Чтение онлайн

Я вернулся нагруженный, как верблюд, и потный, как Морис после утреннего дежурства. Но на все это мне было наплевать. Я купил карту и нашел на ней Туран. Я облегчил себе задачу: сразу же начал искать рядом с Цомет Голани. Действительно, там. Малюсенькая, если судить по карте, арабская деревушка. Только бы дождаться новостей, и только бы они у себя на радио не сняли с передачи устаревшее сообщение.

То ли Бог услышал мои молитвы, то ли редактор новостей поленился. Так или иначе, но я узнал все, что мог. Семья из трех человек была убита позапрошлым вечером в арабской деревне Туран. Хусейн Фархи, жена и сын. Ну, кроме начала я все уже слышал. Кстати, на этот раз об индусах ничего сказано не было. Та-ак. Как бы мне сосредоточиться? Не притянута ли за уши цепочка совпадений: аномалия в районе Цомет Голани, там же убивают араба, работавшего в России, его русскую жену и сына, а это приводит к совершенно неожиданной реставрации Российской Империи? Какая связь? Ведь не мог же араб быть претендентом на российский престол! Шайтан, я уже запутался, ведь наоборот, после убийства этого араба (его сына? жены?) появился этот самый претендент и стал царем. Но откуда взялись индусы, и какое им дело до израильского араба и русского царя? А что если убийство чисто бытовое, просто последствия у него оказались такие… непредсказуемые?

Тут я обнаружил, что Каплински уже давно ходит вокруг меня кругами. А я, похоже, сижу, жестикулирую и шепотом разговариваю сам с собой. Уж лучше, наверное, голых баб рисовать. Совсем распустился тут один, веду себя, как законченный псих.

Каплинскому требовалась техническая консультация. Я с удовольствием отвлекся от бесплодных размышлений и погрузился в работу.

Первой появилась Веред. Я посылал ее в Хайфу, она должна была появиться первой, но почему так быстро? Слишком быстро!

— Выгляни на улицу, — сказала моя боевая подруга. Я выглянул, получил ответ на своей вопрос и схватился за голову. Эта идиотка, оказывается, заскочила в Цфат и приехала сюда на моей «Мазде».

— Ведь Стража знает эту машину лучше, чем она знает меня, — кричал я, если раньше они могли сомневаться, что я в Афуле, деликатничать и прочее, то теперь им достаточно увидеть… и все, конец. Отправляйся вниз, в Афулу и оставь машину там, на какой-нибудь стоянке.

Я вытащил всю необходимую аппаратуру, и Веред уехала. Мы с Каплински продолжили монтажные работы.

С приближением вечера публика начала возвращаться. Ник сменил Мориса на чердаке. Я коротко пересказал последние известия. Гости из «второго будущего» (собрались все, кроме Сары) здорово приуныли. Убийство — штука необратимая. Семейство Фахри уже не оживить. Что остается делать? Мы не имели ни малейшего понятия, где начались расхождения между «вторым» и «третьим» будущими. Куда надо влезть, кого убить, чтобы восстановить статус-кво? А ведь я еще не поделился своими соображениями, что каждое новое «будущее» устойчивее предыдущего.

Выслушав мои планы «ловли на живца», компания не проявила никакого энтузиазма.

— Мы должны побывать в будущем, где есть царь, — сказал Адамс, — выяснить, как и когда это получилось, а потом вернуться назад и все исправить. Если, допустим, этот Махмуд…

— Хуссейн, — поправил я.

— …Хуссейн или его сын убил будущего русского царя, то вместо них это сделаем мы. Если не убил — обнаружится что-то другое, но без сомнения, посильное для нашей команды. Сейчас мы должны бросить все силы на создание станции.

— Что же получается, — я возмутился, — мы будем игнорировать наших врагов? Но они-то нас не проигнорируют! Так мы дождемся, что однажды сюда войдут какие-нибудь индусы или марсианские десантники и всех нас к черту перестреляют. Русского царя явно не завтра коронуют, у нас есть время, давайте немного почистим сегодняшний день.

Над нашей объединенной группой вновь нависла опасность раскола. Проклятое отсутствие нормального руководства (а именно — меня как официального командира) губило все дело. Окончательно рассориться нам не дал Ник. Он закричал с чердака, что засек какую-то подозрительную машину.

— С генератором? — спросил я.

— Без.

— Так что же в ней подозрительного?

— Как-то странно она ездит. Уже минут пятнадцать. Туда-сюда. Крест-накрест. Водитель высовывается, дома разглядывает. На наш, вообще, так внимательно смотрел, словно купить хотел.

— Может быть, может быть…

— Это, наверное, полиция, — сказал Моше, — должны же они что-то выяснить после вчерашней ночи.

— Тоже может быть, — я согласился. Потом внезапно испугался, что Каплински, по простоте душевной, мог начать испытание генератора прямо тут, дома. Спросил его об этом.

— Ну, ты меня вообще идиотом считаешь, — обиделся физик. Но мне было не до обид.

— Эй, Ник! Сколько человек сидит в машине?

— Один мужчина. Светловолосый, нестарый.

Так, скорее всего, это не Стража. Во-первых, их должно быть много, ни к чему экономить на агентах. Во-вторых, однажды они уже обожглись, когда послали против меня всего одну свою сотрудницу, Веред. Если это не Стража, то можно заставить Веред еще раз продемонстрировать свое женское обаяние.

Я отдал команду и Веред пошла. Села на каменное основание заборчика, нога на ногу, юбка соответственно… Мы затаились под защитой жалюзи. И тут до меня дошло, что Стража может не знать, какое фиаско постигло со мной их одинокую агентессу. Доложить-то было некому, мы, с бывшей агентессой, всех прикончили. Ну, да ладно, не может это быть стражник.

— Вот он, — послышался голос Ника, — видите белую машину?

Машина была хорошая. Белая «Хонда». Но нас больше интересовал водитель. Как он отреагирует на Веред?

Реакция оказалась стопроцентно правильной. «Хонда» причалила к тротуару, шофер открыл дверцу и стал что-то спрашивать у Веред. Девушка сделала жест «не слышу», с продуманной небрежностью, позволяющей незнакомцу увидеть как можно больше, поднялась и пошла к машине. О чем они говорили, нам слышно не было. Веред показала пальцем на наш дом. Водитель вылез, вытащил маленький черный чемоданчик и мотоциклетный шлем. Захлопнул дверцу, проверил замок.

— Зачем ему шлем? — зашипел рядом со мной Моше. Ему никто не ответил. Очень интересный вопрос. Зачем мотоциклетный шлем автомобилисту, да еще не внутри машины, а снаружи? Веред, кажется, заинтересовало то же самое. Во всяком случае, она что-то сказала и показала на шлем. Мужчина засмеялся, тряхнул шлемом, потом чемоданчиком и показал на машину.

— Говорит, что из машины у него воруют, — перевел пантомиму Морис.

А незнакомец, как ни в чем не бывало, одел шлем и уверенно зашагал к двери нашего дома. Даже обгоняя Веред! Кого это мы заманиваем на свою голову? Он что, ожидает, что его тут начнут лупить тяжелыми предметами?