Чтение онлайн

Церемония, начавшаяся как тризна по Дагоберту, безвременно покинувшему круг земной, разрослась в грандиозную попойку, сравнимую по размаху только с царившим здесь обжорством.

Пожалуй, сам Пипин Геристальский вовсе не был обрадован таким поворотом событий. Но сейчас ему как никогда была нужна поддержка этих бряцающих железом вояк. Преданность баронов — щит против тех, кто не пожелает склонить шею и признать его новым кесарем, и — конечно, тут Благородная Дама Ойген была права, — против самовластной сестрицы, беснующейся, точно запертый в человеческое тело ураган. Памятуя об этом, Пипин в сопровождении нескольких верных комисов обходил баронские костры, со всеми пил заздравные чаши и горланил боевые песни о подвигах отцов, дедов и прадедов.

— Господин инструктор, — Бастиан, покрытый каменной пылью, подошел к Лису, — лаз готов, только наверху узковат. Карел не пролезет, но я и, может быть, вы, — он с сомнением поглядел на долговязую фигуру Лиса, — сможем выбраться.

— М-да, друг мой, на тоннель метрополитена не тянет, — покачал головой Сергей. — Ладно, ты покуда вспоминай, не учили ли вас в Сорбонне магическим заклинаниям, чтобы на время превратить крупного Карела в портативного карлика, а я тут пойду, пообщаюсь кое с кем. Опять же, воздухом подышу.

Забраться в звуковую трубу с помощью рослого сэра Жанта было делом сравнительно простым. Сама по себе труба, как и ожидалось, шла наклонно, что значительно облегчало продвижение. Там же, где когда-то стоял постамент с говорящим изваянием, сейчас ничего не было — лишь поросший травой хламник возле конюшни, устроенный в знак презрения к языческим богам в развалинах храма.

Лис приподнял над головой полузасыпанный землей никак не менее полувека назад обломок тележного борта и огляделся: лишь кони недовольно зафыркали, почуяв чужака, но, убедившись, что это не крыса, успокоились.

— Тс-с, — прошептал им Лис. — Жуйте свой овес, я вам не конкурент.

Он тихо проскользнул мимо стены конюшни, наклонившись, чтобы не попасть в поле зрения, быть может, еще бодрствующих стражников.

— Вот и сеновал. Так, тридцать шагов, — под нос себе прошептал Сергей. — Вроде бы ерунда, но их же надо еще пробежать, и нужно как-то вытащить Карела. С его плечами в лаз не протиснуться. Конечно, можно… — он оборвал себя на полуслове. — А это шо еще за герой-подпольщик?

Громоздкая фигура кралась вдоль стены, то и дело озираясь. Не доходя до конюшни, человек скользнул к сеновалу.

— Может, конюх идет давануть на массу. Но шо-то эта версия мне кажется малоубедительной.

Лис сделал пару шагов вперед и притаился у входа. Неизвестный склонился и начал чиркать кремнем.

— Уважаемый, — Сергей оперся о дверной косяк, — огоньку не найдется?

Понимая, что разоблачен, поджигатель стремительно развернулся и бросился на врага, намереваясь ударом головы сбить его с ног. Неплохой прием сам по себе, но позади Лиса была стена. Римский бетон выдержал первый натиск. Сергей присел над распластанным телом, перевернул его и горестно вздохнул:

— И вот, шоб я вот так несся? Ну, сказал бы — зажигалка не работает. Я б шо, не понял? — Он похлопал отключившегося поджигателя по щекам. — Вставай, приятель!

Тот застонал и открыл глаза.

— Ба! — вглядевшись в пленника, удивился Лис. — Фрейднур?! Ты-то что здесь делаешь? Шо это еще за пожар мировой революции в отдельно взятом сарае?

Десятый сын своего отца мотнул головой и ощупал образовавшуюся шишку.

— На вот, приложи, — Лис протянул бедолаге стоявшие в углу вилы.

— Мастер Рейнар? — пробормотал Фрейднур, узнавая знакомого. — А вы разве, того, не там?

— Как легко убедиться, если я там, то и ты там. А поскольку мы здесь, а здесь не может быть там, то твой вопрос лишен смысла. Ты шо это здесь вытворяешь, пироман хренов?

— Ну, я… — могучий воитель потупился. — Я ж не хотел…

— Резонно. И это самое «не хотел» ты искал здесь. А, знаю, ты просто зарыл «не хотел» в сене и без огня не мог найти. Зигмундович, ты меня, старого лиса, за кого держишь? А ну, давай, колись!

— Мастер Рейнар, я ж только потому, у меня ж за Благородную Даму Ойген душа болит.

— Это уже интересно. — Сергей поднял брови. — Открывай душу, будем лечить.

— Благородная Дама Ойген, она же как ангел небесный, а Пипин ее вот так-то! Я и подумал: ведь мне положено господина своего защищать, а тут его, я ж точно вижу, враг рода человеческого искушает! Должен же я его оборонить от этого врага?

— Это в первую очередь. От прочих, может, и сам отмашется, а здесь без тебя — ни-ни, даже пробовать не стоит.

— Я как услышал, что мессир Пипин Благородной Даме Ойген, ну, там, стало быть, на холме сказал, сразу понял — в беде он, выручать его надо. Целый день голову ломал — что делать?

— Себе ломал или кому другому? Я так, просто уточнить.

— А? Что? Себе, конечно. Вот и сообразил: если сено тут поджечь, да потом и объявить, что это опять невидимый дракон на помощь Благородной Даме Ойген прилетел…

— Так, следствие поломки головы налицо, — хмыкнул Лис.

Фрейднур лихорадочно стал ощупывать собственную физиономию.

— А, нет, это так, шишка.

— Красавец! — ухмыляясь, объявил Рейнар. — Ответь мне, уважаемый, если невидимый дракон прилетел спасти Благородную Даму Ойген, шо ж он потом умчался в ночную даль и никого не спас? А, кроме того, если бы сеновал полыхнул, конюшня бы тут же занялась. Чем лошади-то тебе не угодили?

— Да не приведи Бог! — Фрейднур замахал руками. — Я б тут быстро разбросал все, затоптал, люди бы набежали.

— План ясен, — перебил его Лис. — Одна беда — никуда не годится.