Ричард Хукер
Шрифт:
– Знаешь, у Генри могут быть реальные проблемы, – сказал Ястреб. – Эта чертова дурища-сестра стала настоящей угрозой.
– Точно, – подтвердил Дюк.
– Ловец, – сказал Ястреб, – какого черта ты все время зовешь ее Горячие Губки?
– Я вовсе не всегда зову её Горячие Губки. Например, сегодня с утра я был с ней очень даже мил. Я назвал ее «Майор Горячие Губки».
– Что делать-то будем? – спросил Дюк.
– Ну, – сказал Ловец, – думаю, если б я не назвал эту террористку «Горячие Губки», а потом не натравил на нее Лопуха и Хитреца Роджера, генерал не жевал бы сейчас задницу Генри. Поэтому так уж и быть – я снизойду и обсужу это с генералом.
– Мы с тобой, – в голос сказали Форрест и Пирс.
Их встреча с генералом была назначена на 9 утра следующего дня, но они прибыли в его приемную аж в 8:30. На них была рабочая солдатская одежда, имевшая поношенный вид, без знаков отличия. Они присели на скамью, тянувшуюся вдоль стены. В приемной святая святых генерала, за рабочими местами сидели три вполне привлекательных члена Женского Военного Корпуса: лейтенант и два сержанта.– Ну, – произнес Ловец Джон через несколько минут, – будем?
– Почему бы и нет? – ответил Пирс.
Из дебрей одежды каждый достал бутылочку с черной этикеткой «Джонни Уокер Блэк Лэйбл». Ранее, еще в ДвойномНеразбавленном, эти бутылки наполнили чаем от сержанта Мама-Дорогая, и теперь Дюк Форрест поднялся со скамьи и обратился к лейтенанту ЖВК.– Эт-та, а нету ли у вас бумажных стаканчиков, дорогая? – спросил он вежливо.
Сбитая с толку лейтенантша достала стаканчики. Их наполнили и зажгли сигареты.– Как думаете, этим бабищам понравится чай? – поинтересовался Ловец театральным шепотом.
– Это не бабищи, – ответил Ястреб. – Это два сержанта и лейтенант.
– А кто главнее, сержанты или капитаны? – спросил Дюк. – Мы их выше по званию?
– Не знаю, – пожал плечами Ловец.
– Даже если они главнее нас, может им тоже хочется чаю, – сказал Ястреб.
Дюк снова встал, ну ни дать ни взять джентльмен-южанин.– Пардон, леди, вы эт-та, не желаете ли отведать чаю?
– Нет, спасибо, – холодно ответила лейтенант.
Болотники попивали чай в тишине. Вскоре молчание прервал Ловец Джон:– А спорим, генералам частенько обламывается?
Лейтенант взвилась из-за своего стола:– Да, что же вы за люди? – спросила она возмущенно.
– Не кипятись, милочка, – сказал Ястреб. – Всего лишь кучка ошибок природы с фронта. Мы приперлись встретиться с генералом в 9 утра, нормальное штатское время, чтобы вздуть его.
– Генерал ожидает встречи в 9 с тремя военными медиками, – огрызнулась она, теряя самообладание.
– Эт-мы-и-есть, мэм, – заговорил Дюк Форрест. – Если вы, дамочки, от этого чувствуете себя дурно, мы вас с удовольствием осмотрим.
Несмотря на суровую подготовку, обязательную для всех офицеров и младшего командного состава в Военном Женском Корпусе, лейтенант и ее команда были абсолютно неподготовлены к таким ситуациям, и при виде врага дезертировали.– Наверно, перерыв – кофе пошли попить, – заметил Ястреб.
Через несколько минут разговоров ни-о-чем, Болотники заметили, что время проходит бесполезно. Ястреб извлек пару кубиков и началась игра в кости. В 8:45 прибыл генерал Хаммонд. Когда он проходил из приемной святая святых в свои внутренние священные покои, он с неприятным удивлением обнаружил отсутствие своих секретарских войск, плюс натюрморт из трех растрепанных игроков в кости и трех бутылок Джонни Уокера Блэк Лэйбл, что не понравилось еще больше.– Хайль, генерал, как делищи? – поинтересовался Ястреб.
Генерала просто пригвоздило к месту.– Дюк пытается выкинуть четыре, – сообщил Ловец Джон генералу.
– Давай-же, Малышка Джо! note 26 – умолял кубики Дюк.
– У Дюка четверки плохо получаются, – заверил Ястреб генерала. – Он вылетит через минуту и мы к вам присоединимся.
Note26
26
– Рад вас видеть, генерал, – сказал он. – Я продул. Зато Вам везёт – три милашки из ВЖК вкалывают на вас, а вы-та сами на работу только к середине утра приползаете.
– А вот мы прибыли раньше, – объяснил Ловец Джон, – потому что провели ночь в борделе, и нам надо было свалить раньше дневной смены. Хотите рюмку чая?
Он предложил бутылку генералу. Генерал продолжал стоять как каменный.