Чтение онлайн

– Все в порядке?
– отрываясь от книги, спросил Пушистик.

– Да. Я спать. Не буди меня и никого в дом не пускай. В конце концов, у меня больничный, - я сбросила на пол сумку и побрела в комнату. На кровать я рухнула, не раздеваясь и кое-как укутавшись в одеяло заснула.

Мир изменился. Что-то осталось до боли привычным, что-то изменилось до неузнаваемости. Офисы в городах, машины на особом топливе, которое делают только орки, монополисты… Магия заменила электричество, интернет, вай-фай и прочие такие привычные людям вещи. Мир почти стал прежним, все нашли свое место в нем. Или почти все.

Когда люди поняли, что драконы - это боги. Самые настоящие и всемогущие, им пробовали молится и строить храмы, появились какие-то секты, религии, придумывались культы и обряды. Год или два драконы наблюдали этим непотребством. Но в одном из городов решили устроить массовый праздник поклонения новым богам, так прозвали драконов. Куча народу пришла славить и молиться идолам, установленным на площади. Сами боги не очень-то посещали людей, хотя их часто видели в небе, спешащих по своим делам или лениво парящих в облаках. Но тут на площадь спустилась Белая. Люди в исступлении кинулись к своей богине, но у богини свои причуды. Она сожгла их всех. Одним махом уничтожила всех, кто пришел ей молиться и поклоняться. Капризным богам не нужны поклоны и молитвы, им не нужны культы и религии придуманные людьми или нелюядми. Им вообще от нас ничего не нужно… почти ничего…

отредактировала до сюда. дальше могут быть несоотвествия.

Новый день начался для меня далеко после полудня. С трудом открыв глаза, я потянулась, отметив, что чувствую себя не в пример лучше вчерашнего. Температуры вроде нет, и голова не болит. Хотя нос был заложен, а горло саднило.

Немного повалявшись в кровати, я пришла к выводу, что в таком состоянии вполне можно работать. А то, что жалость у окружающих буду вызывать, так это только хорошо.

Кое-как приведя себя в порядок, и быстро позавтракав (пообедав?), я под горестные вопли Пушистика о том, что такое рвение к работе приведет к моей ранней и бесславной кончине, отправилась побродить по поселку.

На улице, несмотря на вчерашний дождь, было душно и жарко. Солнце висело над головой, и слепило мои воспаленные глаза. Ярко-голубое небо просвечивало сквозь кроны тополей, резко констатируя с не менее яркой зеленью листьев.

Пройдя с треть версты по направлению к площади, откуда слышались радостные звуки народного гуляния, у меня возникла малодушная мысль вернуться домой и улечься в уютную кроватку. Но ее перебило представление о том, как я оставшийся день буду валяться дома не в силах нормально заснуть, а ночью буду бодрствовать как сова. И в результате такого ночного бдения у меня напрочь нарушится нормальный режим и день с ночью легко, и просто поменяются местами. А вернуться к нормальному существованию будет намного сложнее.

Ну, уж нет! Я помотала головой, отгоняя неприятные мысли и решительной, хотя и не очень твердой походкой двинулась на площадь. По опыту я знала - стоит мне потерпеть сегодня незначительные неудобства, как завтра я буду уже практически здорова. Хотя лучше для таких подвигов выбирать погоду попрохладней.

Духота не давала нормально дышать и без того забитому носу, а если я, наплевав на все советы знахарей, начинала дышать ртом, то горячий воздух вмиг высушивал горло, и становилось еще хуже. Я начинала злиться, жалеть себя, а заодно и ругать за то, что не догадалась прихватить из дома туесок с компотом или хотя бы с водой. Ладно, добреду до площади и куплю попить в какой-нибудь лавке.

Площадь встретила меня шумом, гамом, музыкой. Прикупив вожделенного мною компота, я отправилась посмотреть, как народ празднует пятисотлетие наших многострадальных земель.

Праздновали широко и с размахом. Тут и там слышались взрывы смеха, коробейники продавали леденцы, пирожки и прочие вкусности. Местный кузнец-изобретатель, головная боль всего поселка, туго натянул в четырехугольной металлической раме, стоящей на высоких и толстых ножках, крепкую рогожу, предлагая всем желающим за пятачок попрыгать на ней. Желающих было предостаточно, особенно детей и к этому снаряду выстроилась уже небольшая очередь. Кузнец, раскрасневшись от радости за такую популярность своего детища, стоял рядом и считал медяки. Правда за ним уже пристально наблюдал наш главный товарищ по налогам и сборам, так что радость у кузнеца будет недолгой. "Налоговик" у нас был дотошный, он наверняка скрупулезно посчитает количество посетивших дивный аттракцион за день, выведет сумму выручку, и подробно расскажет изобретателю, какую часть оной тот должен отдать на благо Родины, вон как строчит огрызком карандаша в своем блокнотике. Я усмехнулась и пошла дальше.

Откуда-то сбоку призывно запахло шашлыками. Этот аромат я распознала, даже не смотря на свой прискорбный недуг. За шашлыками тоже была очередь, но стоять мне совершенно не хотелось, и я решила воспользоваться служебными полномочиями, нагло протолкнулась к владельцу сего вкусного богатства.

Шашлыками у нас заведовал горец, помогали ему два младших сына, один споро нанизывал хорошо промаринованные кусочки мяса на шампуры, другой продавал уже готовые шашлыки всем желающим. У мангала стоял их отец, никому не доверяя столь ответственный пост.

Архызу (так звали горца), было лет пятьдесят еще, будучи молодым парнем, он по одной ему известной причине, спустился с этих самых гор и поселился у нас. Женился на местной красавице, отстроил крепкий и добротный дом, завел большое хозяйство и слыл весьма зажиточным селянином, но при этом отзывчивым чужой беде и горю.

Такое сочетание - большая редкость в нашем несовершенном мире. Жена родила ему четырех сыновей и пять дочек. В их детях так причудливо переплелась южная и северная кровь, что дочки его считались первыми красавицами, а парни первыми красавцами в поселке. Стройные, темноглазые и все как один русоволосые они заставляли трепетать сердца местной молодежи. Два его старших сына недавно женились, у одного, кажется, уже родился ребенок.

– Здравствуй Архыз.

– О, какие люди к нам пожаловали! Садись, садись дорогая, почетным гостем у меня будешь!
– с истинно горским гостеприимством обрадовался мне Архыз.
– Как дела, уважаемая? Все ли хорошо, все ли здоровы?

Я, с улыбкой шмыгнула многострадальным носом, и присела на пододвинутый мне младшим сыном Архыза, стул.

– Ай-яй-яй, - покачал головой участливый горец - как же тебя так угораздило? Ведь погоды то нонче вон, какие жаркие стоят?
– Архыз легко перешел на местную манеру разговора

– Так уж получилось, - пожала я плечами, и совершенно не к месту раскашлялась.

– Ой, что же это я дурень старый гостя разговорами подчую? Василь, ну-ка подай нашей гостье лучший шашлык, да вина нашего, южного, плесни. Сейчас мы тебя вылечим! Горячий шашлык - это самое то, специй там много и хворь любую они сразу выгонят! А вино, ой уважаемая - такого вина ты и не пробовала!
– горец засуетился вокруг меня.

Шашлык, посыпанный зеленью, политый каким-то ароматным соусом и кружка красного вина оказались у меня в руках, заставив на время забыть о моем недуге и поверить в то, что жизнь может быть если и не прекрасна и удивительна, то хотя бы весьма сносна и даже приятна.