Чтение онлайн

В этот момент в класс заглянул Гусаков и, крикнув «Писаки-задаваки-интернет-мараки!», хлопнул дверью и убежал.

— И вовсе мы не задаёмся, — сказал Тимка.

— Это он потому так крикнул, что его редактором не сделали, — заметила Аня. — Хотя он все новости смотрит. Мама говорит, его родители от телевизора оторвать не могут. Вот ему и завидно.

— Лично я смотрю только мультики, — заметила Оля. — А новости не смотрю. Мне папа не разрешает. Он считает, если новости смотреть, с ума сойти можно.

— Вот поэтому ничего плохого в нашем классе случиться не должно! — подвёл итог Тимка. — Хотя бы до выхода первого номера газеты.

— Ещё нам надо название придумать! — сказал Лёша и застеснялся.

— Точно! С этого и начнём.

— «Школьные вести», — предложила Аня.

— «Классные новости».

— «Нашаправда»…

— «Фонарик»…

— «Пятиклашки»…

— «Нашагазета»…

— «Честная газета»

После долгих споров утвердили название нового печатного издания: «Честно-честная газета».

— Газету нам нужно сделать за неделю, — сказал Тимка. — Светлана Михайловна вернётся, а у нас уже первый номер готов. Вот она обрадуется!

— А если не успеем?

— Должны успеть. Настоящие журналисты работают быстро. Кто что будет писать?

— Чур, я про моду и культуру! — подняла руку Оля Красавина. — А то некоторые девочки в классе всё ещё ходят в школу без маникюра. Как будто на дворе каменный век. А ведь есть хороший детский маникюр. Даже Пушкин маникюр делал.

— Ну да! — не поверил спортивный обозреватель Илья Добрынин и даже перестал грызть заусеницу.

— Делал, делал! А потом написал: «Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей»…

— Где это он написал? — снова не поверил Илья. — В «Сказке о царе Салтане»? Что-то я там такого поворота не помню.

— Он это во взрослом романе написал. Мне мама рассказывала.

Тут все посмотрели на портрет Пушкина, висевший над доской, а Пушкин с портрета посмотрел на всех, будто немного сомневался, что про маникюр нужно писать в газету.

— Договорились, — резюмировал Тимка. — Напиши про маникюр. И про раздевалку. Там всегда все толкаются.

— Хорошо, — согласилась Оля. — Но сначала про маникюр. Потому что культура начинается с ногтей.

И она оглядела свои разноцветные ногти. На каждом ноготке у неё была нарисована забавная рожица. И все остальные тоже посмотрели на свои ногти. А Илья сказал:

— Вот мы тут сидим, а в спортзале наши тренируются. У нас же три чемпионата школы на этой неделе. Я пошёл. Чего зря время терять?

И он вышел из класса, чтобы окунуться в самую гущу спортивных событий.

— Точно! — сказал Тимка и занёс тему Ильи в свой план.

— Ещё можно про конкурс снеговиков написать, — предложил Востриков.

— Согласен! До сих пор снеговики по дворам стоят и никто эту красоту не трогает.

— Ага, не трогают! — не согласился Толик. — Одного снеговика уже испортили! Взяли и приделали ему хвост! А другого сломали.

— Вот и проведи расследование, — сказал Тимка. — Хотя конкурс снеговиков в каникулы был, но у нас тогда ещё газеты не было. Так что будет считаться новостью. О чём ещё в первый номер будем писать?

Тут дверь открылась и в класс заглянул Павлик.

— Вам папараций нужен?

— Какой папараций?

— Ну крутой фотограф.

— У тебя по русскому тройка с минусом, — заметил Тимка.

— Так я же писать не буду. Я фотографировать буду. Мне родители фотоаппарат подарили. Во!

Он показал фотоаппарат.

— Надо взять! — заулыбалась Оля и поправила причёску. — Без фотографий газету никто не купит!

— Мы что, её продавать будем? — удивился Лёша.

— Мы её раздавать будем, — сказал Тимка, — Павлик, заходи!

И Павлик остался. В его документе Тимка написал: «Фотограф-папараций».

Темы номера искали долго. Пока не проголодались. Только тогда все разошлись по домам, уточнив номера телефонов для чекинов.

Вечером Тимка получил от брата долгожданный планшетник.

Зимний вечер опустился на город, но на улице было светло. Стоял лёгкий морозец. Белел снег, в небе ярко сияли звёзды, светил молодой месяц.

У школы горели фонари. Шёл девятый час вечера. Все приличные люди в это время сидели дома и делали домашнее задание.

Лишь специальный корреспондент «Честно-честной газеты» Толик Востриков стоял на футбольном поле среди тридцати снеговиков и ждал злоумышленников. Время от времени он посылал чекины Тимке, чтобы тот знал, что спецкор выполняет задание редакции.

После Нового года родительский комитет школы объявил конкурс на лучшего снеговика класса. Два выходных на футбольной площадке кипела работа. Трудились и дети и взрослые. Собирали снег, лепили фигуры, раскрашивали их безвредными красками, украшали, чем могли. Снеговики получились разные: снеговик-лось, снеговушка-масленица, снеговушка-лягушка, снеговик-домовой, снеговик в клеточку, снеговичок-лешачок, снеговик-богатырь… И вот теперь нашлись злоумышленники, которые стали на эту красоту покушаться. Пора было их разоблачить.

Чтобы его не было заметно, Толик надел белую куртку, белые джинсы и белые сапоги сестры, её белую шапочку с белым шарфом и белые рукавицы. Для маскировки ему пришлось намазать лицо зубной пастой, а нос — красной губной помадой. Глаза он прикрыл папиными тёмными очками, предварительно слегка заляпав их снегом.

Разрушители снеговиков появляться не торопились, и ему приходилось проявлять терпение. Вот из крайнего подъезда ближайшего дома вышел доктор Владимир Иванович и побежал в сторону парка. Он три раза в неделю бегал десять километров, а по выходным плавал в проруби. Владимир Иванович пробежал мимо Толика, не обратив на него внимания.