Рой
Шрифт:
Через некоторое время в рации послышался бодрый голос Штепы. Сержант сообщил, что на точке закрепился, все в ажуре, а спецназовцы действительно умотали.
Валера переключил рацию на передачу:
– Вызываю Батыра. Прием…
– Я здесь, стрелок.
– Ну, ты все слышал, да? Теперь нужно послать кого-нибудь к Штепе. Какие соображения?
– Давай, Валера, возвращайся к нам – совещаться будем. А сержанту сейчас вышлю подкрепление.
Подольский собрал вещи и поспешил вниз. Что ни говори, а лучше переждать опасность заражения внутри закрытого помещения.
Вскоре он сидел в кожаном кресле в компании Батыра и Слепяна.
– В общем так, гражданин начальник, – веско обратился Абдульманов к приунывшему майору, – если твой кунак из Управления не гонит, то мы отрезаны от города, а город отрезан от всего остального мира. Сечешь, к чему это я клоню?
Тот кивнул:
– Догадываюсь. Теперь мы все в одной упряжке…
– Вот за что люблю умных людей! – довольно хохотнул бывший собровец. – А среди вашего брата таких мало попадается. Но ты вроде мужик сообразительный… Итак, что мы имеем? Заразившихся какой-то хренью челов. Это могут быть и работники колонии, и сами зэки – правильно?
Валера с Вазгеном согласно кивнули.
– Это все от поганого института, – продолжал невозмутимо Батыр. – Зараженные съезжают с катушек, их тянет на мочилово. Значит, их нужно мочить первыми. Ясна задача? Нужно всех просеять – киллеров в расход, а нормальных… Тут майор прав: необходимо довести до сознания всех «филинов» и остальных работников зоны, что придется объединиться с нами. А бээсников выпустить. Чую я, придется держать оборону, и не от властей.
– Эти зомби могут припереться сюда, – поддержал подельника Валера-убийца. – Если их не успеют перебить в городе.
– Ладно, – Батыр хлопнул ладонями по столу, – нужно открывать бараки и смотреть, кто там и как себя ведет. И еще, – он обратился персонально к Подольскому, – мы-то люди военные, дисциплинированные. А кто знает эту ментовню бывшую? Надо всех держать в узде, чтоб никакого беспредела на зоне не было.
– Ясен перец, – кивнул тот.
Абдульманов повернулся к Слепяну:
– Майор, включайся в работу – только без глупой отсебятины. Свяжись со своими, предупреди. И объяви в мегафон: общее перемирие. В связи с угрозой заражения и… истребления.
При последнем слове он не удержался и хмыкнул – даже ему, невозмутимому башкиру-спецназовцу с твердыми яйцами, произошедшее казалось диковатым. Но реальность не отменишь, просто закрыв глаза. Вот она, хреновая ситуевина, перед глазами. Нужно попробовать выжить и в этих условиях.
– Капитан, – окликнул он Валеру, – ты возьми людей и проверьте все постройки на промзоне – цеха, автомастерскую, столовку – в общем, все. А уж потом – к баракам. Майор, шевели копытами, бери мегафон и на выход. Двое наших тебя прикроют, если что. Рацию не забудь.
Валера с тремя вооруженными бээсниками обходил промышленный сектор колонии. Махнул им рукой – проверьте гараж, а сам рысцой потрусил к автомастерской. Дверь в нее была приоткрыта. Спецназовцу это совсем не понравилось.
Он перехватил винтовку левой рукой, пригнулся и осторожно толкнул металлическую дверь. Пока тихо. Вошел внутрь, тут же скользнул вбок. Что-то рассекло воздух. В последнее мгновение Валера успел отпрянуть. Кувалда с грохотом обрушилась на верстак.
Подольский залепил прикладом нападавшему в грудь, тут же нанес прямой удар ногой, в развороте еще один – левой. Противник отлетел. Капитан не дал ему опомниться, провел двойной маваши – в корпус и голову, сбив врага с ног. После такой атаки любой боец-рукопашник как минимум поплывет, как максимум – отключится в нокауте. Но тот поднялся как ни в чем не бывало и попер на спецназовца – в руках поблескивало что-то острое, похожее на крупную отвертку.
На хер! Валера вскинул карабин и выстрелил в упор. Вот так – мы не на ринге… Он уже хотел было подойти к поверженному врагу, но вовремя спохватился: а хрен их знает, этих зараженных! Может, они тоже заразны… Лучше их не трогать пока. После с трупами надо будет разобраться. Сжечь их, что ли?.. Ладно, потом хер к носу прикинем, а сейчас другие задачи решать нужно.
Валера закрыл дверь и направился к своим людям.
Глава 7
Мотор «соболя» завелся как часы, и Николай рванул с места слишком резко, пассажиров кинуло назад. Юля невольно матюкнулась.
Зверев заржал:
– Будьте здоровы!..
«Дурак», – неприязненно подумал Алексей и тут же заметил, что Света зачем-то жмет кнопки мобильника. Что это она?! Неужто не слыхала… Вот курица!
Ухоженное личико Светы замерло в недоумении. И пальцы замерли.
– Что это?.. – подняла она взор на хмурые лица мужчин.
Один только Михаил довольно ухмылялся.
– Что, товарищ журналистка, – подмигнул он девушке, – доходит как до жирафа?..
Тут все-таки полыхнула ссора. Алексей попытался было вклиниться… да куда там! Ракитин вынужден был тормознуть.
– Стоп, господа хорошие, – сказал он, и такого властного, жесткого тона Меркурьев за ним прежде не знал. Все как-то враз стали тише.
– Да фигня, Колян, – небрежно откликнулся Зверев. – Просто некоторые сперва уши заткнули зачем-то, а потом…
– Это не фигня, – прервал Ракитин. – Это не фигня, лейтенант, если мы с первых же минут собачимся. Ты здоровый мужик, к тому же вояка. Будь терпимей к женщине! А вам, Светлана, надо бы повнимательнее быть. Вы ведь журналистка, черт возьми!
– Я маме хотела позвонить, – обиженно вякнула Света, и Алексей вновь подивился женской логике. Неглупая как будто баба – и вот…
– Света, – сказал он как можно мягче, – ну как же так?.. О чем ты раньше думала?.. Позвонили бы из дому, городская связь еще должна действовать…