Преданная
Шрифт:
Подходя к кафе, замечаю, как видный мужчина в светлом костюме и с белой-белой ухоженной бородой ставит на сигнализацию свою настолько же слепящую, как и весь его образ, машину.
Фотографии у контакта, которому я звонила, не было. Но мне кажется, что голос, который слышала, этому мужчине подошел бы.
Он разворачивается и направляется ко входу в кафе. Я ускоряюсь.
Внутри «Леонид» меня еще не ожидает, но администратор с улыбкой проводит за столик и принимает заказ на чай.
А потом сердце взводится, хотя в быстром темпе и под горочку шла я раньше.
Администратор перехватывает мужчину с бородой на полпути между мной и своим местом. Улыбается уже знакомо мне гостеприимно и, расширив глаза в ответ на вопрос, указывает на меня.
Мне сразу же достается вполне теплый взгляд. Даже не скажешь, что видит меня Леонид впервые. Я стараюсь в ответ улыбнуться и жду приближения.
Тарнавский не просил ничего сверх простого действия «отдать конверт». Поэтому я не уверена, что должна играть, но когда мужчина в белом подходит, встаю навстречу.
– Здравствуйте, Леонид, – вкладываю в раскрытую мужскую ладонь свою руку и стараюсь побыстрее достать.
Как самой кажется, достойно выдерживаю пристальное изучение.
– И вам, Юлия. У Тарнавского, все таки, исключительный вкус на женский пол…
Первый же комментарий вгоняет в краску. Что ответить – не знаю. Сажусь назад за столик, позволяя подвинуть под собой кресло. Леонид устраивается напротив. Подзывает официанта. Достаточно долго и щепетильно выбирает, какой именно кофе будет пить.
А я, честно говоря, даже не знала, что разновидностей бывает столько.
В это время подмечаю мелочи. Ухоженность. Чистоту. Дороговизну одежды. Необычный запах парфюма. Бросаю взгляд за окно на машину, которую Леонид ставил на сигнализацию. Она идеально мыта. Видно, что оборудована светлым кожаным салоном. Одна из дорогущих марок.
Вернувшись взглядом к покрытому легкими бороздами лицу я убеждаюсь, что встречаюсь с очень непростым человеком. Интересно, почему передать мне пришлось не такой же помощнице? Ведь наверняка она у Леонида есть.
– А вы что заказали, Юлия?
– Я? Чай…
Отвечая, чувствую себя неловко.
– Кофе не любите? – Дружеская заинтересованность скорее волнует, чем радует.
– Пока не распробовала… – Признаюсь, ненадолго задерживаясь взглядом на лице. И страшно, и интересно, что вот сейчас он думает.
– Тоже верно… Я лет до тридцати вообще не понимал. А потом, как вы правильно сказали, распробовал…
– Вячеслав Евгеньевич попросил передать вам…
Я тянусь к сумке и достаю из нее конверт. Мне никто не говорил, что я должна делать это как-то тайно. А я уже не могу дождаться, когда избавлюсь от ноши. Если честно, даже спалось плохо. Несколько раз просыпалась, чтобы проверить, где конверт. По дороге к метро чудилось наблюдение.
Моя нервная система не создана для подобных игр.
Но уже все… Неважно.
Вытягиваю конверт над столом. Но Леонид брать не торопится. Заливисто смеется, привлекая многовато внимания. Я даже чуточку на него злюсь, хотя он, бесспорно, располагает к себе.
– Вот так… Я думал позавтракать в компании приятной девушки. Улыбкой вашей полюбоваться. Пирожным угостить. Спросить, как работается у этого несносного тирана, а вы так быстро на место старика поставили…
Леонид цокает языком. А я хоть и понимаю, что это все сказано скорее в шутку, все равно еле держусь, чтобы не начать оправдываться.
– Я подумала, что не стоит вас задерживаться…
Мужчина отмахивается и откидывается на спинку своего кресла. Конверт он пока что так и не взял.
– Я впервые за долгое время в город выехал, Юлечка. Красота такая. Припарковаться смог, опять же… Вот с вами познакомился… Полоса везений. Наоборот бы растянуть…
Мне нечего ответить. Пожимаю плечами. В сумке вибрирует телефон. От количества возможных заинтересованных в моей персоне голова взрывается.
– Давайте вы у меня его возьмете и потом…
Добродушный до невозможности взгляд медленно-медленно становится внимательным. Улыбка сжимается до легкой ироничной усмешки. Я убеждаюсь, что мужчина напротив – совсем не прост. Но на меня он хочет произвести приятное впечатление. Не знаю, почему. Может действительно просто понравилась.
Вздохнув, Леонид тянется за конвертом. Забирает и крутит в руке.
– Давайте, Юленька.
У подошедшего к нам с подносом официанта просит принести меню. После – сам выбирает мне десерт.
Это неловко. Я хотела бы отказаться, но чувствую: не стоит.
Благодарю. Пробую с опаской, но во рту взрывается настоящая вкусовая бомба. Подозреваю, стоит он дорого. Чай – в два раза дороже, чем в тех заведениях, где я иногда бываю. Но вкус…
– Как вам с Тарнавским работается, Юленька? – чувствую себя обязанной что-то ответить. Только думаю хорошо. – Слава сказал, вы у него недавно.
– Да, недавно. Но надеюсь, мы сработаемся…
Леонид снова смеется:
– Я в этом и не сомневаюсь. Если девушка игнорирует карту десертов и торопится поскорее окунуться в работу…
Молчу о том, что дело не в десертах и не в работе, а в том, что я чувствую: все не так просто…
– Работа интересная…
– О да, у вас – очень… Ешьте, Юленька…
Я слушаюсь, а еще облегченно выдыхаю, потому что внимание собеседника сменяет фокус.
Леонид вспоминает о конверте. Открывает его. У меня сердце ускоряется. Достает оттуда стопку листов. Начинает бегать взглядом…
– Вы знаете, что здесь? – спрашивает, на что я с чистой совестью мотаю головой. – Славно… Славно…