Чтение онлайн

"Издохли все семь! Да где видано, чтоб так разом!"

"Да что вы мыслете, он мертвечиной торгует! Эти трупы двинут нас грызть, едва ова погань им кажет!"

Все наречия Ишири смешались в нижнем граде. Место притяжения и могила.

"Эй, нечисть! Кому душу продал? Да не возымет нас твоя ворожба!"

Камни полетели ближе. Один попал Дыму в бок, жеребец фыркнул и мотнул головой.

Элден обозлился на труповоза. Понятно, конечно, что тот не мог ничего сделать, но какая-то неразумная надежда на это была. Раньше мало кто знал Элдена в лицо, а с тех пор, как он поселился в замке, молва о нечистом жреце, поднимающем мертвецов, охватила весь нижний град.

Камень попал Дыму в морду. Элден с трудом удержал коня. Что же они творят? Ведь с ним Эми.

Элден вопрошающе глядел на Сагдара, но барон не собирался ничего предпринимать. Обсуждали что-то с Холефом и смеялись.

– Ах...
– Камень попал Эми в башмак.

– Вот ты сука!
– Элден приметил бросившего. Косматый голодранец в расписной рубахе, наверняка краденой. Точно сын навозницы и ублюдок сапожника.

Элден выскочил из седла, косматый пытался скрыться, но от жреца так просто не уйдешь. Схватил тварь за патлы, потянул к себе, занес ногу для подсечки и... вторая нога загорелась. Элден охнул и присел, косматый вывернулся и ринулся прочь, Элден было за ним, но вспыхнула и вторая нога. Он обернулся: Сагдар стоял с кнутом и ухмылялся.

– Знай свое место, нечистый вештак! Любой из сафаршей выше тебя. Даже последняя падаль.

Сагдар развернулся и пошел обратно, к лыбившемуся младенцу Холефу. В голове смешалась тысяча мыслей. И над тысячей выросла одна. Элден посмотрел на Эми. В нее больше ничего не бросали.

25

Над шахматной клеткой Сорочьего зала нависала тощая фигура в узком и широкополом плаще, туго скрепленным шестью серебряными застежками. Из-под одеяния не торчало ничего, кроме тощих рук. Тень фигура почти не отбрасывала, потому что расположилась под самым Гнездом.

– И что поведают мои лазучары?
– спросил у Эр-Вейна властелин.

– Все идет согласно вашим за-амыслам.
– Голос Эр-Вейна прогудел из утробы.
– Во всех бедствиях салирцы винят своего некнязя и его семейку, особенно до-очь.
– Последние слова Эр-Вейн всегда вытягивал.
– За то, что послушалась отца и не согласилась обручиться с Гала-атом.

– Они действительно в это верят?

– Да, мы сыграли на извечном желании Карьмина казаться гордым и незави-исимым.
– Когда Эр-Вейн гудел, Дарагану чудилось, что стены вибрируют. А пламя свеч Сорочьего Гнезда и вправду подергивалось.
– Раньше это играло ему на руку, а ныне обратилось против него-о. Учитывая его репутацию, салирцам легко поверить, что он мог так поступи-ить.

– Так-так.
– Дараган поерзал в возбуждении.
– Замечательно. Продолжайте сеять ненависть к Карьмину. Я хочу, чтобы через нее они полюбили меня. Посчитали избавителем.

Дараган окинул взглядом настенные барельефы, что раскинулись по правую руку. Сироты благодарили властелина за апельсины, выпоронные вельможи выражали признательность за науку, вытащенные из петель отчаявшиеся взирали на спасителя очами, исполненными преклонения. И каждая из шеренги юных дев мечтала стать невестой повелителя. Все-все его обожали.

– Да-а. Салирцы с радостью падут ниц, когда вы триумфально войдете в их воро-ота.
– Фигура склонилась.

– И это произойдет уже скоро.

– Да-а. Мы побеждаем по всем направлениям, войска Карьмина откатываются к Ветреному за-амку. И наши потери совсем небольши-ие. В ближайшее время все будет ко-ончено.

– Очаровательно.
– Дараган снова поерзал.
– А вот и воевода. Что так долго, барон?

– Вы же понимаете, я с дороги.
– Сагдар встал возле Эр-Вейна.
– Я же не мог явиться к вам взлохмаченный и в грязной кирасе.

Борода и кудри вашорца были и правда тщательно вычесаны, а доспех начищен, но Дараган знал, что похотливый барон задержался отнюдь не из-за вопросов чистоты.

– Мы выполнили задачу, - избыточно громко произнес Сагдар.
– Варвары повержены и уничтожены.

– При этом вы потеряли триста человек. Всех стрелков. Мне уже известно.

– Да. Огненные трубки себя не оправдали. Или люди оказались недостаточно обучены. Я говорил вам, не стоит слушать Сароя.

– Я совершил ошибку. Да, ваш властелин тоже порой ошибается. Достомол так рьяно их поддерживал.

– Оружие, вложенное нам в руки самим Чудотворцем, - подсказал Сагдар.
– Он так говорил.

– Мне кажется, - прогудел Эр-Вейн, - нам в руки его вложили златострастные магна-аты. Со своих селитряных копа-ален.

– Да, не самая дешевая игрушка, - ответил Дараган.
– И, как выяснилось, бестолковая. Из оставшихся стрелков я снова сделаю мечников, копейщиков и арбалетчиков. Немного огненных трубок все же оставлю, уж очень моему сыну нравятся фейерверки из них.

– А Сароя накажете?
– ухмыльнулся Сагдар.

– Я подумаю. А что твердят мои лазучары? Кто стоит за варварами? Или они сами?

– Мы уверены, Сад-Ве-ешт, - прогудел Эр-Вейн.

– А кто-нибудь еще так считает? Меня интересует и знать, и чернь.

– Не-ет. Все знают, что кочевники обыкновенно являются по своей при-ихоти. Вот и в этот раз никто не склонен считать ина-аче.

– Хорошо. Тогда я не стану карать Сад-Вешт. Раз никто их не подозревает, не наказав их, я не покажу слабость.
– Дараган подобрался на троне.
– Лик меня пока во всем устраивает. Он незрелый. Не хотелось бы его смещать.

– Его навушник, Годзир, довольно мудрый челове-ек.
– Эр-Вейн распростер тощие руки.
– Он опа-асен.

– Я знаю. Но мы не можем устранить его, избежав обвинений. Как бы мы это не сделали, все равно покажут на нас.

– Не обязательно же убива-ать, - прогудела фигура.
– Мы, ваши лазучары, могли бы подстроить несчастный случай у всех на глаза-ах.

– И даже в такой ситуации обвинят нас. Даже если Годзир при всех на званом обеде подавится персиковой косточкой, все скажут, что тот персик послал я!