Чтение онлайн

Костя тоже думает, что враг на эту газету подписан, и эти предположения подтверждают вражеские маневры. С недавних пор европейскую оборону дополнили немецкими штурмовыми орудиями. И мне должно быть очень интересно – появились самоходки на основе четвёртого «панциря».

Принцип тот же, за счёт того, что вращающуюся башню заменили на боевую рубку, увеличили длину орудия. Четвёртые штуги опасны «рысям» с тысячи метров. То есть их снаряды могут уже на такой дистанции пробить русские танки в лоб при идеальных условиях.

Как раньше, стараются подпустить ближе, поймать в борт, но замечена и новая тактика. До десятка четвёртых штугов ловят одну «рысь». Первое время такие ловушки показывали высокие результаты.

Но нас ведь предупредили, а внезапность тут главное. Сейчас оно уже почти не работает. Мечта русской разведки – засечь скопление немецких штурмовых орудий, чтоб по нему отработали калибры полевых гаубиц. 122-мм в крышу и конец самоходке, часто с экипажем. А ведь сейчас запросто можно попасть и под град 150-мм снарядов.

Однако же не просто так я сюда заглянул, ещё и в газете написали, Костя уверен, что готовится прорыв. Немец тоже читает русскую прессу, особенно на своём языке, и европеец хороший вояка. Ждёт вражина мощный удар и готовит встречные танковые атаки из глубины.

Я с ним печально согласился, и донёс основную идею. Мы тут не для внезапных прорывов, а чтобы демонстративно столкнуться лоб в лоб с танками немца.

Если получится проникнуть на территорию врага, очень хорошо, однако нашему командованию неважно, где танки будут друг друга жечь. Нельзя исключать и того, что мы опять отойдём и будем драться поблизости от этого места.

Главное для наших командиров – устроить подвижную бузу. Чем больше сил будут топтаться с обеих сторон – тем лучше. Фронт выбрали потому, что местность подходящая. Ну и Костик уже на месте – его оно тоже прямо касается.

То есть его половинка батальона не в Москву поедет отдыхать, а уже завтра с утра пойдёт принимать танки и поедет воевать. К нам в усиление или куда скажут генералы.

А мы на танках усилим нажим на оборону, прорвём и полезем вперёд создавать немцу угрозы. Попадём, конечно, под удары вразрез, будем реагировать – встречать врага или маневрировать. Недельку должны просуществовать, как боевая единица, а там и другие батальоны подойдут. Нас спасать или мстить, это уже просто солдатская судьба.

Костик и Паша покивали, боярин Гаев сказал, что всё понял и предложил мне до утра отрубиться, у него места в землянке хватит. На это Павлик Зимин возразил, что не для того мы приехали и напомнил о вечернем магическом обряде.

Косте стало сразу интересно, и мы втроём оделись и отправились к временной стоянке моих танков. Договаривались же с парнями. Ребята реально считают мои руны неким талисманом, не хотелось их разочаровывать перед боем. Потом уже отведут меня куда-нибудь спать до приказа…

Первая у всякой порядочной войны проблема – никак не дождаться её начала. Как я ждал ещё год назад, когда уже Европа нападёт! Наверное, никто так этого не ждал и в самой Европе! Я даже чувствую себя виноватым, что она всё-таки напала!

Но закончилась весна, хорошо потеплело, напала она на Гардарику, и я, как порядочный, вместе с Корпусом поехал воевать. И что мы видим на самой войне? Опять подождите начала реальных боевых действий.

Не! Понятно, что в тебя стреляют, и ты стреляешь в ответ, кругом просто ужас, что творится – земля дыбом, небо в овчинку и сплошной грохот. Как бы ничего хорошего в реальных боях нет, но занимают они всего около десятины времени, всё остальное манёвры. Остался живой и опять ждёшь, когда уже начнётся!

Так и год спустя в начале календарной весны проснулся я в землянке. Сам проснулся, опять никому не нужен. Ну и ладно, война войной, а распорядок дня без изменений.

Магов поблизости не ощущалось и я, не отвлекая военных, занялся утренними делами. Полную невидимость настороженным людям устраивать не стал, у меня бы сил надолго не хватило, просто на меня не обращали внимания.

Когда после разминки по пояс голый у землянки обтирался снегом, пришёл боец персонально за мной. Тонкий слух рыси доложил, и я чувствовал его настрой, сосредоточился на парнишке. Спросил он меня у пехотных офицеров, официальных хозяев жилища.

Я оделся и прошёл в помещение.

– А вот же он! – воскликнул старший лейтенант Коля Скакунов. – Артём, тут за тобой боец.

Парень ко мне обернулся и чётко доложил:

– Капитана Большова зовёт майор Дёмин.

– Я ещё не завтракал, – возразил я.

– Иди к майору, – сказал Коля. – Даст тебе что-нибудь поесть. Чай не зверь.

– Ну, веди тогда, – проговорил я посыльному.

Парень повернулся и пошёл на выход. Я отправился за ним по прифронтовой полосе. Уже светало, проснулась война, с обеих сторон загрохотали пушки. Пришли снова к землянке, на страже стояли ребята с дисковыми автоматами.

Пацан обо мне доложил часовым. Один автоматчик зашёл внутрь и сразу вышел, сказав:

– Капитан, заходи.

Я проник через дверцу в явно секретарского вида помещение. Молоденький сержант из-за стола в ответ на мой вопросительный взгляд сказал:

– Дальше.

Я прошёл и открыл другую дверь. Вошёл в просторную комнату с низким бревенчатым потолком. Проговорил:

– Здравия желаю, – приложив пальцы к виску склонённой головы.

Большую часть комнаты занимал стол, а на нём лежала подробная карта. У стола стоял Дёмин с указкой и задумчивые Костя Гаев и Паша Зимин.

Офицеры мне козырнули, Дёмин молвил:

– И тебе того же.

А Паша сказал:

– Ну, Тёма всё это уже видел. Давай главное, майор.

– Точно видел? – спросил Дёмин. – Посмотри ещё.

Я уставился на карту. Практически всё то же самое я вчера считал в землянке Кости Гаева. Во многом военные сведения должны дублироваться. Тут только добавилось изображений от соседей Кости, и карта отображала войну с другого уровня. Майор не говорит просто так, каждое его слово – приказ нижестоящим. Я добросовестно разглядывал большую карту. Всё-таки хорошо быть магом и боевым офицером – данные считывались быстро…