Чтение онлайн

«Возможно, за ней следят? Тогда понятно, почему она пытается отделаться от меня. Чтобы я тоже не попал под колпак и мог спокойно вести порученное расследование».

— Прошу прощения.

Энди вежливо наклонил голову и встал. Затем прогуливающейся походкой отправился к своему столику. Делая вид, что любуется закатом, он краем глаза следил за своей американской знакомой. У загадки было два решения. Или Элис Хэммерсмит давала ему понять, что за ней следят, или… Или это была не она. «Автомобильная авария в Сочи. Амнезия, — пробормотал Энди. — Не нравится мне все это». Желание тотчас же вернуться в отель и позвонить в Вустер-сити заставляло его приплясывать на месте. Вместе с тем он, естественно, не мог бросить свою подопечную без присмотра. Внешне он проявлял к ней не больше внимания, чем к остальным посетителям бара. Но когда загадочная женщина наконец собралась уходить, Энди опередил ее, чтобы заранее занять удобную позицию.

Мужчину, который следовал за Элис Хэммерсмит, Энди засек практически сразу. Смуглый и довольно привлекательный, он вел свою жертву, что называется, «на коротком поводке», не спуская с нее горящего взгляда темных глаз. «Что ж, станем в очередь», — усмехнулся Энди. Он проследил парочку до небольшого частного домика, в котором женщина немедленно скрылась. Мужчина же немного потоптался снаружи, потом ушел. Энди вернулся в отель и, не раздеваясь, схватился за телефон. Сначала он решил позвонить Тому, которого оставил работать на Элис Хэммерсмит.

— В Сочи? В России? — переспросил Том. — Не может быть! Сегодня я возил ее на вечеринку к тетке Хэммерсмита, где она пыталась отбить своего мужа у любовницы.

— Значит, их две, — уверенно сказал Энди.

— Кого две?

— Две Элис Хэммерсмит. И я намерен выяснить, которая из них водит меня за нос.

После вечеринки у Оливии Винсент притащил Барбару к себе и поселил в комнате для гостей. Была уже ночь, но прислуга бегала по коридорам как ошпаренная. Итак, Алиса дотерпела фиаско. По этому поводу она отыскала внизу бар и, прихватив с собой большую бутылку ликера, удалилась в личные апартаменты. Там она пила, вздыхала и пела тоскливые русские песни до тех пор, пока не явился Фред и не сказал, что ей следует пропустить завтрак.

— Ни за что! — заявила Алиса. — Белобрысая дура будет чувствовать себя слишком уютно.

— В таком состоянии ты можешь наговорить глупостей, — заявил он.

— Я буду сама благовоспитанность, клянусь. А если скажу что-то не то, подай мне знак.

— Хорошо, я покашляю.

— Д-гв-рились. Как только ты кашляешь, я перестаю вообще говорить или говорю все наоборот.

Она надела к завтраку собственноручно купленный костюм классического кроя и кое-как причесалась. Фред под локоть довел ее до стола и отодвинул стул. Она села и чинно сложила руки на коленях. За столом, кроме известных Алисе личностей, было еще четверо незнакомых людей, с которыми она предельно вежливо поздоровалась.

— Замечательно выглядишь, — заметила Памела, подняв бровь.

Барбара, сидевшая в непосредственной близости от Винсента, насмешливо ухмыльнулась:

— Вижу, ты не выдержала! Ведь клялась, что никогда не сменишь свой стиль под названием «я маленькая девочка».

— Я и не меняла своего стиля, — широко улыбнулась Алиса. — Я всего лишь довела его до совершенства.

Барбара не нашлась, что ответить, и злобно впилась зубами в булку.

— Будь осторожна! — мгновенно среагировала Алиса. — Одна моя подруга глотала пищу большими кусками и стала толстой, как слон. А тебе, Барбара, толстеть нельзя. Когда у женщины нет ничего, кроме внешности…

Фред негромко кашлянул.

— Впрочем, — тут же перестроилась «тепленькая» Алиса, — с точки зрения мужчины толстая женщина гораздо предпочтительнее. Гораздо. Что мужчине делать со скелетом типа тебя — анатомию изучать? Вот толстая женщина — это да. Ренессанс. Винсент, как ты отнесешься к толстой Барбаре?

— По-моему, она не собирается толстеть, — ответствовал тот, глядя на белокурую заразу и улыбаясь ей.

— Н-да? — не поверила Алиса. — А жрет так, словно задалась целью прибавить пару десятков фунтов к Рождеству.

Барбара позеленела в тон своему платью. Фред зашелся в кашле, и Алиса озадаченно замолчала. Винсент прижал салфетку к губам, и в этот момент она поняла, что он ей, черт возьми, безумно нравится. Да она просто влюбилась в этого типа!

Любовь! До сих пор она была связана в ее сознании с Гарри, только с ним. Он был даром судьбы и ее проклятием, он рождал в Алисе страсть, и нежность, и все бури, которые только могут бушевать в сердце. А Винсент? Разве может она сравнить чувство к Гарри с чувством к этому почти незнакомому мужчине, сердце которого, кажется, скоро вообще отомрет за ненадобностью? Вместо сердца его кровь будет перекачивать невероятная мощь его апломба.

Памела тем временем поспешно завела разговор о музыке, посчитав, что это вполне безопасная тема. Винсент между прочим заметил, что они с Барбарой на следующей неделе идут на концерт симфонического оркестра. Барбара, для которой это оказалось новостью, подпрыгнула на стуле и, обернув к кузену сияющее лицо, наклонилась и поцеловала его в губы.

— Разве кузены целуются в губы? — громко спросило вместо Алисы спиртное, которое она уговорила ночью.

— Это всего лишь благодарность, — презрительно посмотрела на нее Барбара.

— Но ты смущаешь моего мужа! Я не приучила его к поцелуям за завтраком. — Потом она поддела вилкой листик салата и добавила:

— Мы с ним вообще не целуемся.

В этот момент Фред подавился крошкой. Крошка была маленькой, но колючей, и из его глаз мгновенно брызнули слезы. Он уткнулся в салфетку и закашлялся. Алиса бросила на него озадаченный взгляд и тут же добавила:

— На людях, я имею в виду. А наедине — у-у-у! Как мы целуемся! Дом дрожит, как мы целуемся. Каждую ночь Винс пробирается в мою комнату, и мы начинаем целоваться.

Фред изо всех сил старался подавить кашель и издавал странный тоскливый вой, от которого мороз продирал по коже. В ответ на Алисино заявление Винсент хмыкнул, а Барбара сладким голоском спросила:

— Наверное, сегодня ночью тебе было одиноко без обычной порции поцелуев?

Памела покраснела, Алиса печально кивнула головой, а Фред просто захлебнулся кашлем.

— Ну… Вообще-то этой ночью все было, как всегда. Поцелуи и все такое, — сказала она, пристально глядя на него.

Винсент Хэммерсмит пил кофе и с искренним интересом следил за интермедией.