Чтение онлайн

— Панама, — ответил Ричер. — Против Мануэля Норьеги. Более пятнадцати лет назад. Мне довелось там побывать, но я находился в Панаме недолго.

— Лейн участвовал в операции. Тогда он еще носил форму и проявил себя с самой лучшей стороны. Там он и получил звание полковника. Затем он в первый раз отправился в Персидский залив, после чего вышел в отставку при сомнительных обстоятельствах. Однако это не помешало Пентагону нанять его на контрактной основе. Они отправили Лейна в Колумбию, ведь он имел репутацию эксперта по Центральной и Южной Америке благодаря удачным действиям в операции «Правое дело». Он взял с собой часть своей нынешней команды, чтобы сражаться против одного из кокаиновых картелей. Он полетел туда на деньги правительства, но, оказавшись на месте, взял кругленькую сумму у одного из картелей, чтобы уничтожить его конкурента. Пентагон не стал особо переживать, один картель ничуть не лучше другого, но с тех пор Лейн окончательно лишился доверия и больше на правительство не работал.

— Его парни сказали, что они были в Ираке и Афганистане.

Полинг кивнула.

— После разрушения башен-близнецов многие люди побывали в самых разных местах. В том числе и команда Лейна. Но теперь они работали только через посредника. Иными словами, Пентагон нанимал людей, которым доверял, а они, в свою очередь, передавали часть работы Лейну.

— И это всех устраивало?

— Честь удавалось соблюсти. После того случая в Колумбии Пентагон больше не выписывал чеков с именем Лейна. Но позднее им потребовались все, кто был готов работать, а потому они закрыли глаза на прошлое.

— Он постоянно получает заказы, — сказал Ричер. — И большие доходы. Он живет как король, но большая часть денег, полученных в Африке, все еще в банковской упаковке.

— Из чего следует, что этот бизнес стал невероятно прибыльным. Мой приятель говорит, что после Колумбии Лейну приходилось перебиваться крошками с чужого стола. У него не оставалось выбора. Сначала эти крошки были довольно крупными, но постепенно они уменьшались. Теперь у него много конкурентов. Очевидно, он сорвал куш в Африке, но этот остаток и составляет большую часть его нынешнего капитала.

— Тем не менее он ведет себя так, словно стал крупным игроком. Говорит, что у него нет ни конкурентов, ни партнеров.

— Он лжет. Впрочем, в каком-то смысле это правда. Лейн находится в самом основании пирамиды. Строго говоря, у него нет равных партнеров — все остальные расположены выше.

— В Буркина-Фасо он тоже работал через посредника? — спросил Ричер.

— Думаю, да, — кивнула Полинг. — Иначе он бы фигурировал в документах.

— А наше правительство в этом участвовало?

— Вполне возможно. Мой приятель заметно нервничал.

Ричер кивнул.

— Именно по этой причине он и согласился помочь. Это не помощь одного военного полицейского другому. Бюрократия пытается контролировать ситуацию, направлять потоки информации. Кто-то решил скормить нам эти сведения через вашего приятеля, чтобы мы не блуждали вслепую и не наделали лишнего шума.

Полинг ничего не ответила. И тут ее телефон вновь зазвонил. Она попыталась не отключать подзарядку, но провод оказался слишком коротким. Она выдернула его и ответила на звонок. Секунд пятнадцать Полинг слушала, потом перевернула страницу в блокноте, нарисовала знак доллара и две цифры, за которыми последовали шесть нулей. Выключив телефон, она протянула блокнот Ричеру, чтобы он мог прочитать написанное.

— Двадцать один миллион долларов, — сказала она. — Наличными. Именно такую сумму Лейн заработал в Африке.

— Вы правы, — заметил Ричер. — Крупные крошки. В особенности для человека, который вынужден работать через посредников.

— Вся сделка стоила сто пять миллионов американских долларов из центрального резерва их правительства. Лейн получил двадцать процентов за поставку половины личного состава и выполнение большей части работы.

— Нищие не выбирают, — заметил Ричер.

А потом он сказал:

— Отлично.

— Вы о чем?

— Какова половина от двадцати одного?

— Десять с половиной.

— Вот именно. Выкуп Кейт составляет ровно половину от платы за Буркина-Фасо.

Они немного помолчали.

— Десять с половиной миллионов долларов, — сказал Ричер. — Мне эта сумма все время казалась странной. Но теперь все стало понятно. Вероятно, половину суммы Лейн посчитал своей. И теперь Хобарт полагает, что он должен получить долю Лейна за свои страдания.

— Разумное объяснение, — ответила Полинг.

— Я бы захотел больше, — возразил Ричер. — Я бы захотел получить все.

Полинг провела изящным ногтем по странице телефонного справочника и вновь попыталась дозвониться до первых двух Хобартов. И снова они услышали автоответчик. Полинг повесила трубку. В ее маленьком офисе стало тихо. Через несколько минут зазвонил сотовый телефон. Она сразу отключила подзарядку и открыла телефон. Произнесла свое имя, перевернула еще одну страницу в блокноте и быстро записала три строки.

— Теперь у нас есть его адрес.

— Хобарт переехал к сестре, на Хадсон-стрит. Могу поспорить, что дом расположен между Кларксон и Лерой.

— К замужней сестре, — подчеркнул Ричер. — Иначе мы отыскали бы ее имя в телефонной книге.

— Она вдова, — сообщила Полинг. — Наверное, сохранила фамилию мужа, но сейчас живет одна. Во всяком случае, жила до тех пор, пока ее брат не вернулся из Африки.

Сестру звали Ди Мария Грациано, и они нашли ее в телефонной книге — адрес соответствовал тому, который сообщил Полинг ее приятель из Пентагона. Полинг вошла в базу данных налогового управления и получила еще одно подтверждение места постоянного проживания Ди Марии.

— Плата за квартиру стабилизирована, — сказала Полинг. — Ди Мария живет там десять лет. Даже с учетом низких цен десять лет назад квартира у нее небольшая. — Она переписала номер социального страхования и внесла его в другую базу данных. — Ей тридцать восемь лет. Минимальный доход. Она мало работает. У нее даже не хватает денег, чтобы полностью выплачивать федеральный подоходный налог. Ее умерший муж также был морским пехотинцем. Младший капрал Винсент Питер Грациано. Он умер три года назад.