Чтение онлайн

Мне глубоко неприятны эти рассуждения, но я все равно спрашиваю:

— Что ты имеешь в виду под «методом проб и ошибок»?

— Много чего. Например, ты решил быть снизу, и тебе не понравилось. Или ты решил вести и почувствовал себя не в своей тарелке. Некоторым нравится и то, и другое, что означает «актив» и «пассив». Некоторые вообще ненавидят эти термины. Зависит от человека. Если ты любишь трахать и контролировать ситуацию, то ты, как правило, актив, хотя бывают и властные пассивы, которые контролируют ситуацию, но не трахают. Если тебе нравится, когда трахают тебя, или ты кончаешь от стимуляции простаты без стимуляции члена, ты, как правило, пассив.

Мои уши нагрелись до предела. Ни за что на свете.

— Кто, блять, придумал эти правила?

— На самом деле, никто. И нет никаких правил. Все люди разные. Я говорю в общем и в терминах, с которыми одни могут согласиться, а другие нет. В любом случае, я проведу для тебя бесплатный курс по стимуляциям с задницей. Урок первый: всегда имей при себе смазку, всегда. И заранее подготовься. Начни с маленьких затычек, а потом увеличивай их в размере. Ты мне потом спасибо скажешь…

— Ладно, я достаточно услышал. Убирайся к чертовой матери, — я выталкиваю его, а затем захлопываю дверь.

Я прикусил большой палец, издав протяжный стон. Ни за что на свете я не гей, тем более тот, которого трахают.

Я трахаю. В следующий раз, когда увижу Кейдена, возьму контроль в свои руки.

Не то чтобы я с нетерпением ждал этого.

Ни в коем случае.

Глава 11

Гарет

Два дня спустя, я пришел на урок по уголовному праву раньше положенного времени.

Не потому, что я хочу проверить теорию Нико о пробах и ошибках, а скорее потому, что я на самом деле хороший студент. И не позволю какому-то аморальному профессору запятнать мой послужной список.

Когда он входит в класс, мои глаза устремлены на него. Все молчат, почти благоговея.

За те пару недель, что он преподает в Королевском Университете, профессор Локвуд приобрел непробиваемую репутацию. Можно сказать, своего рода культ.

Девушки, увидев его или проходя мимо, начинают обмахиваться руками – им нравится, что он такой загадочный, строгий и просто горячий. Даже парни его уважают.

Он раздражающий конкурент.

Но в одном они правы – в его загадочности. Я тут подумал и решил, что, возможно, причина того, почему он так влияет на мою голову и, соответственно, тело, в том, что я не могу его разгадать.

Его действия не соответствуют его образу, так что, возможно, когда все встанет на свои места, я потеряю интерес. Как это всегда и происходит.

Его взгляд метнулся в мою сторону, словно он знает, что я думал о нем, и небольшая улыбка мелькнула на его губах, прежде чем исчезнуть.

Этот мудак любит действовать мне на нервы.

Он также определенно знает, что привлекателен, и умело этим пользуется. Не для меня, а в целом. С женской точки зрения.

Его черные волосы всегда идеально уложены, что подчеркивает резкость его лба и привлекает внимание к густым темным бровям, обрамляющим серые миндалевидные глаза с хищным взглядом.

Темная щетина вдоль его челюсти делает ее еще резче, добавляя остроты и без того выразительным чертам лица.

Темно-синие брюки облегают его длинные, мускулистые ноги, подчеркивая их силу с каждым шагом. Светло-голубая рубашка натянута на груди и руках, обтягивая крепкие мышцы, создавая идеальное сочетание элегантности и грубой силы.

Но, наверное, самое привлекательное в нем, помимо его тела и лица, – это его уверенность.

И то, как он скрывает свою истинную сущность.

Никто, глядя на него, не подумает, что он любит трахать своих студентов.

Подождите.

Он так же ведет себя с другими?

Эта мысль не дает мне покоя, но я стараюсь не думать об этом, когда он обращается к аудитории и говорит, что мы начнем со вступительного слова по судебному делу.

Мы занимаем свои позиции, мои однокурсники перечитывают свои записи в последний раз.

Я хотел взять с собой пустую тетрадь просто для вида, но потом передумал. Сегодня я вообще не собираюсь сдерживаться.

На протяжении всей подготовки Кейден сидит на краю стола, скрестив руки на груди. Его рукава закатаны до локтей, обнажая мускулистые, покрытые венами предплечья, и я мельком вижу, как девушки незаметно снимают его на видео.

Вот же любитель внимания.

Серьезно, он пытается соблазнить каждого второго?

Зара выступает от имени стороны обвинения. Она темнокожая, высокая и, возможно, лучший оратор среди всех находящихся в аудитории. С прямой осанкой она смотрит в свои записи и говорит громким, уверенным голосом:

— Дамы и господа присяжные, сегодня вы услышите душераздирающую историю Ребекки Блейк, молодой женщины, чья жизнь была жестоко оборвана действиями Джеймса Резерфорда. В ту ночь, о которой пойдет речь, Ребекка Блейк была одна в гостиничном номере, вдали от своего безопасного дома, где ее накачали наркотиками, подвергли сексуальному насилию и оставили в бессознательном состоянии. Обвиняемый, Джеймс Резерфорд, вошел в ее номер с явным намерением причинить вред, что именно он и сделал.

— Вы заслушаете лечащего врача, который подтвердит, что травмы Ребекки Блейк соответствуют сексуальному насилию. На ее теле были обнаружены следы насилия, а токсикологический отчет показал, что в тот вечер она находилась под воздействием наркотиков и не могла защищаться или давать согласие на какие-либо действия. Свидетели, которые были в отеле в тот вечер, подтвердили, что видели Резерфорда возле номера Ребекки, и мы предоставим доказательства ДНК, которые напрямую связывают его с преступлением. Помутнение рассудка и провалы в памяти жертвы не являются оправданием действий обвиняемого и не снимают с него ответственности за то, что он сделал с Ребеккой в ту ночь. Мы докажем, вне всяких разумных сомнений, что Джеймс Резерфорд виновен в нападении на Ребекку Блейк. Улики очевидны. Преступление неоспоримо. И мы просим вас признать его виновным.