Чтение онлайн

Поплыли воспоминания. Они не давали ей покоя, как не старалась она заглушить их, как не занимала себя. Может здесь, у моря, это утихнет. Она забудется ненадолго. Слишком сильное впечатление оставила эта поездка.

Розы. Она проснулась утром и первое, что увидела перед глазами – цветы. Эта Катя поставила букет ночью на табурет напротив её кровати в мансарде. Раннее солнце ударило в глаза и она проснулась. Розы. Они стояли близко и шевелили лепестками от прохладного ветерка. Вместо рамы, во весь проём окна натянута тонкая белая сетка.

После завтрака она взяла цветы и они с Катей направились к Бранту. Луиза захотела подарить ему их и сказав прощальные слова, быстро уехать домой. Домой! Не дожидаясь группы. Но открыв дверь сиреневого домика, она увидела её. В алом сарафане. Ранним утром.

– Это тебе! – сказала тогда она, протянув цветы черноволосой девушке. – Люби его! – повернулась она обратно и чуть не столкнула Катьку со ступенек. Брант догнал по дороге. Ничего не получилось, кроме общих фраз и прощальных слов. Даже не было слёз.

– Я всё знаю!.. – сказала она сразу.

Смято поговорили. Катя стояла поодаль. Брант был растерян. Слёзы были потом, там, за домиком. В высоком лесу. Катя не шутила тогда, сказав – «не брошу». Не бросила. Нянчилась с ней, все три дня. Луиза даже не решалась уже – ухать или нет. Антон проводил до Москвы. Посадил на самолёт.

– Приезжайте на море!.. – улыбнулась она ему на прощанье, жмуря припухшие глаза.

– Нет! Лучше вы к нам! – посмеялся он. – Осенью! Будет очень красиво и грибы! И клюква!

– Я подумаю!.. – бросила она вскользь, не представляя, насколько реально это будет происходить.

Мысли раскручивались теперь, как клубок ниток, опутывая её по рукам и ногам. Проникали внутрь и пронизывали тело.

– «Я подумаю...» – усмехнулась она себе.

Очнулась от шагов у самой машины. Андре поставил пакет на заднее сидение, подняв попутно шляпу с пола.

– Унесёт ветром... – подал ей в руки и сел за руль.

– Купил? – стащила она очки.

– Да... – сухо ответил он, взглянув ей в глаза и замер от неожиданности, будто увидел отражение высоких сосен и цветочных полян, с бегающими детьми.

Ехали молча. Остановились у домика. Над морем галдели чайки, садясь на воду и на песок. Солнце клонилось к горизонту и калило, как чугунная печь.

– Идём на палубу, - сказала она улыбнувшись.

Раскинув складной столик и два стула, уселись под солнцем на возвышении. Луиза рылась в сумке, выкладывая на столик еду, бутылку вина.

– И это всё? – сморщила она губы. – А ты экономный! – скинула она халатик, чувствуя приступивший жар.

– Ну! Угощай даму! – кивнула она перед собой, скривив в усмешке губы.

– Вы бы оделись... – скользнул он глазами по её открытой груди, - а то ходят люди... Смотрят... Поползут слухи по побережью... Да ещё вино... – ухмыльнулся он, - вот, приедет ваша матушка... Будет вам... И не надо меня дразнить... – брезгливо сморщился он.

– Что тако-о-е? – протянула она игриво, наклонившись над столиком и пытаясь заглянуть ему в глаза.

– Я тебя смущаю? Да? – цинично строила глазки. – Или ты меня боишься? – застыла в ожидании ответа, повиснув над столом.

Андре отвернулся к морю.

– Не бойся... – вдруг пружиной сжалась она, сев на место, - я не собираюсь тащить тебя в постель! – обожгла его взглядом и замерла, будто раздумывая, не зря ли сказала.

Сама открыла вино и налила в две пластиковые кружки, т.к. стеклянной посуды на яхте не было.

Андре смотрел на море.

– Ну, что ты молчишь? – заговорила она резко.

– Какого ответа вы ждёте, - «спасибо» или «очень жаль»?

– Давай есть... – сказала она сухо, глотнув вина, принявшись за еду.

– Ну, что ты сидишь... Попробуй вино...

– У нас праздник? – усмехнулся он

– Нет... У нас траур... – без улыбки ответила она.

Он опустил голову, сидел не шевелясь.

– Ну не сиди так!.. – остановилась она.

– Я не понимаю, что вы от меня хотите... – поднял он наконец, глаза.

– Я? – замерла она и тоже отвернулась к морю.

Сидела так некоторое время, не меняя позы. Андре ждал.

– Скажи... Что значит, обмануть детей? – не поворачиваясь спросила она совсем другим тоном.

Он пошевелил губами, качнул плечом.

– Пообещать... Потом не сделать... Просто сказать неправду... Или, или не сказать правду... – медленно рассуждал он.

– А как ты думаешь, - приблизила она к нему лицо, положив на колени руки, - что значит, когда дети родятся в обмане?

Он поднял глаза на её глаза. Усмехнулся чуть.

– Странно... Что вы об этом думаете.

– Странно? – отшатнулась она, - почему? – спросила с обидой.

– Ну... От вас не ожидал.

– Да?.. – сощурила она глаза и снова отвернулась к морю.

Кричали чайки. По заливу чуть заметно ползли корабли у горизонта. Порывами дул ветер, иногда покачивая яхту. Она вздохнула, взялась за край кружки и сказала потерянным голосом не поднимая головы.

– Выпей со мной...

– Почему вы про детей, про обман? – немного осмелел он.

– Ты не то думаешь... – уставилась она в кружку, держа её за ободок, - давай выпьем...

– За что? – прищурил он глаза.

– Хочешь?.. Расскажу всё! – обожгла она его взглядом.

Посмотрела пристально и дрогнув губой, осушила кружку до дна.