Сахарный немец
Шрифт:
* * *
Однажды, не помню в каком году, в каком месяце, сидели правильные старцы на заваленке у понятой избы, дела свои правильные решали... Сидят старцы, в бороды свои укутались... Глядят: идет по селу чужой человек.
Кликнули старцы чужого человека и спрашивают его: откуда и куда прохожий человек идет?
– Иду я,- говорит им прохожий,- по белу свету,
Ищу правду, а ее нигде нету...
– Как,- спрашивают правильные старцы,- нету: мы старцы правильные, и царь.
И псарь,
У нас одинаково правду любят...
– Нет,- отвечает прохожий,- правда человечья,
Что шерсть овечья:
Из нее можно валенки скатать и варежки сплесть.
У кого какая совесть есть...
– Как же так?
– спрашивают правильные старцы.
– Оченно просто, - отвечает прохожий,- правда человечья, что каша с салом,
В большом и малом
Пропитана ложью.
Не то, что правда божья...
– В чем же тут различие: В смысле - спрашивают правильные старцы- или в обличии?
– Человечья правда - посох, а божья правда - крылья!
Сказал так прохожий, в сизого голубка обернулся, кверху турманом взвился, а потом сел на застреху и ворковать зачал...
Сидят старцы правильные, голубиную воркотню слушают, а сами про себя думу думают:
– Надо итти на старости лет правду божью искать, у разных людей ее поспрошать, в разных местах ее доглядеть...
Только куда вот итти - невдомек никому...
– Пойдем,- говорят правильные старцы,- куда глаза поведут...
Вырезали старцы правильные по березовому посоху, бороды вокруг пояса обернули, да на большую дорогу: остались в селе Праведном одни только воробьи под застрехой, да бабы с малыми ребятами на улице...
Только тронулись старцы правильные в путь, голубь с кровли сорвался, в синее небо над ними взвился, крыльями лоп-лоп захлопал, громко загургукал... Откуль ни возьмись, налетел на него серый ястреб, крылья сизые голубиные смял, перушки мягкие выщипал, кровь сладкую выпил... Собрал ветер голубиные перья и понес их сизым облаком по поднебесью.
Летит по небу облако, словно платочком издали машет...
Летело так облако ровно три дни, шли так правильные старцы ровно три года,- на третий год в Ерусалин-град пришли.
Видят старцы, что отдохнуть им пора,
Отдохнуть пора, постучать у чужого двора,
За чужим столом посидеть - закусить,
О правде божьей чужих людей расспросить...
Идут они по Ерусалину-граду,- видят: навстречу им пузатый поп!
Идет поп, как большая бочка катится, селезенка у него, у мерина, на ходу екает, а в брюхе бурлит, словно опара всходит...
– Скажи, ваше священство, - спрашивают правильные старцы,- где правда божья живет?..
Поп на них глазами уставился, словно никак дураков не разглядит, молчит, пыхтит, обеими руками за живот держится, словно лопнуть боится, потом на самую большую церкву пальцем утыкнул,
Громко икнул,
И покатился...
Пришли правильные старцы в церкву, запружена церква народом, уставлена церква иконами, увешана церква лампадами, утыкана церква свечами, со всех сторон угодники смотрят,- кто повиднее - под самый перед,
Кто победнее, так в самом углу...
Ходили старцы правильные по церкви ровно целый день, народ локтями толкали, лбами у каждой иконы стукали, пришли к вечеру в последний притвор,- глядят: в притворе гроб стоит...
Гроб золотой парчей околочен, камнями драгоценными усыпан, а над гробом лампада большая светится - полтора пуда лампадного масла войдет...
Спрашивают правильные старцы:
– Здесь правда божья живет?
– Здесь,- отвечает им монах.
Склонились старцы правильные к парчевому гробу, в землю поклон положили - смотрят: нет ли где в гробу дырки какой, на божью правду взглянуть...
Глядели, глядели: нет нигде щелки никакой, глядь, только в одном месте черный таракан сидит, длинным усом водит, старцев правильных посмотреть в щелку манит, прильнули старцы, смотрят, смотрят, ничего не видят, ни тьмы, ни свету,
Ровно как в гробу ничего и нету...
Поднялись старцы правильные с приступок, монах лампадку поправил, лампадного масла подлил, в кадило ладону положил...
Крестятся старцы истово, на лампаду большую уставились,- а в лампаде маленький бесенок купается, кверх брюхом в лампадном масле плавает и красный свой язычек поверх масла выставил, словно на старцев правильных дразнится.
Постояли правильные старцы, покумекали,
Спросить о правде божьей больше некого.
Говорят они монаху:
– Чтой-то в гробу нету-ти праху? Чтой-то в лампадке гадёнок плавает, портит лампадное масло.
Смотри, монах, как бы лампада не погасла...
Осердился монах на правильных старцев:
– Не дает вам бог,- говорит,- смерти,
Вот вам везде и видятся черти...
Подумали старцы, в уме всё прикинули,
По последней полтине вынули,
Монаху на масло подали,
А сами встали поодали...
Простояли они так, пока в куполе звон не пошел, пока из церкви народ не повалил. Вышли и старцы правильные, смотрят облачко сизое за град-Ерусалин бежит, платочком машет...
Увидали старцы правильные платочек, стучаться на чужой двор раздумали, посидеть-закусить расхотели, завернули у пояса бороды, да и снова в путь. Много ли, мало ли старцы правильные шли, оттянули им спины кошели, обшаркали они ноги о пырьтраву, надсадили глаза, дорогу разглядывая...