Чтение онлайн

Наступает пауза тишины, и моя кожа зудит под тяжестью его темных глаз, прежде чем он тихо отвечает:

— Тогда это к счастью.

Именно так. Ты думал, что найдешь меня, обезумевшую и рыдающую, как ребенок, готовую покориться любой судьбе, которую ты мне уготовил?

— Хочешь знать, какая часть была самой лучшей?

Его пристальный взгляд давит на меня.

— Какая?

— Все это время мне нечего было делать, кроме как думать. — Я оглядываюсь на него, выражение моего лица становится жестче. — И я почти уверена, что теперь собрала большинство мелких кусочков воедино. Это просто общая картина, в которой я все еще немного запутана.

Медленная, довольная улыбка, которая появляется на его лице, напоминает мне кота, облизывающегося после того, как съел мышь. Как будто он ждал этого момента.

— Я расскажу тебе все, что ты захочешь, милая.

Мои глаза сужаются.

Теперь ты это сделаешь.

Теперь, когда все сработало в точности по твоему плану, я уверена, ты более чем счастлив рассказать мне обо всех тех способах, которыми ты разрушал мою жизнь.

Какая-то злобная часть меня почти хочет ни о чем не спрашивать - разрушить ясную кульминацию, на достижение которой он потратил месяцы, если не годы.

Но мое собственное любопытство берет верх надо мной.

— Хорошо, — киваю я, немного выпрямляясь. — В таком случае, правда или ложь? Ты купил мой многоквартирный дом.

Он даже не моргает.

— Правда.

— И ты следил за мной дольше, чем те три месяца, что прожил в Нью-Йорке.

— Правда.

— С того дня, как я уехала из Лайонсвуда? — Спрашиваю я, и Адриан с любопытством наклоняет голову.

— Почему ты задаешь мне вопросы, на которые уже знаешь ответы, милая? Ты читала то досье в моем офисе. Ты точно знаешь, как долго я следил за тобой, — отвечает он.

Моя голова наклоняется набок, отражая его.

— Потому что я хочу услышать, как ты признаешься в этом, — говорю я мягко. — Во всем. И на этот раз я хочу знать правду -только правду.

И я не позволю своим сомнениям, эмоциям или чему-то еще встать на пути моего нутра.

Правда или ложь - это все, что мне нужно услышать.

Его взгляд чуть смягчается.

— У меня больше нет причин лгать тебе, милая. Что бы ты ни хотела узнать, я буду честен. Обо всем.

Было бы приятнее, если бы не подразумевалось очевидное: у меня нет причин лгать, потому что я уже выполнил свой план.

Потому что я стою здесь, в том же самом полицейском участке, в котором подставил тебя, не опасаясь последствий - ни от кого.

У меня сводит челюсть.

— Правда или ложь? Ты подбросил это досье в свой кабинет специально для того, чтобы я его нашла.

— Верно. — Уголок его рта кривится от нескрываемого стыда. — Я знал, что ты не сможешь удержаться и не порыться в моих вещах, если останешься без присмотра.

Мои глаза сужаются.

— Ты не мог знать, что я начну разнюхивать.

Он с вызовом приподнимает бровь.

— Может, и нет, но я знал, что у тебя была обширная история неспособности совать нос не в свое дело. Особенно с моими вещами. Это было справедливое предположение.

Я краснею.

— Я немного обижен, что ты подумала, будто я все еще настолько глуп, чтобы опрометчиво оставлять конфиденциальную информацию в незапертом ящике стола, — добавляет он с ноткой веселья во взгляде. — Как будто я не усвоил свой урок в первые два раза.

И я не могу поверить, что была настолько глупа, чтобы думать, что это не ловушка.

Но если это было оставлено для того, чтобы я пронюхала информацию, и он знал, что я лгу, чтобы скрыться от него, тогда...

Мой желудок переворачивается.

— Ты намеренно убрал имя Тома из списка, — говорю я. — Зная, что я запаникую и побегу прямиком к единственному человеку, не попавшему в поле твоего зрения.

Это первый раз, когда я вижу что-то близкое к раздражению в его глазах.

— Я не знал, — говорит он, и теперь в его голосе слышится раздражение. — Но да, я подумал, что это наиболее вероятная возможность.

Я сглатываю.

— И рецептурный бланк Луэнн - ты украл его, когда я впустила тебя в нашу квартиру в тот день.

— «Украсть» - кажется удачным выбором слов, — отвечает он, игнорируя мою насмешку. — Честно говоря, именно она принесла его домой, без какой-либо защиты или запертой коробки. Я воспользовался предоставленной мне возможностью.

На самом деле, из-за тебя все выглядело так, будто я воспользовалась случаем и украла бланк с рецептами моей лучшей подруги по гнусным причинам.

При мысли о Луэнн и Джо комок подкатывает к моему горлу. Конечно, она уже знает– если не потому, что Джо рассказал ей, то, вероятно, потому, что детектив Далтон звонил, чтобы узнать больше о рецептурном бланке.

Итак, шесть лет дружбы пошли насмарку. Она решит, что я какая-то мошенница-убийца, разыгрывающая против нее длительный план, и я не смогу дать правдоподобного объяснения обратному.

Печаль собирается внутри меня, как грозовые тучи, но я стряхиваю это чувство.

Я уверена, что в тюрьме у меня будет достаточно времени, чтобы дуться и жалеть себя.

Я прочищаю горло.

— И я предполагаю, что ты подбросил таблетки и бланк в мою сумочку, пока я рылась в твоем кабинете.

Он кивает.

— Верно.

Я так и думала, но от его подтверждения у меня голова идет кругом.

— А таблетки? Тебе пришлось бы вламываться, пока мы спим, просто чтобы...

— Ложь, — Адриан качает головой, выглядя слегка оскорбленным таким предположением. — Это было бы смешно. Я не вламывался. — Веселая ухмылка растягивает его губы. — Ну, не совсем.