Чтение онлайн

Во всем виноват Слав! Проклятый гмор! Почему он не убил его тогда! Из-за него погиб весь клан, из-за него он, Волод, вынужден играть в хитроумные гморские игры! Но теперь ему все равно! Он не станет слушаться Мерка, не станет плясать под дудку этих гморов, он нанесет удар первым!

Волод вышел из коридора, направившись прямо к прозрачной бронированной стойке охраны. При виде наследника находившиеся за ней сотрудники СБ вскочили и вытянулись.

— Я ничего не понимаю! — сказал Волод. Голос его сорвался. — Я стучу в кабинет отца уже полчаса, а он не открывает! Там что-то случилось!

Старший охраны, высокий офицер с энерганом во внушительной кобуре, выскочил из-за стойки:

— Я сейчас же все проверю! — он склонился над пультом, нажал несколько кнопок и заговорил:

— Господин правитель, господин правитель, с вами все в порядке? Ответьте!

Тишина. Волод знал, что он уже не ответит.

— Надо что-то делать! — сказал он. — Отец вызвал меня для важного разговора!

— Мы взломаем дверь! — засуетился офицер. — Одну минуту…

— Нет! Не входить в кабинет, пока не прибудет Иллар! Позвоните Иллару! — Волод знал, что смертоносный яд уже разложился. Останется лишь труп и… пакетик, на котором отпечатки Мерка… и его собственные отпечатки. Мерк думал, что Волод не знает… Но варвар знал об идентификации человека из фильма, который однажды смотрел по экрану. Отпечатки пальцев агента станут главной уликой в его игре!

Вызванный начальником охраны, Иллар прибыл очень быстро. Здание Службы Безопасности находилось по соседству с домом правителя.

— Иллар! — воскликнул Волод, едва начальник СБ переступил порог комнаты охраны. — С отцом что-то случилось! Он вызвал меня к себе, наверно, хотел сообщить что-то важное. Я пришел, пытался войти, но он не открыл! Я уверен: с ним что-то случилось! Надо ломать дверь!

Иллар кивнул:

— Немедленно идем туда.

Ни в кабинете Изагера, ни в коридоре камер наблюдения не было. Это Володу рассказал Юр. Когда он, Иллар и несколько охранников подошли к двери, Волод уже знал, что делать.

Иллар провел карточкой по панели, и дверь открылась. Он вопросительно взглянул на Волода и тот, пользуясь секундным замешательством охраны, бросился внутрь.

— Отец!

Вбежавший следом за ним Иллар и охрана увидели Слава, державшего голову отца. Правитель лежал без движения, и шестым чувством начальник СБ понял, что Изагер мертв.

— Никого не выпускать из здания! — на ходу приказал Иллар. Один из охранников умчался. Иллар подбежал к Славу и увидел, как юноша что-то вытаскивает изо рта правителя.

— Слав, осторожнее, там могут быть улики!

Дрожащей рукой Волод протянул Иллару маленький прозрачный пакетик:

— Это было у него во рту! На нем могут быть отпечатки убийцы!

— Положи это на стол, Слав, — сказал Иллар. Он видел, в каком состоянии сын правителя, и сам был потрясен не меньше. Изагер мертв и, похоже, его не воскресит никакая реген–камера! Могущие излечить самые страшные раны, реген–камеры бесполезны против проникшего в кровь, а значит, и во все клетки тела, яда. Несомненно, убийцы знали это.

Волод медленно положил пакетик на стол. Глаза его остекленели. Он упал на колени возле трупа и завыл. Иллар пристально посмотрел на одного из сотрудников. Тот правильно понял взгляд начальника, вытащил чистый платок и аккуратно завернул в него улику. Кроме отпечатков Слава, на ней могут быть «пальцы» убийцы. Однако юноша рисковал! Кто знает, что это за яд? Быть может, он способен проникать через кожу? Неразумно, в высшей степени неразумно. Но юношу можно понять. Все-таки смерть отца…

— Немедленно на экспертизу! — приказал Иллар. — Результаты мне лично! И никому ни слова о том, что вы здесь видели!

Второй сотрудник убежал вслед за первым. Кивком головы Иллар отослал остальных. Он заметил пятнышко крови на матово–бледной щеке мертвеца и подумал, что следует выяснить, откуда оно. Дверь закрылась. Они остались одни.

— Прежде всего, я выражаю сожаление, Слав. Это моя вина. И клянусь, убийцы будут жестоко наказаны!

Волод поднял заплаканные глаза. Он не лукавил, он действительно плакал, только не по лже–отцу, а по тому, что оставил в прошлом, потерял навсегда и навечно…

— Я прошу тебя: найди того, кто это сделал и убей! — проговорил он. Иллар медленно кивнул. Конечно, он так и сделает, с превеликим удовольствием, но только лишь после того, как вытащит из убийцы имена тех, кто его послал. Эти люди очень опасны, если смогли добраться до правителя. Что тогда помешает им добраться и до него?

— Я все сделаю, правитель! — сказал Иллар. Волод посмотрел на него. Начальник СБ не шутил. Взвесив все за и против, он быстро сообразил, что поддерживать наследника ему наиболее выгодно — слишком многое его связывало с диктатором, и в случае избрания иного правителя Иллар мог потерять положение и привилегии. И даже жизнь.

— Теперь вы — новый правитель Дирна! По закону и праву наследования! И я приложу все силы, чтобы обеспечить вашу безопасность.

— Спасибо, Иллар, я никогда этого не забуду! — медленно проговорил Волод. «Недолго тебе осталось, Мерк! — злобно подумал он. — Жаль, что не могу лично убить тебя! Что же, придется привыкать к правилу гморов: убивать чужими руками».

Иллар был в шоке, насколько мог быть шокирован начальник Службы Безопасности. Кто мог ожидать, что Изагера убьют в собственном кабинете, минуя охрану и датчики на оружие и взрывчатку! С другой стороны, убийцы использовали не оружие, а быстродействующий яд, насильно засунув его в рот правителя. Следов борьбы в комнате не наблюдалось, все предметы на своих местах. Никто не мог пройти к правителю без разрешения охраны, мог войти один лишь Слав и он, начальник СБ. Как жаль, что Изагер велел изолировать кабинет от просмотра и прослушивания — наколько проще было бы найти убийцу!

А вдруг? Внезапное предположение заставило Иллара замереть. А вдруг Изагер сам свел счеты с жизнью? Сам! Это многое упрощало, и Слав все равно бы оставался наследником, но… Но, если это не так, кто станет следующей целью убийц? Вполне возможно, что он, Иллар, ближайший помощник покойного диктатора. К тому же Слав показал, что незадолго до смерти отец сам позвал его к себе в кабинет. Зачем? Чтобы сын увидел труп отца? Жестоко. Жестоко даже для Изагера. И, главное, никакого смысла. Нет, все же убийство! Изагер, «человек с железным сердцем», никогда не убил бы себя!