Чтение онлайн

«Мы учим детей одобрять рабство. Учим их тому, что жестокость может быть добродетелью».

Но худшее заключалось в том, что Тейн сам был таким малышом. Он сидел в пилотском кресле челнока и гордился этим. Чувствовал себя значительным. Все потому, что однажды он мог стать частью Империи. Он пошел по пути, который вывел оттуда, но куда он его привел? Теперь Тейн водил корабли лишь для того, чтобы пугать людей во имя Империи, терроризировавшей Галактику. Если бы он мог вернуться, нашел бы силы выбрать другой путь?

«А есть у меня силы сделать это сейчас?»

Другой штурмовик ударил бодач'и, который качнулся в сторону. Тот потерял много чешуи, и хвост тащился по песку, несмотря на то что каменистая поверхность, должно быть, оставляла на нем множество порезов и ушибов. Слабость существа пронзила Тейна болью, особенно сильной еще и потому, что он ничего не мог сделать. Абсолютно ничего. Не против целого гарнизона штурмовиков. Он мог только стоять, смотреть и осознавать свою роль в совершаемом зле.

В ту ночь он заплатил непомерную цену, чтобы купить сообщение в голосети. Если Сиена не получит сигнал вовремя или будет слишком занята, он просто попробует еще раз на следующий день, но, к облегчению Тейна, девушка ответила почти немедленно. Он сел к темному голоэкрану, чувствуя теплые лучи света, сканировавшие его лицо и тело…

…и перед ним материализовалась Сиена.

Ее голограмма оказалась почти в натуральную величину. Мягкий синий свет поймал каждый локон полураспущенных, ниспадавших на спину волос, ее полные губы, улыбку.

— Получилось неожиданно, — сказала она. Голос лишь слегка размывался передачей. Девушка оставалась в форменных брюках, но в майке, обнажавшей руки и плечи. — Не могу поверить, что ты прыгнул в голосеть, но я так рада, что ты это сделал! Так здорово тебя видеть.

— Еще лучше видеть тебя. — Облик Сиены действовал на него ничуть не менее бодряще с того момента, как он увидел ее на «Опустошителе». Тейн до сих пор не мог прийти в себя от благодарности за то, что она осталась жива. — Нужно поговорить. Я ведь тебя не разбудил?

— Нет. Моя смена только что закончилась, а соседка еще не вернулась.

Слово показалось ему странным.

— Соседка? Жилье пополам?

Улыбка Сиены засветилась с темного экрана.

— Ты говоришь с лейтенантом-коммандером Ри, со вчерашнего дня.

— Как здорово. — Как бы мало сейчас его ни заботило продвижение по службе, Тейн понимал его ценность для Сиены. Это служило доказательством того, что она выполняла долг, причем блестяще. — Хотя неудивительно. Не для кого-то столь прекрасного, как ты.

Но Сиена поникла:

— Дело не только в моей службе. Даже в основном не в ней. Я получила звание, потому что Империя потеряла много людей на «Звезде Смерти».

Конечно. На станции было много высших должностных лиц флота и их штабов. Теперь на самом верху образовался вакуум власти.

— Все изменилось, — осторожно сказал он.

Сиена кивнула. Одна бретелька соскользнула с плеча, и иллюзия голограммы была настолько сильной, что Тей-ну захотелось наклониться и поправить бретельку или, может быть, опустить вторую. Но он должен был оставаться сосредоточенным. Должен был думать. Сообщения по голосети прямо не контролировались, но были программы, проверявшие наличие подозрительных слов или фраз.

Потому Тейн не мог прямо сказать то, что думал. И Сиена не могла. Но возможно, они могли бы друг друга понять.

Сиена сидела на краю койки, впившись в голограмму Тейна перед собой. В темноте она почти представила, что он действительно был рядом.

— Ты в порядке? — спросила она, говоря как можно тише прямо в голоприемник. — Как же я счастлива, что говорю с тобой. Знаю, ты бы так не удивил меня без причины.

Лицо Тейна передавалось в золотистом свете, лишь чуточку светлее, чем красный оттенок волос. Сиена заметила глубокую озабоченность и скорбь.

— Трудно понять, как продолжать жить после такой трагедии, — сказал он.

Сиена вновь подумала о Джуд, и ей пришлось смахнуть слезы.

— Не могу выкинуть это из головы. Словно взрыв проигрывается перед глазами снова и снова, и я хочу спасти их, но не могу. Я просто… не могу.

— Думаешь, нам нужно подождать и посмотреть, как пойдет эта война? — спросил Тейн, отыскивая ее взгляд так, словно действительно был рядом. — Или что-то изменилось, пока мы добирались сюда?

Сердце Сиены болело от мысли, что Тейн так далеко, за много систем от нее, пытается придумать верный план, что дал бы им быструю победу и предотвратил дальнейшее кровопролитие. Эти мечты были естественными, но оставались лишь мечтами.

— Мы не можем просто стоять в стороне и позволять таким вещам случаться, — напомнила ему Сиена. — Не тогда, когда у нас есть власть что-то изменить. Что бы нам ни приходилось делать, чем бы ни приходилось жертвовать, увидим, когда столкнемся с этим. Вместе.

— Вместе, — повторил Тейн, и его улыбка стала такой грустной, что Сиена почувствовала его и свою уязвимость столь же явно и болезненно, как открытую рану.

Сиена потянулась, чтобы коснуться рукой голограммы; Тейн ответил тем же, и мерцавший свет пальцев слегка прошел сквозь ее настоящую ладонь.

— Скучаю по тебе, — сказала девушка. Слова были настолько слабыми, ничто не смогло бы выразить всю глубину ее чувств.

— Мы скоро будем вместе, — пообещал Тейн так уверенно, что ей пришлось поверить. Он казался таким убежденным, что Сиена спросила себя, не получил ли он очередное назначение и не узнал ли что-то, еще неизвестное ей.