Чтение онлайн

— Да, она нам всё рассказала, включая своё имя. Мы предложили ей остаться у нас, раз уж ты ведёшь себя как грубиян. Сказали, что она может спать на моей кровати, а я на диване, но она слишком добрая и отказалась, чтобы нас не стеснять.

Да. Амелия их уже заколдовала, как я и предполагал.

Я аккуратно ставлю пиво и стараюсь не выглядеть слишком заинтересованным в разговоре о ней.

— Очень мило с вашей стороны.

— М-м-м, – протягивает Мэдисон, выкладывая пятёрку треф. Её глаза сверкают с хитринкой, когда она поднимает их на меня. Ясно, что она пытается перехитрить меня не только в картах. — Тебя раздражает, что она открылась не только тебе?

Я выдерживаю её взгляд.

— Ни капли. Может хоть всему городу рассказать – мне всё равно.

Мне не всё равно. На самом деле, мне совсем не всё равно.

Они все ворчат, кряхтят и закатывают глаза, потому что больше всего на свете эти девчонки ненавидят, когда их оставляют в неведении. Я подкидываю им кость – ведь в моих глазах они навсегда останутся пяти, шести и восьмилетними малышками, умоляющими взять их с собой в приключения с Джеймсом.

— Сегодня я сказал ей, что она может остаться у меня, пока её машину не починят.

Они все визжат. Мои барабанные перепонки лопаются. Я жалею обо всех своих решениях.

— Ладно, ладно, – говорю я, потирая ухо и вставая за ещё одним пивом. Потому что оно мне сейчас понадобится.

Эмили тычет в меня обвиняющим пальцем.

— Ты правда нравишься ей! Я так и знала! Ловелас снова в деле!

— Вовсе нет. – Я открываю банку. — Мне просто её жаль, и помочь ей – правильный поступок.

Мэдисон хитро поднимает брови.

— Помочь ей или глазеть на неё?

— Я серьёзно. Ничего между нами не будет. Она просто проезжает через город, и ей нужно где-то переночевать. К тому же… – я снова сажусь за стол и делаю вид, что изучаю карты, — я уже сказал ей, что не заинтересован.

— Ты не мог, – Мэдисон смотрит на меня с неподдельным разочарованием.

— Я так и сказал. Лучше сразу обозначить границы. Я буду ей другом, не больше.

Эмили поднимает брови, не отрываясь от карт.

— Ну…Наверное, это разумно. Тебя дразнить весело, но я согласна – не стоит заводить с ней роман. Ты не из тех, кто ищет мимолётные связи, а ей всё равно придётся уехать…и ты не сможешь поехать с ней.

В её голосе звучит предостережение. Она до сих пор не до конца простила мне переезд в Нью-Йорк с Мерритт. Думаю, Эмили была единственной, кто не расстроился, когда всё рухнуло между мной и моей бывшей невестой, потому что это означало, что я останусь в городе навсегда.

Мэдисон в ужасе.

— Нет! Это не разумно! Ты идиот, Ной, и я хочу опрокинуть твой стул!

— Какая жестокость. Ходи уже, Энни.

Мы все смотрим на Энни, которая задерживает игру. Она улыбается мне. Мягко, понимающе. И эта улыбка меня раздражает. Энни всегда понимала меня лучше других сестёр, и сейчас она явно видит то, что я отчаянно пытаюсь отрицать.

Я допиваю пиво и решаю взять ещё одну банку…а потом ещё…и ещё.

Амелия

Полночь, а Ной всё ещё не вернулся. Не знаю, почему я нервничаю, как жена, чей муж не пришёл домой, но это так. Он обычно задерживается так допоздна? Что вообще можно делать в этом городе после десяти вечера? Я волнуюсь только потому, что, кажется, задела его сегодня, когда заговорила о его родителях. Мне нужно перестать пытаться выстроить эту странную дружбу между нами и просто отпустить ситуацию. По сути, он просто мой гид и хозяин моего временного жилья. Когда я уеду, он даже не вспомнит обо мне. Он дал ясно понять, что я ему неинтересна.

Просто отпусти, Амелия.

И вот отлично…Теперь у меня в голове песня из «Холодного сердца», потому что после этого мультика фразу «отпусти» уже невозможно произнести, не пропев её.

Стоп, я что-то слышу. Похоже на…

А-а-а! Грузовик!

Я резко отпускаю жалюзи, в которые подглядывала, отскакиваю от окна. Что делать?! Куда спрятаться? Он не должен знать, что я стояла тут, как психопатка, и ждала его возвращения.

Дверь грузовика хлопнула, и я взвизгиваю. Он идёт, а весь дом освещён, как на День независимости. Он сразу поймёт, что я его ждала. Хотя…стоп. Ему не обязательно это знать. Пусть думает, что я сова и так живу. Да, я знаменитость с бурной ночной жизнью. Вот во что я хочу, чтобы он поверил.

Я мчусь в гостиную, скольжу в носках по полу, изображая сцену из «Рискованного бизнеса» в его огромной пижамной рубашке. И, кстати, Амелия, где твои штаны? ТЕБЕ НУЖНЫ ШТАНЫ! Годы откровенных сценических костюмов и обложек журналов притупили моё чувство скромности, и я забываю, что не все ходят полуголыми, как я.

Теперь я как мультяшный персонаж, который бежит на месте, пытаясь не упасть, пока скольжу к своей комнате, натягиваю пижамные штаны и несусь обратно в гостиную, плюхаясь на диван. Рядом лежит плед – я хватаю его и закутываюсь, как Ной укутал меня днём. Выглядит ли это постановочно? Как будто я не двигалась с тех пор, как он ушёл? Это, пожалуй, ещё жутче. В последний момент я решаю выбросить плед, выключить телевизор и забежать в ванную. Это более естественно и не кричит: «Я В ТЕБЯ ВЛЮБЛЕНА И ЖДАЛА ТЕБЯ ВСЮ НОЧЬ».

Как только я закрываю дверь ванной, слышу, как открывается входная дверь. Я облокачиваюсь на дверь, перевожу дух и включаю воду, чтобы казалось, будто я мою руки – это даёт мне ещё тридцать секунд, чтобы прийти в себя. Но время сокращается до пятнадцати, когда в гостиной раздаётся грохот.

О чёрт. Может, это не Ной? Может, в дом забрался кто-то чужой? Сталкер, который выяснил, где я остановилась. Что делать? Можно позвать Ноя по имени, но тогда мой присутствие станет известно тому типу в гостиной. Я оглядываюсь в поисках чего-то полезного и вижу зеркало. Благодаря фильму, который испортил моё детство, я знаю, что с ним делать. (Речь о «Знаках», если вам интересно. Это было ужасно.)

Я просовываю зеркало под дверь и поворачиваю его так, чтобы видеть гостиную. Это сложнее, чем казалось в кино, но у меня получается. И вот я вижу Ноя – он наклонился и что-то поднимает с пола.

Фух.

Сегодня я не умру. Какое облегчение.

Быстро проверяю себя в зеркале (и стараюсь не задумываться, почему мне так важно, как я выгляжу в его глазах), вешаю его обратно и выхожу в гостиную.

Ной склонился над осколками разбитой лампы, которую, видимо, задел, и собирает их…руками. Он вздрагивает, мышцы под футболкой напрягаются, когда осколок впивается ему в ладонь.