Чтение онлайн

— Будьте современны. Американцы, британцы — нынче это одно и то же. Все мы СШСК. Чем быстрее мы привыкнем к этому, тем лучше будем себя чувствовать.

— А если нет?

— Бросьте, не притворяйтесь несведущей. Я уверена, что ваш сын объяснил вам текущую ситуацию. Вы же знаете, для нас это вопрос жизни или смерти. Это не тот случай, когда мы с достоинством покинули сомнительных партнеров, как это было с Европейским сообществом. СШСК — жизненная необходимость, и с гордостью скажу, что большинство населения нашей страны приветствует их. Исторически — это знаменательный момент для обеих стран. Вновь союз, после почти двухсотлетнего перерыва.

— Не очень-то рассчитывайте на это, — сказала Мад. — Кто-нибудь из нас тоже составит Декларацию независимости, да и свой Джордж Вашингтон тоже найдется. — Она бросила трубку и повернулась к Эмме: — Так ей. Теперь подождем пятнадцать минут, посмотрим, каков будет ответ.

Телефон зазвонил через двадцать минут. Эмма и бабушка, как настоящие телефонистки, продемонстрировали мгновенную реакцию.

— Миссис Морхаус?

— Да. Что ж, происходит то, что я и думала. Вокруг Полдри усилены меры безопасности, и по весьма веской причине. Боюсь, что не могу изложить все подробности. Это связано с пропавшим морским пехотинцем — вы, наверное, догадываетесь, о ком идет речь.

— Да, я полагаю.

— Так что вы должны понимать, что дело весьма серьезное, и власти не могут допустить повторения подобного инцидента. Конечно, сотням невинных людей придется испытать на себе последствия, но ничего не поделаешь.

— Понимаю. — Возникла пауза, теперь на этом конце линии. — Миссис Морхаус, как долго будут продолжаться подобные ограничения?

— Не знаю. Решения принимают силы СШСК, расположенные по соседству с вами. Простите меня, но я вынуждена закончить разговор. Я буквально сию минуту уезжаю в Лондон.

— Вы не хотите передать что-нибудь вашим избирателям в Полдри, миссис Морхаус? Я не говорю о себе, я за вас не голосовала, но я знаю многих честных тружеников, которые голосовали и кому, я уверена, нужен ваш совет.

Депутат от Среднего Корнуолла, похоже, обратилась к кому-то в своем кабинете, потому что произошла небольшая заминка: видимо, выведенная из себя миссис Морхаус шепотом комментировала разговор. Потом послышалось:

— Я советую полностью сотрудничать с силами СШСК, терпеть временные неудобства и докладывать военным или полиции о всех подозрительных событиях, замеченных в вашем районе.

— Спасибо, — сказала Мад. — Желаю весело провести День благодарения. — Победно улыбаясь, она положила трубку. — Люблю оставить последнее слово за собой. Всю жизнь это доставляло мне массу удовольствия, и, слава Богу, с возрастом это не проходит.

«Осмелюсь заметить, — подумала Эмма, — что толку от этого никакого: пожалуй, лишь те, у кого есть морозильная камера, а рядом с домом ходит автобус, более или менее спокойно переживут нынешние времена».

— Еще летом я предупреждала Мадам, — говорила позднее Дотти, — надо купить морозильную камеру. Не пришлось бы ездить за каждой мелочью в Полдри. Но нет, обходились, мол, без нее все время, говорит она мне, и сейчас обойдемся.

— Ну, не грусти, Дотти, — сказал Терри, который, будучи теперь человеком праздным, восседал в единственном на кухне кресле. — С сегодняшнего дня будем питаться свеклой и капустой. В тебе накопится столько газов, что сможешь работать вместо вентилятора.

Мад, зайдя на кухню, потрепала его по голове.

— И что вы переполох устраиваете? Подумайте, ведь люди выживали на необитаемых островах, питаясь одними кокосовыми орехами.

— У нас нет кокосовых орехов, — заметил Терри.

— А взять, скажем, улиток. Это самое дорогое блюдо во французском ресторане Escargot a la bordelaise… [20] Помню, однажды в Париже…

— Ну же, продолжай, скорее, — Терри изобразил полное восхищение и наклонился к ней из кресла.

— Не придуривайся, я серьезно. В саду сотни, если не тысячи улиток. Если дело дойдет до крайности, ими можно прокормиться довольно долго.

Дотти, всегда осуждавшая попытки Терри поддразнить свою благодетельницу, начала греметь вилками в ящике кухонного шкафа.

— Прошу прощения, — сказала она, — но если кто-нибудь думает, что я примусь готовить улиток на девятерых едоков, то он глубоко заблуждается. — В отчаянных ситуациях Дотти всегда манипулировала этими «девятерыми едоками».

Как раз в этот момент на крыльце раздался стук тяжелых сапог, и в дверях появился Джо. Лицо его все еще носило решительное, даже сердитое выражение.

— Кто крутил запорный кран, опять эти малыши? — спросил он, обращаясь к Терри. — Во дворе нет воды, и мне не вымыть машину.

— Откуда я знаю? — пожал плечами Терри. — Когда за ними не смотрят, они что угодно могут вытворить.

— Думаю, что это не они, Джо, — сказала Мад. — Вчера после школы они не выходили на улицу, а сегодня утром они бы просто не успели. Что значит, нет воды? Наверное, воздушная пробка.

Джо посмотрел на Мад, и взгляд его смягчился. Сначала он ее не заметил — Мад стояла в дальнем конце кухни у двери.

— Нет, Мадам, это не воздушная пробка, просто нет воды.

Дотти подошла к раковине и открыла оба крана. Горячая вода полилась, как обычно, но холодная, чуть капнув, течь перестала.

— Пожалуйста, вот вам, воздушная пробка, — объявила Мад. — Еще не хватало. Придется вызывать водопроводчика, мы не сможем сами ее выдуть, нужен особый насос, ведь так?

— Это не воздушная пробка, — упрямо повторил Джо, — там нет воды.

Мад сощурила глаза, повернулась и направилась в прихожую.

— Куда теперь? — пробормотал Терри. — В Белый дом?

Мад оказалась более практичной. Она собралась позвонить в Комитет по водоснабжению. Эмма и все остальные поджидали окончания разговора на кухне. Мад вернулась, лицо ее было абсолютно бесстрастно.

— Так и есть, — сообщила она. — Дивное новое правило. Водоснабжение в районе Полдри прекращено, вода будет теперь подаваться один час в сутки. Причины им неизвестны. Приказ поступил в Комитет по водоснабжению от портовых властей: