Чтение онлайн

Немцов дважды повторяет пугающую формулу: «Это политическое дело!» Значит, сам признает, что не частное. А почему политическое? Можно предположить, что он заботится не столько о чистоте декларации, сколько о чистоте своей кандидатуры к будущим президентским выборам. Или хочет придать вымогательству благопристойный вид?

Увы, мы не знаем, чем объяснить пронизывающие разговор гнев, панику и спешку.

Личные мотивы Немцова нас интересуют мало. Главное – первый вице-премьер из личных мотивов задерживает указ президента.

В отличие от большинства, встретившего аплодисментами приход Немцова в правительство, мы ни секунды не верили, что он справится с коррупцией. Уж больно часто повторял он, что будет выжигать ее каленым железом.

Многие еще помнят апрельскую телепередачу из Кремля. Нам показали, как Ельцин сидит с Немцовым перед телекамерами и хвалит за честность его и себя: «У нас с вами одно кредо – взятки не брать… Я уже указ подписал. И мы в личном плане здесь такие, что никакие СМИ никогда нас не зацепят, потому что нет предмета для такого, так сказать, обсуждения в обществе. Ни он ни копейки не взял, ни я ни копейки не взял – вот в чем вопрос. Конечно, бедновато живем, но ничего – хватает».

Многие с усмешкой слушали жалобы президента на бедность: мол, видим мы, как вам хватает. Но вот министры заполнили декларации, и оказалось, что и правда, они голь перекатная. Ни денег у них, ни имущества.

Затеяли пересадку на отечественные машины – тоже ничего не вышло. Что теперь будем внедрять: отечественные штаны? Разве в этом дело?

Мы наблюдаем, как все чиновники, повинуясь президенту, неустанно борются с коррупцией, а работать им в результате совершенно некогда. У нас семьдесят лет непрерывно шла битва за урожай, увенчавшаяся ежегодной покупкой десятков миллионов тонн зерна, мяса, масла за границей. Так и сейчас: боремся с коррупцией дома, а арестованных «авторитетов» нам присылают из-за границы.

Книжка «Провинциал», гонорар за которую обсуждали Немцов с Лисовским, начинается с предупреждения: «Воспроизведение всей книги или любой ее части запрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будет преследоваться в судебном порядке».

Рискуя подвергнуться судебному преследованию, я тем не менее выписал все, что показалось мне интересным в «Провинциале».

«ИДЕАЛ – недостижимое совершенство.

ВЫБОРЫ – атрибут народовластия.

КАНАТОХОДЕЦ – смелый человек.

ЧЕРНОМЫРДИН – хороший человек, по-моему.

КИСЕЛЕВ (НТВ) – очень влиятельный человек. Его знания, образование, способность и манера излагать материал для России – уникальны.

ЕГОР ТИМУРОВИЧ ГАЙДАР – образованный, интеллигентный, порядочный человек.

ЛЕБЕДЬ – человек образованный, колоритный.

МЕЙДЖОР (премьер Англии) – публичный человек, достаточно изобретательный, несмотря на отсутствие высшего образования.

ЖИРИНОВСКИЙ – умный человек.

ЛУЖКОВ – жизнерадостный, умный, непьющий человек.

РОССЕЛЬ – очень незаурядный человек.

ТЭТЧЕР – очень жесткий человек.

КЛИНТОН – симпатичный человек.

ПУГАЧЕВА для меня – легендарный человек.

СУДЬЯ – хороший человек!

ПОЧТМЕЙСТЕР – мне кажется, тоже очень хороший человек.

КРАСИВО – когда грациозная женщина заходит в воду, в море, а еще лучше, если она в море вбегает.

Я говорю по-английски свободно. Общался с английской королевой на ее родном языке.

ПУБЛИКА – это народ.

ДЕНЬГИ не являются для меня самодовлеющей ценностью.

Я люблю, когда тарелки очень большие» [134] .

Перед тем как отправлять материал в печать, мы обратились к Борису Немцову, рассчитывая услышать его комментарий о сделке с Лисовским на сто тысяч долларов за книжку в сто пятнадцать страничек текста (без малого по тысяче долларов за страничку).

Немцов четко и обстоятельно объяснил, что его гонорар в семьдесят пять тысяч долларов (остальные двадцать пять тысяч получила редактор Крылова) – плата не за русское издание книги «Провинциал», а за право на ее издание во всем мире. И даже есть письмо агентства, предлагающего сто семьдесят тысяч марок за право издания «Провинциала» в Германии.

Гонорар сказочный. Письмо агента сочинить недолго. Но сколько же должно найтись немцев, желающих купить размышления Немцова, чтобы оправдались расходы издателей?

Впрочем, книга включает еще и три анекдота.

Книжку, за которую были выплачены сто тысяч долларов, Немцов не писал. Некая Лариса, держа магнитофон, задавала ему вопросы, он отвечал, потом эту анкету издали. Кому она нужна – не знаю.

Мы – на рынке. Большой гонорар – дело частное. Но когда издатель выплачивает несусветный гонорар, который невозможно окупить продажей книги, когда издатель действует себе в убыток – возникают вопросы.

Если кто-то дает взятку вице-премьеру – то это плохо, потому что, делая покупки, он не может объяснить, откуда деньги. А вот если человек получил гонорар за книгу – он заполняет налоговую декларацию с чистой совестью. И покупает яхту не прячась.

P.S. Еще один вице-премьер России – Альфред Кох (глава Госкомимущества) – написал книгу «Приватизация в России: экономика и политика». Не знаем, какова она в толщину, но швейцарская фирма “Servina Trading S. A.” заплатила Коху авансом сто тысяч долларов. Понятно, эта книга никому не нужна. Тем, у кого есть деньги на приватизацию в России, проще купить Коха, чем его книгу.