С Е М Я
Шрифт:
Андре сидел рядом и повернув голову, внимательно изучал её взглядом. Этот взгляд, как нить, или мостик, или луч света. Она чувствовала эту связь почти физически. И будто её мысли уже перетекли через этот мостик к нему, и он уже всё знал. Она рассуждала, а он пил её текучие мысли, будто она говорила ему вслух. Ей казалось, что она думала сейчас и вспоминала для двоих и спохватившись, как-то смутилась этого взгляда.
Он сразу перестал смотреть, будто насытившись, и больше не спрашивал ничего, опустив глаза. Стало неуютно и неловко. Но ведь ни слова не сказала! Ни слова!
Мысль развернулась круто, как-то сама, и будто её не спросив, вырвалось словом:
– Андре... Скажи честно... Только честно... Как ты относишься ко мне? Я должна знать... Очень хочу... – и сама немножко испугалась своего вопроса.
Так это прозвучало!.. Не так, как в голове...
Он встрепенулся сразу, заволновался, зашевелился на месте.
– Зачем это Вам... – выдавил, и незаметно для себя, невзначай, как бы раздвинул пространство.
И дунуло вокруг, как холодком отчуждения. И охватило её целиком. Луиза сбросила ноги с кровати, наклонилась вперёд к нему. В её лице застыл испуг.
– Ты что?.. Ты что, Андре?.. – громко прошептала она, наморщив лоб.
Глаза как омут, нырнёшь - не выбраться... Он спохватился и головой тряхнул, смутившись чуть.
– Да нет... Забылся!.. – усмехнулся, тёр себе ладони.
– Честно... – проговорил тоже, почти шёпотом.
– Конечно, зачем врать?.. – не меняла она позы.
– Если честно, то боюсь... – встал он с канатов и опять заторможено заходил, то к окну, то к двери, не подходя к ней.
– Чего? – почти сорвался её голос.
– Чего... – переспросил он самого себя, - боюсь относиться... – против своей воли выговорил.
Набегающая волна чувств, смыла все её мысли. Она только и смогла спросить, первое, что пришло на ум:
– Почему?..
Всё! Она нашла ниточку!.. Потянет, и распутает этот клубок. Клубок его тугих дум. А он не хотел. Он так его туго смотал, что б самому не путаться. И не раз пытался порвать эту нить. Но нить судьбы крепка, хоть и не видима.
– Ты всё время прячешься... Зачем... Ты не такой!.. Я чувствую! Скажи!
Он понял, она не отстанет, не отступится. И вот уже подходит и не закрыться ничем от её взгляда. И вроде бы кто-то должен размотать всё и, может, отвязать эту нить или свить её по-другому, красивым узором или расстелить красной канвой перед ногами, что б не тащилась она сзади, а вперёд звала.
Но кто? Неужели она?! И он уже не знал, что сейчас лучше, а что хуже... И не было ни сил, ни желания бороться с собой, да и понимал он, что обманывает себя, хоть и оправдания были сильны.
– Что ты молчишь? Ну!? – её лицо было уже напротив.
Она это, или нет?.. И не было её раньше... Другая была. Похожая. А это?..
– Всё повторяется...
– Что повторяется? – отдалось в голове эхом.
– Как с Катрин... – отстранился он и ощутив жар во всём теле, сел на своё место, провалившись между свёртков.
Она осталась стоять и смотрела на него такими глазами, что он понял: - что выпьет его душу до дна и клубок уже покатился и нить, как растянувшаяся киноплёнка, оживила забытые кадры.
– Жарко!.. – вскочил он, - я выйду!.. Подышу! – соскочил он с места, как вчера, услышав голос Шарлотты.
– Куда ты? Дождь! Андре!.. – протянула она ладонь.
– Я ненадолго... Сейчас... – старался он проскочить, что б не задеть её.
Вот дверь. Рывок! И ветер встретил!.. И струи тёплого дождя. Но нет, не хочется бежать... Только дышать. И остудить жар чувств.
Нет... Стоп! Надо взять себя в руки. Надо... Да как?.. Когда мысль, как вспуганная кобыла – понеслась вскачь в чистом поле, попробуй, встань на пути!.. Взять себя... А где я? Растворился вокруг, не ухватишь. Нет!.. Взять в руки хотелось её! И притянуть к себе близко, и заглянуть в глаза снова, потому, что это уже другая она. И не колют глаза её, а как лесное озеро – отражают его чувства...
Но не взять её в руки. А можно только смотреть, как на цветок, и чувствовать аромат, а вот сорвать, нельзя...
Нельзя! Потому, что де Мольен!.. Голубая кровь! Ударят по рукам плетью... Потому, что он бывший портовый грузчик, а сейчас, по сути, служанка! Как ни крути!.. И кроме старого ботика на берегу, - нет ничего...
А он – этот ботик, унесёт его в море... Вот там – простор! И закат никто не отнимет, и плыви куда хочешь! Там, в море – он хозяин! А тут... Тут – де Мольен! Как же он забыл, как же дал себе расслабиться? Эта ниточка – совьёт ему петлю... И останется он наедине со своим ботиком, с одиноким парусом.
Дождь, будто остудил жар мыслей. И он, всё-таки, поймал себя на скаку. Но как удержать эту уздечку?
Катрин... Её просто увезли тогда... Украли у него! Потому, что тоже графиня! А он!..
Дверь распахнулась.
– Андре! Ты что стоишь? – показалось её лицо.
– Пью свободу... – будто кто шепнул на ухо, а он лишь повторил.
– Андре! Что с тобой? Иди сюда! – и её рука увлекла его назад.
Вернее он сам вошёл, лишь только руку ощутив её. И всё сначала. Не мог противиться...
– Андре! Ты вымок весь! Смотри! – хохотнула она с удивлением.
Со страхом он взглянул в её глаза. Так и есть! Не показалось. Другая. Наклонился. Взглянул на себя. Всё мокрое...
– Всё! Раздевайся!..
Он удивлённо вскинул голову.
– Сейчас найдём что-нибудь! – быстро подошла она к вороху одежды у кровати.
В куче лежали куртки, штормовки, свитера.
Он усмехнулся, вспомнив её халатик. И сразу всплыл вчерашний вечер. Она улыбнулась криво и удивлённо спросила: