Руны везде
Шрифт:
Арчи приехал вовремя. Дядин открытый «ламборджини» в компании университетских гоночных машин, частью даже индивидуальной сборки, точно никого не удивил, на него практически не обратили внимания. Пришёл куратор Лео с приятелем Фрицем, и тот предложил всем пива.
Артур сказал, что за рулём, Фриц ответил, что это сегодня неважно и вручил ему бутылку. Пришли друзья Ганс и Густав с рюкзаками за спинами, принесли алый флаг и пива. А за ними пришла Марта тоже с флагом и сумкой.
Подошли какие-то хамоватые ребята и заявили, что Артур поставил машину на чужое место. В других обстоятельствах Арчи бы просто уехал, хоть и нахлобучила его третья бутылочка пива, но Лео послал самого габаритного парня в задницу.
И началась драка, в которой Артуру пришлось принять самое деятельное участие, чтоб его уже машине не свернули зеркала. Драться он умел, благодаря магическим способностям, не терялся и всегда везде успевал.
С обеих сторон подтянулись старшие, столкновение перешло в плоскость теоретических выяснений, и полиции в тот раз работы не было – существенного вреда здоровью никому ещё не нанесли.
Пока шла вся это возня, прошла торжественная часть с речами о международном положении. Артур под пиво послушал одного только оратора, от души зигуя и раненным боровом вопя:
– Хайль Шульце!
С трибуны заявляли, что весь немецкий народ един как никогда, а молодёжь – просто слов нет, какая! Только и скажешь:
– Хайль Шульце!
Арчи со всеми вместе с удовольствием орал и дальше внимал, как все они в одном строю сметут все преграды! Потому что они – ух! Артур иногда прикладывался к пиву, но зиговать успевал всегда полностью.
Наконец, народ накричался, куратор Лео велел запускать мотор и выруливать в хвост своей колонне. Первый круг по городу проехали торжественно и чинно, на этом официальный праздник весны закончился.
Дальнейшее резко утратило праздничный характер. Артур уже хотел ехать ставить «ламборджини» на стоянку, но Марта захотела ещё немного покататься и достала ему из своей сумки ещё одну бутылку пива.
Арчи подумал, что лишняя бутылка погоды уже всё равно не сделает. Он благодушно припал к горлышку, а когда оторвался, увидел вдруг, как из обогнавшей их открытой спортивки в их сторону бросили какие-то предметы, похожие на бутылки с подожженными фитилями.
– Суки! – сказал Ганс.
Арчи успел крутануть руль вправо, уходя от града бутылок. Густав выхватил что-то из рюкзака, разложил и сразу выстрелил. В его руках лежал обрез. Картечь поразила бутылки в полёте, многие разбились, их смесь разлетелась и вспыхнула. Потрясающей красоты зрелище!
– Ува-а-ау-у-у! – воскликнула Марта. – Давай за ними!
Артур придавил педаль газа, ему захотелось увидеть такое ещё. Они догоняли чёрный открытый «шевроле», но оттуда отчего-то не полетели больше бутылки с зажигательной смесью, а начали стрелять.
Лео вскочил с зажатым в руках револьвером и выстрелил несколько раз поверх стекла. Он вдруг сказал:
– Ой-ёй-ёй! – сделал ненужный шаг и выпал из машины.
Он ещё катился по асфальту, на него, открыв рты, смотрели ребята.
– Артур, давай к ним бочком, – проговорила Марта.
Густав и Ганс сидели с готовыми к бою обрезами и тоже задорно посмотрели на него. А Марта вынула из сумки автомат и с щелчком пристегнула к нему обойму.
Врагам всё самим надоело, и они решили уходить. Их водитель добавил газу, но совсем напрасно повернул направо.
– Бах, бах! – почти слитно пролаяли ему вслед обрезы Густава и Ганса.
– Та-та-та! – заработал автомат Марты.
«Шевроле» на полном ходу врезался в стену какого-то здания. Патологоанатомы вынули из обугленной шеи его водителя несколько шариков картечи и автоматную пулю, но записали, что погиб он от удара машины в здание, а всё, что случилось ранее, тому лишь более или менее способствовало.
Ребята сразу остановились. «Шевроле» от столкновения взорвался. Сбегали посмотреть, что случилось с Лео, тот к счастью оказался живой. Бдительные немцы из окрестных домов вызвали полицию, и Артура с друзьями сразу арестовали.
Формально хуже всех пришлось Марте, ей ничего не предлагали. Участие в ежегодных молодёжных безобразиях, автомат признала, на нём её отпечатки – статью только аккуратным почерком оформить, и в суд.
А парням сказали, что им лучше всего ещё вчера стать добровольцами – тогда они поедут на фронт как студенты университета, а пострадавшие ребятам в этом старались помешать – так им и надо. Это происшествие можно будет забыть, и после победы Европы над Гардарикой ребят восстановят на их курсах даже без экзаменов, то есть в их конкретном случае парней сразу зачислят на первый курс.
Но… э… Артуру ведь больше не нужен дядин «ламборджини»? И никакого беспокойства, всего две подписи… тут… и тут…
Вот и умница! Сразу видно, что хороший будет солдат, а потом юрист.
– Хайль Шульце! – сказал чиновник, выходя из кабинета.
– Хайль, – ответил ему Артур.
Родина не стала канителиться с добровольцами. Артуру полагалось ещё пятнадцать суток за пьянство за рулём, а его друзьям за нарушение общественного порядка, так они просто ехали на войну в арестантском вагоне. Парни после обилия пива часто пили воду и тоже задавались вечными вопросами – зачем это всё вдруг понадобилось просвещённой Европе?
Глава 2
Такое, вроде, простое дело – дождаться командиров! И какое оно реально непростое! Пацаны ж, когда попали в ресторан, и им сказали о крайней нежелательности спиртного, все дружно решили, что это всё испытание и отличное место для подвига – так их воспитывали, что вся жизнь сплошное испытание, и везде хватит места для памятника им лично – в широких карманах шинелей нашлась водка и разные бутерброды.
Пришли ребята, так в честь радостной встречи я сам лично хлебал из горлышка и закусывал прямо с почерневших ладоней, чтоб парни только не подумали, что им не рады. Не, натурально Паша миску салата с креветками вывалил в карман – этот вкус я не мог не узнать!
Таким образом, неформальная часть кормления закончилась на улице возле гостиницы и в легком подпитии, как оно и замышлялось, военные направили нетвёрдые стопы к технике.
Шёл с парнями и слушал их глупый трёп, что им ужасно повезло с начальством, целый командир батальона, капитан с наградной ленточкой, с ними запросто пьёт и не гундит, как некоторые.
И да, я хорошо понимаю, как нужны нам эти некоторые с их гундежом, чтобы ставили барьеры и обозначали направления, куда следует стремиться. Но я пацанам ни словом не возражаю, это же так классно, когда тебя нужно направлять и давать верные задачи, когда ты ещё всё в жизни можешь!