пробежав метров пятьдесят по пустырю, с остервенением содрал ленинские бородку и усы.

– Вот же черт, – пробормотал Дорогин, устало опускаясь на скамейку на автобусной остановке, – так ничего и не успел узнать. Но хоть доброе дело сделал, Петровича спас. И четыре мерзавца сами себя подорвали. Видит Бог, я не хотел их смерти, – повторил Муму, заходя в подошедший автобус, – хотя они ее и заслужили.

Он даже не стал садиться, пристроился у заднего стекла. Автобус пропустил сначала милицейскую машину, затем две «Скорые помощи», сверкающие мигалками и оглушительно воющие сиренами. «„Скорая“ им не понадобится», – усмехнулся Муму, оттирая испачканный побелкой рукав.

Действительно, четырем убитым бандитам, у двух из которых были удостоверения сотрудников милиции, «Скорая помощь» не понадобилась, хотя и приехала через десять минут после взрыва. Вслед за «Скорой» прибыли и сотрудники правоохранительных органов на двух микроавтобусах. Они быстро занялись привычным делом, осмотрели место взрыва.