Поцелуй злодея
Шрифт:
Звук порноролика приостанавливается, и я вздрагиваю, когда в верхней части экрана появляется сообщение. И это не кто иной, как мудак собственной персоной.
Я выключаю порно, как будто он видит происходящее у меня на экране, и вынимаю наушники.
Дьявол: Значит, ты меня разблокировал. Настолько хочешь со мной поговорить, да?
Гарет: Я сделал это только для того, чтобы не видеть твое жуткое лицо.
Дьявол: Так и знал, что ты скучаешь по мне.
Гарет: Не заставляй меня снова тебя блокировать.
Дьявол: О, так теперь ты хочешь меня видеть?
Гарет: Постарайся избавить меня от своего присутствия даже в аду.
Дьявол: Говоришь так, будто я не смогу это устроить. Вот что я тебе скажу. Ты знаешь, где я живу, так что если ты так сильно по мне скучаешь, то можешь приходить в гости, когда пожелаешь.
Гарет: Нет, спасибо.
Дьявол: Ты часто это говоришь. Это перестает действовать на меня.
Гарет: А ты часто это игнорируешь. Это как разговаривать с гребаной стеной.
Дьявол: Следи за языком.
Гарет: Ты мне не отец.
Дьявол: Какие у вас с ним отношения? С твоим отцом?
Гарет: Если ты пытаешься найти у меня какие-нибудь психологические травмы, вызванные проблемами с отцом, то у меня их нет. Мы с папой очень близки. Удача улыбнется тебя в следующий раз.
Дьявол: Знает ли он, какой ты на самом деле, мой маленький монстр?
Я убираю руку от уголка рта потому что чуть было не начал грызть кожу вокруг большого пальца. Как чертов ребенок.
Когда я не отвечаю, он отправляет еще одно сообщение.
Дьявол: Не знает, я прав? Иначе вы бы не были так близки. Позволь мне предположить, что он не знал, как вести себя с твоим братом, когда ему поставили диагноз, и, вероятно, между ними образовалась некая пропасть, и ты не хочешь, чтобы с тобой произошло то же самое. Не хочешь быть отвергнутым своим отцом, а значит, ты его очень уважаешь, иначе тебе было бы все равно. Возможно, именно поэтому ты надеваешь разные маски в обществе и в одиночестве. Ты не можешь позволить никому, включая самых близких твоих друзей и членов семьи, увидеть, что на самом деле скрывается под этим образом диснеевского принца. Ты боишься, что они посчитают тебя ужасным? Отталкивающим? Тебе плевать на всеобщее признание, так в чем же истинная причина, мой маленький монстр? Я умею хранить секреты.
Я с насмешкой смотрю на свой телефон, хотя его слова меня беспокоят. Меня тревожит, что он так просто смог прочитать меня, как гребанную книгу. Не все это правда, но многое – да.
Гарет: Вот вам небольшая идея, профессор. Вместо того чтобы заниматься моим психоанализом, может, вам стоит обратиться в психиатрическую клинику? Уверен, вам там помогут.
Дьявол: Только если ко мне присоединишься ты, малыш.
Гарет: Почему ты продолжаешь так меня называть? Я ненавижу тебя, и между нами нет никаких отношений.
Дьявол: Почему ты меня ненавидишь?
Гарет: Давай посмотрим. Ты изнасиловал меня. Трижды. Продолжаешь угрожать мне и не хочешь оставлять меня в покое. Выбирай, какая причина для тебя более убедительная.
Дьявол: Не стоит бросаться в меня камнями, когда твой дом из стекла. Ты первый стал насильником. Я лишь позволил тебе попробовать то же лекарство.
Гарет: А прошлая ночь? Я не собирался никому ничего делать. Какое у тебя этому будет оправдание?
Дьявол: Ты прекрасно выглядел.
Гарет: ВТФ.
Дьявол: Что это значит? Я не увлекаюсь аббревиатурами.
Гарет: Это значит «что за херня», ублюдок. Ты что, из каменного века? Этому сокращению сто лет.
Дьявол: Следи за языком.
Гарет: Ну, ты только что признался, что принуждал меня, потому что я хорошо выглядел. Извиняюсь, если мне как-то плевать на свои выражения. Ты даже не попытаешься найти себя оправдания?
Дьявол: Это тебе нужны оправдания, а не мне.
Гарет: Мне?
Дьявол: Вот твои оправдания, Карсон. Прошлой ночью ты мог сопротивляться, но не стал. У тебя была возможность вызвать охранников, чтобы либо сдержать, либо убить меня, но ты этого не сделал. Ты хотел этого так же сильно, как и я. Но это лишь мое мнение. Вот тебе домашнее задание, над которым ты должен подумать сегодня вечером. Раз уж ты весь из себя такой натурал, почему ты кончил от стимуляции простаты?
Я уже собирался послать его, как услышал тяжелые шаги по коридору и перевернул экран телефона, а после сделал вид, что сосредоточился на своем домашнем задании. Даже если мои внутренности разрывает от ярости.
Через несколько секунд моя дверь с грохотом распахивается и ударяется о стену. Я поднимаю глаза, изображая удивление при виде Нико.
Он одет в одни джинсы, выставляя на всеобщее обозрение свою огромную, покрытую экстравагантными татуировками грудь.
Перед тем как я поднялся в свою комнату, он собирался предаться своим невыносимым актам эксгибиционизма, поэтому я говорю своим обычным спокойным голосом: